Что мы знаем о медицине XVI столетия? По меткому выражению кого-то из современных историков, всё, что нужно было бы о ней знать, заключается в том, что «если жизнь больного не уносила болезнь, то его с особой жестокостью добивал своим лечением врач». Во многом это расхожее мнение справедливо, но именно в ту эпоху зарождалась медицина нового времени, ставшая залогом процветания цивилизации в последующие века. В центре преобразований оказался Амбруаз Паре – знаменитый исследователь, врач и королевский хирург, слава которого распространилась далеко за пределами его родной Франции.

Святослав Горбунов

Сегодня о нем мы знаем из немногочисленных статей, посвященных истории медицины, сухих строк университетских учебников, да приключенческих романов. Тогда же… «Если уж сам Паре не мог помочь страдальцу, то дело его совсем плохо», – такая шла молва. Впрочем, история Амбруаза Паре полна воистину достойных литературы свершений, поворотов и парадоксов.

Служа времени, служим вечности.
Дитрих Бонхёффер,
немецкий пастор, участник антинацистского заговора

Случай о кипящем масле

Амбруа́з Паре́ (Ambroise Paré; ок. 1510–1590) — французский хирург, считающийся одним из отцов современной медицины, герой романов Александра Дюма-отца («Две Дианы», «Королева Марго» и др.)

Амбруа́з Паре́ (Ambroise Paré; ок. 1510–1590) — французский хирург, считающийся одним из отцов современной медицины, герой романов Александра Дюма-отца («Две Дианы», «Королева Марго» и др.)

Амбруазу Паре суждено было прожить долгую жизнь. Родившись в 1510 году близ Лаваля (что на северо-западе Франции) в семье бедного ремесленника, умер он в 1590 году в Париже, вдоволь поучаствовав во всяческих перипетиях нестабильной и богатой на события эпохи. Будучи вначале учеником цирюльника в Анжере, затем слушателем медицинской школы в Париже, в 1533 году молодой Паре попадает в качестве подмастерья-цирюльника в легендарный Отель-Дьё де Пари́ (Hôtel-Dieu de Paris – «Парижский Божий приют»), который в будущем станет для него вторым домом и оплотом практики и учения. Пусть читателя не смущает квалификация Паре как цирюльника, ведь в то время именно они – «низшая каста» медицинских работников – были главным звеном практической медицины, поскольку «грязное» дело хирургии было возложено именно на их плечи. Пробыв при знаменитой Парижской больнице три года (с 1533-го по 1536-й) и освоив основные навыки искусства хирургии того времени, Паре отправляется утверждать их в практике, каковая в достатке предоставлялась многочисленными войнами, тут и там вспыхивающими на просторах Европы. Именно с работой военным хирургом связан знаменитый случай о прижиганиях, который, быть может, стал поворотным в судьбе будущего мастера медицины. Произошло это в 1537 году, во время похода французов к Турину в Италию.

Войны, проходившие уже с активным применением пороха, породили необходимость врачевания огнестрельных ранений. Однако в связи со слабыми еще представлениями медицины тех лет о химии и физиологии, лечение ран по канонам «хирургического искусства» было весьма специфичным. Основу его составлял жестокий метод прижигания ран. Логика в подобной практике, конечно, была, поскольку прижигания способствовали минимальной дезинфекции раны и к тому же спаивали сосуды, что уменьшало кровотечения (способствовало гемостазу). Но основная мотивация, как ни странно, состояла в том, что огнестрельные раны считались… отравленными. Агентом же отравления, по мнению докторов, служили остатки ядовитой субстанции пороха, попадавшие в рану. Единственным надежным способом избавиться от этого яда было его «дожигание» прямо на месте. Порой для этого использовалось каленое железо, но чаще кипящее масло – страшное орудие, которым оперировали многие военные хирурги. Масло или маслянистый состав1 заливались прямо в рану, причиняя больному невыносимые страдания, но именно так «было принято». С этим представлением о «принятом» впоследствии будет бороться Паре, но в тот день, о котором сейчас идет речь, он об этом еще не знал. Случай, простой случай – вот что помогло ему спасти многих потенциальных страдальцев от участи быть замученными подобным болезненным врачеванием.

По недосмотру или же ввиду большого количества раненых в один день у полевого хирурга Паре закончилось горячее масло для прижиганий. Достать его вскорости, по-видимому, не было никакой надежды. В этой ситуации Паре решил сделать всё возможное, чтобы хоть как-то помочь своим подопечным. Наудачу он изготовил состав из яичных желтков, розового и терпентинного масел и залил полученную смесь в раны, прикрыв их чистыми повязками. «Всю ночь я не мог уснуть, – вспоминал Паре. – Меня волновала судьба моих раненых. Каково же было мое удивление, когда утром я застал их в состоянии лучшем, чем у других». В действительности солдаты, в раны которых не было залито кипящего масла, чувствовали себя много лучше тех, чьи раны были обработаны по всем правилам хирургического искусства тех лет. Воспаление было не таким сильным, ночь прошла довольно спокойно. «С тех пор я поклялся себе никогда больше не лить в раны кипящего масла», – признается Паре2. Вместо этого он предложил обработку ранений различными составами мазей, как если бы те были не огнестрельными.

