В конце XIX века, в 1870–1890 гг., Генрих Шлиман раскопал на западном выступе Малой Азии гомерову Трою, посрамив цеховых ученых, уверявших, что ее там нет. Это знают все. Сомнения скептиков, этих книжных червей, осмеяны в десятках популярных биографий. Вот уже больше века туристы изо всех стран едут в Турцию, в Стамбул, расположенный на Боспоре, в северном конце пролива из Средиземного моря в Черное, чтобы оттуда проехать на юг и в южном конце пролива, в Дарданеллах, увидеть руины гомеровой Трои и вдохнуть запах начала европейской истории.

Лев Клейн

А между тем скептики не унимаются. Они приводят серьезные аргументы, в том числе и новые, и продолжают считать, что Шлиман раскопал не Трою. Один из этих скептиков – я. Выступив с этим мнением в 1984 г., я с тех пор опубликовал монографию («Анатомия Илиады», 1998) и ряд статей в специальных и популярных журналах и не встречал солидно аргументированных возражений. Попытаюсь познакомить читателя со своими доводами. Если найдутся специалисты, готовые возразить, у читателя будет возможность сравнить аргументацию.

Затравкой для меня послужило разительное несоответствие раскопанного материала тем описаниям города, которые содержатся в Илиаде. Это то, что отмечали и многие скептики, выступавшие до меня. На эту критику энтузиасты шлимановского объяснения, да и сам Шлиман, всегда отвечали, что певец был поэтом и имел право на поэтические преувеличения и художественное отклонение от истины. Поэтому я совершенно опущу здесь эту часть аргументации.

Начну с того, что в поэме город имеет два имени – Троя и Илион (в греческом «Илиады» – Илиос). Имена эти употребляются поэтом безразлично, и равноправие этих двух наименований города подчеркивается тем, что жители называются только троянцами (слова «илийцы» или «или-онцы» в поэме нет). Однако равноправие кажущееся. В «Илиаде» (это VIII-VII века до н.э.) город называется вдвое чаще Илиосом,чем Троей (106 против 53). И на камнях, раскопанных Шлима-ном в позднем (пост-гомеровском) слое, обнаружена надпись, где город именуется Илионом. Так что Шлиман раскопал Илион, это несомненно. Да и в греческом обиходе местных жителей город именовался после Гомера Илионом.

А вот в «Одиссее», несколько более поздней поэме по сравнению с «Илиадой», город именовался Илионом вдвое реже, чем Троей (19 против 36)! Тенденция замены «Илиона» «Троей» продолжалась и дальше: у Вергилия, жившего в I веке до н.э., город именуется 2 раза Илионом и 20 раз Троей. В «Постгомерике» Иоанна Цецеса (XII век н.э.) город назван 33 раза «Троей», а термин «Илион» не употреблен ни разу. Значит, Троя постепенно вытесняла Илион. Но она присутствовала уже в «Илиаде»!

Это соотношение времен подтверждается рассмотрением эпитетов. В «Илиаде» многие предметы снабжены постоянными эпитетами, что вообще характерно для фольклора. Например, в русском эпосе – в былинах: стрела непременно «каленая», парень – «добрый молодец» и т.д. То же и в гомеровском эпосе: ахейцы – «медноодежные» (23 раза), Аякс Теламоний – «широкощитный», Гектор – «шлемоблещущий» и т.д. Еще английский филолог Д. Пейдж сообразил, что чем больше предмет оброс постоянными эпитетами, тем больше он укоренен в фольклоре. Обычно он и древнее, но это не обязательно, а вот в фольклоре живет дольше. Так вот я подсчитал, что среди эпитетов Илиона постоянные составляют 47%, а среди эпитетов Трои – только 32%.

Как образовалась эта двуименность? Первое объяснение: город мог быть переименован. Петербург стал Петроградом, затем Ленинградом. Была Троя – стал Илион, а жители остались троянцами. Но обычно в таких случаях и жители именуются по-новому: ленинградцы, куйбышевцы, свердловчане. Или: был Илион, захвачен троянцами и стал Троей. Но никаких легенд об этом не осталось. Ни малейшего намека.

Второе объяснение:сам город – это Илион, а местность вокруг – Троя. Некоторые ученые, предлагавшие это объяснение, всячески старались (с натяжками) подтвердить его тонкостями обращения с терминами в Илиаде. Тогда почему именно жители города – троянцы, а окрестные носят иные имена и никогда не именуются троянцами?

Остается третье объяснение: в поэме сказывается слияние разных источников или даже разных песен. В одних шла речь о Трое, в других – об Илионе. Илион найден, а Троя – нет.

