В советскую эпоху в публицистике в ходу было сравнение двух миров: капитализма и социализма, естественно, в пользу последнего. Нынче и Россия вроде уже капиталистическая, однако, после каждой поездки по нашей стране и за рубеж, не исчезает ощущение, что мы по-прежнему живем в совершенно разных мирах.

Светов Юрий Ильич. 

Об авторе: Журналист, политолог. Член Правления Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Член Гильдии собкоров Санкт-Петербурга.

 

В 2011 году я побывал в двух десятках городов России, Финляндии, Турции, Германии, Бельгии. Смотрел, разговаривал с жителями, сравнивал. Отсюда эти заметки.

Брюссель. Памятник бургомистру Шарлю Бюльсу

Гуляя по Брюсселю, в центре увидел памятник Шарлю Бюльсу, бургомистру в 1881-1899 гг. Естественно, сравнил с монументом в честь Анатолия Собчака, питерского мэра в 1991-1996 гг., который сооружен по решению властей с нарушением установленного законом временного регламента. Сам памятник помещен на высокий пьедестал, так что смотрит на пришедших его посмотреть сверху вниз. Близко к нему не подойдешь, обнесён оградой, рядом прогуливаются полицейские. Современники приписывают Собчаку главную заслугу в переименовании города, что с конкретными фактами неоднократно оспорили депутаты тогдашнего Ленсовета. Плюс на пьедестале высечены стихи, не ему посвященные.

Брюссельский бургомистр сидит на скамеечке и гладит дворовую собаку. Рядом постоянно присаживаются прохожие, фотографируются, тоже гладят собаку и усы бургомистра, отчего они ярко блестят на солнце. Даже как памятник градоначальник для брюссельцев свой. Увековечена его память по решению горожан и на собранные ими средства – в знак признательности за возрождение исторического центра Брюсселя площади Гранд Пляс.

Санкт-Петербург. Памятник Анатолию Собчаку

Во время поездок побывал в ратушах многих европейских городов, встречался с мэрами, бургомистрами, главами местных парламентов. Везде ратушу – обычно это старинное здание в центре города – может беспрепятственно осмотреть любой желающий. Попробуйте войти в мэрию любого нашего города – на входе обязательно вас остановят стражи порядка. В резиденции петербургского Законодательного Собрания Мариинском дворце (недавно отреставр

ированном на средства города, то есть на наши налоги

), даже от журналиста, наряду с аккредитацией, требуют паспорт, а прочие граждане могут войти только в составе организованной экскурсии. К зданию Смольного теперь вообще не подойти, охрана преграждает путь уже у ограды.

В том мире ни разу не видел мэров и бургомистров с охраной. В Хельсинки много лет мэром была наша коллега – тележурналист Эва-Риита Сиитонен. Мы с Аркадием Сосновым встретили её однажды в городе, бежавшую куда-то по своим делам. Пешком, без свиты… На встрече рассказывала, что о любом городском проекте начинают оповещать горожан месяцев за 10 до его начала. Когда начались возражения против строительства в центре Хельсинки мусороперерабатывающего завода, она лично встречалась с протестующими. Сказала им – я беру на себя ответственность, что для вас не возникнет от завода никаких неудобств. И выполнила обещанное. Вспоминаю, как в середине 90-х тогдашний правящий бургомистр Берлина Эберхард Дипген пришел на встречу с русскими журналистами в резиновых сапогах. Не успел переобуться, ездил по городским стройкам (ежедневно!) и выслушивал мнение горожан. Мэр Цюриха лично провел экскурсию для петербургских журналистов по центру города, потом повез нас на трамвае в музей. Его постоянно останавливали горожане, о чем-то его спрашивали, он отвечал. В этом не было ничего сверхъестественного, он для них свой, они его наняли на работу. Я не идеализирую мэров того мира, их тоже порой ловят на коррупции. Но отношение к ним горожан носят гораздо более сердечный характер, сам слышал добрые слова от берлинцев в адрес берлинского градоначальника Клауса Воверайта, недавно вновь избранного на эту должность. Он добился, что в списке почетных граждан Берлина был восстановлен вычеркнутый из него после объединения Германии первый послевоенный комендант города советский генерал Николай Берзарин.

Хотелось бы, чтобы и у нас появились руководители города, всегда открытые к общению с петербуржцами, помнящие, что это они для людей, а не люди для них. Георгий Полтавченко начал своё губернаторство с поездок в метро, походов по дворам, регулярно отвечал на вопросы в Твиттере. У общества появились надежды на большую открытость новой власти. Затем пошло как в знаменитом стихотворении о доме, которой построил Джек. Президент назначил губернатором бывшего своего полпреда. Губернатор назначает вице-губернатором бывшего своего заместителя. Вице-губернатор назначает председателем комитета бывшего своего помощника. Все эти люди петербуржцам неизвестны, за какие заслуги их назначали – не считают нужным объяснять. Бросились читать Интернет – там больше о недостатках и промахах на прежних местах службы. Зато один из новоназначенцев, ещё ничего не сделав в городе, начинает распоряжаться судьбой памятника, который сохраняют и реставрируют несколько поколений подлинных патриотов города.

Из области мечтаний на Новый год: хорошо бы провести городской референдум на тему, согласны ли петербуржцы тратить деньги из бюджета на охрану городских чиновников и зданий, где они заседают, куда самих петербуржцев не хотят впускать.