Так или иначе, довольно скоро жестокая практика прижиганий ушла из обихода военных хирургов. И в этом была непосредственная заслуга Паре (особенно этому способствовала публикация его книги 1545 года3, в которой наглядно разбиралась природа огнестрельных ранений и доказывалось, что они являются скорее ушибленными, но отнюдь не отравленными пороховыми субстанциями).

Так простой и одновременно необычайно ценный опыт – опыт практикующего хирурга – сделал Паре приверженцем поиска, наблюдений и практики как главных своих советчиков и авторитетов, которым он безоговорочно доверял и с которыми знакомил учеников в своих книгах.

Мэтр врачевания вне медицины

Увы, «подлинная» медицина до Паре сводилась главным образом к схоластическим упражнениям, к трактовке трудов античных авторитетов. В этом отношении она не слишком далеко ушла от классической средневековой традиции. Врач считался человеком, посвященным в сокровенные знания, но знания эти, несмотря на свою кажущуюся таинственность, мало чем могли помочь реальному пациенту. Достаточно лишь взглянуть на рецепты тех лет, чтобы понять, что именно представляло из себя типичное лечение. Даже у Коперника (знаменитый астроном был врачом, что, впрочем, неудивительно) в рецептах встречаются толченые изумруды, золото и прочие дорогостоящие, но весьма бесполезные штуки. Хирургия же, это «низшее ремесло», недостойное руки врача, оставалось хирургам, которые не имели права заменять собой «образованнейших» докторов4.

Сообщество врачей в Париже считалось закрытым, и попасть в него было совсем нелегко. А главная его крепость – Парижский университет – доблестно и строго охраняла своих представителей от нападок. Именно с этим сообществом пришлось столкнуться Амбруазу Паре, когда он, на время окончив свою военную карьеру и став наконец «мастером цирюльником-хирургом», вернулся в столицу для продолжения обучения. Впрочем, война не оставит его, а он не оставит войну. Она будет предоставлять ему возможность для практики еще в течение долгих лет, и чем большим будет его опыт, тем крепче будут его познания и многочисленнее нововведения.

Стоит ли говорить, что у университетских умов со временем накопилось к Паре много претензий. Не имея врачебного диплома и не принося долженствующих клятв подчинения непререкаемым авторитетам, а лишь являясь хирургом-цеховиком, Паре принялся менять устоявшиеся практики. Такое не могло пройти незамеченным. И даже публикация его книги об огнестрельных ранениях сопровождалась громадным скандалом, ведь написана она была на французском, а не на латыни, как того требовала традиция. И уж что казалось совсем неприличным, рушила устоявшиеся представления. Меж тем практика, этот бессменный сподвижник и учитель Паре, подсказывала ему всё новые и новые способы облегчения участи пациентов. Так, одним из величайших достижений до сих пор считается применение лигатуры при ампутации конечностей. Обильные кровотечения при хирургических вмешательствах были настоящим бичом хирургов. Помогала лишь практика прижиганий и перекручиваний, которые мало кто мог перенести, или же перетягивание жгутом, что тоже не особенно решало проблему. Вместо этого Паре ввел в обиход метод изначального обнажения сосудов и их перевязку тонкой льняной нитью (лигатуру). Это означало прорыв в хирургии. Но вместе с тем добавило Паре и врагов. Ведь любой подобный успех бросал тень на коллег-хирургов и на университетских врачей. Припоминали многое: и «вульгарное обозначение интимных частей тела» (книги Паре продолжал писать на простом французском – на языке нации, понятном простым людям, как затем Галилей, Декарт и многие другие выдающиеся умы), и его приверженность протестантизму (Паре сознательно примкнул к реформатской вере); в конце концов, недюжинные успехи в таком деле, как медицина, в то время закономерно навлекали подозрения в чернокнижии, слухи об этом упорно циркулировали в народе. Конфликт был столь же неизбежен, сколь и необходим. И лишь невероятные успехи Паре в хирургии помогли этой «войне» закончиться компромиссом (а на самом деле победой Амбруаза Паре). Медленно, но верно практика и факты теснили средневековую схоластическую традицию в медицине, так же как потом они будут теснить ее и в естествознании.

Первый хирург короля

Жизнь Амбруаза Паре, вопреки поздним биографам и литераторам, была почти начисто лишена романтики и напоминала скорее кромешный ад, нежели дорогу свершений. Но Паре работал и изобретал новые методы, подходы и инструменты. Мирные дни сменялись военными походами, повсюду его ждали раненные, изувеченные, покалеченные другими людьми или самой жизнью пациенты. И так же, как множились его познания и изобретения, множилась его слава в Париже. Нетрудно догадаться, что в XVI веке человек, который мог излечить страдальца, ценился на вес золота, ведь подчас только от его желания и индивидуального опыта зависело то, будет ли страдалец жив и относительно здоров. Естественно, Паре, прослывший искуснейшим мастером своего дела и уже успевший проявить себя в военных кампаниях, был приглашен ко двору короля.