Если мы сравним эпитеты города, связанные с разными его наименованиями, то увидим, что они, в сущности, описывают два различных города! Причем это нельзя отнести за счет разной ритмики, требуемой разными именами в строке, – там есть и одинаковые по ритмике, а по содержанию они разные. Только один («крепкостенный») совпадает, остальные (10 – у Илиона, 6 – у Трои, каждый обычно по несколько раз) – разные. Из них Илион – «крутой», «ве-тренный» и (23 раза) «священный», Троя – «тучнопочвенная» и «широко-улочная». Раскопанный город – действительно на крутом холме, обдуваемый ветрами. А тучнопочвенная и широкоулочная Троя – где-то в другом месте.

Почему-то ученым-античникам, занимавшимся этой проблемой, не приходило в голову обратиться к хеттским письменным источникам. Между тем воспетый в гомеровском эпосе город находился на периферии Хеттской империи, которая существовала в Малой Азии параллельно с ахейскими государствами Микенского мира, а ведь их троянская экспедиция и прославляется в гомеровском эпосе. Не может быть, чтобы этот город не был замечен и не упоминался в хеттских царских архивах. Он и упоминается, хеттским клинописным источникам он известен, более того, известны оба его имени. Это установили давно хеттологи, и античники это, конечно, знают. Но вот что ускользнуло от их внимания – что для хеттов это два различных города!

На табличках хроники царя Тудхалии IV (вторая треть XIII века до н.э., т.е. время, близкое к предполагаемой Троянской войне) упоминаются оба города-государства. В хеттском топониме «Вилуса» П. Кречмер и независимо от него А. Гётце опознали гомеровский Илиос (в раннегрече-ском это слово начиналось с дигаммы, схожей с английским w, и следы этого остались). В хеттском «Та-руиса» или «Труия» тот же П. Кречмер и Э. Форрер признали гомеровскую Трою. Работы всех троих авторов вышли в 1924 г. В хронике эти имена помещены в список, в котором страны (государства) расположены в географическом порядке на расстоянии 100-200 км друг от друга. В списке – 22 страны. Из них три – на разрушенном участке таблички, еще три повреждены частично, некоторые не поддаются локализации, так как встречены только здесь, но некоторые локализуются хорошо, более того, они встречаются еще на одной табличке в том же порядке. Это позволяет понять, что список начинается в юго-восточном углу Малой Азии и идет по ее побережью к проливам – Боспору и Дарданеллам. Вилуса расположена предпоследней – как раз там, где помещается Илион (Илиос), а Труия расположена за ним в непосредственном соседстве.

Где именно? По прямой аналогии ее можно поместить дальше по побережью, т.е. где-то ближе к Стамбулу, или, повернув более круто вглубь материка, – у реки Тарсий. И. М. Дьяконов, принявший в целом мои выводы, здесь предпочел остановиться. Трою надо искать здесь, решил он. Я же, скорее, склонен не зацикливаться на движении непременно посуху. Перечень мог повернуть круто налево, в море, где неподалеку расположен остров Лемнос, на котором предание помещает легендарных тирсенов, тюрсенов. Египтяне знали их как народ моря трс (в египетском письме гласные не обозначались), а для римлян это, возможно, были предки этрусков. Тут мы вступаем в область гаданий. Привлекает меня всё же в этой гипотезе то, что на острове Лемнос находился огромный центр бронзового века, раскопанный итальянской экспедицией у современной деревушки Полиохни. Не это ли была легендарная Троя, которую творцы гомеровского эпоса подключили к своей эпопее и слили со своим Илионом? В греческом эпосе это был мотив новый, так что большим набором постоянных эпитетов обрасти он еще не успел.

С Вилусой, по хеттским источникам, связан царевич Алаксандус – это очень близко к основному имени царевича Париса в «Илиаде» – Александр. Они схожи и по ряду других признаков, о которых здесь писать не буду. С троянским языком («труели») связан царь Приам (как связан – тоже опущу). Упомянул я их здесь вот почему. Когда я подсчитал процент постоянных эпитетов каждого, то ахнул: Александр – 47, Приам – 32. А теперь сравните с процентами Илиона и Трои.

В который уже раз подтверждается, что история состоит из фактов и мифов. Не нашел Шлиман Трою. Не взяли греки-ахейцы Илиона. Не было Троянской войны. Как не было грандиозного и судьбоносного Ледового побоища с проломом льда Чудского озера (а был успешный, но скромный эпизод в войне с орденом), как не было штурма Зимнего.

Так что же, открытие Шлимана рушится? Да нет, Шлиман открыл гораздо больше, чем предполагал, но это другая история.

Источник: Газета «Троицкий вариант»