В 1552 году Генрих II взял его на должность личного хирурга, и для Паре это означало защиту от извечных нападок схоластической медицины. Этот титул останется при Паре и при последующих правителях Франции: Франциске II, Карле IX и Генрихе III, которым судьба, как известно, уготовила одинаково печальный конец. Для того, чтобы понять, каково было место Паре при дворе и в обществе, достаточно сказать, что именно он пытался помочь смертельно раненному на турнире обломком копья Монтгомери королю Генриху II, именно он проводил вскрытие тела Карла IX, по распространенной легенде отравленного пропитанной ядом книгой (что на самом деле более чем сомнительно, да и Паре установил другую причину), именно он доставал копье из головы герцога де Гиза, наконец, именно он оперировал раненного адмирала Гаспара де Колиньи в канун Варфоломеевской ночи, изъяв из его руки пулю и ампутировав палец. В ту же несчастную ночь на 24 августа 1572 года Амбруаз Паре был укрыт в одной из комнат Лувра самим королем и стал одним из немногих приверженцев реформатской веры, переживших это событие5.

Впрочем, работа Паре при дворе нисколько не отменяла его практики в Отель-Дьё, где его пациентами становились самые обычные люди, к которым знаменитый хирург относился с тем же вниманием. Об этой его особенности тоже слагали легенды. Воистину талант Паре ценился наравне с талантом доброго военачальника, если не больше. Ведь командовать армией могли десятки подготовленных людей – эпоха предоставляла их в изрядном количестве. Паре же был лишь один. С 1 января 1562 года Паре официально именуется первым хирургом короля (Premier Сhirurgien du Roy). Именно этот значительнейший для того времени титул предваряет его многочисленные книги, дошедшие до наших дней. Эти книги раскрывают перед нами личность и заслуги Паре во всем их величии, разнообразии и парадоксальных противоречиях.

Когда познание рождает чудовищ

Перед читателем Паре с готовностью открывает тайны практического врачевания, доступного человеку XVI столетия. Он занимается хирургией и ортопедией: наглядно демонстрирует способы вправления вывихов и исправления переломов, оказывается автором множества технических изобретений, среди которых особенно выделяются протезы. Большинство из них, к сожалению, не было изготовлено при жизни Паре, но тщательность подготовки чертежей указывает на то, что изобретатель провел за их разработкой не один день. Паре принадлежит также описание способа дробления камней в мочевом пузыре. Метод этот он, по всей вероятности, лично не применял, но разработка самого подхода, безусловно, заслуживает упоминания. Авторству Паре принадлежит и огромное количество хирургических инструментов для проведения самых разных типов вмешательств – от кровопусканий до трепанации. Именно он описал давно забытый прием поворота плода на ножку, ставший «новым» словом в акушерской работе. И еще многое другое, очень много для одного-единственного человека. Все эти знания, собранные вместе в форме пространных, но точных описаний, инструкций, составили весьма приличное собрание сочинений, отличающихся своим фундаментальным и всесторонним подходом. И при всем при этом Паре оставался человеком своей эпохи, которая неизбежно накладывала отпечаток на его образ мышления. Так, например, нам известно, как «истово Паре занимался толченым рогом единорога»6, погружаясь в противоречия, ставя эксперименты7 и делая порой парадоксальные выводы.

Да, несмотря на бытовавшее еще разделение на врачей и ремесленников, хирург уже стремился быть терапевтом, старался познать и описать природу болезни. Конечно, в высшей степени характерно это было и для Амбруаза Паре. Однако подобное стремление означало во многом принятие бытовавших догм и учений. Базовая аксиома скептического отношения к знанию тогда еще лишь зарождалась. И первоначальное накопление знаний было одним из основных занятий ученого. Именно этим и занимался Паре. В то время каждый естествоиспытатель (или даже можно сказать естествонаблюдатель) считал своим долгом объединять разносторонние сведения, пусть даже это объединение и не предполагало четкого разделения и анализа. Одним из примеров такого подхода считается трактат Паре «О чудовищах»8, д о сих пор представляющийся исследователям классикой своего жанра. В этой книге Паре постарался объединить все сведения о необычных и заслуживающих внимания явлениях, какие только были известны европейцу в XVI веке. И если описание диковинных животных (вроде слонов, жирафов и хамелеонов) еще не представляется столь экстравагантным, то уж описание всевозможных увиденных (или сочиненных) кем-либо монстров, уродов или загадочных атмосферных явлений доставляет сегодняшнему читателю много вопросов9. Но не стоит забывать о том, что в эпоху Паре такое объединение – обычная практика для любого ученого мужа. В том же трактате Паре уделяет особое внимание всевозможным уродствам и как медик ищет им объяснения. Объяснения эти, впрочем, мало чем отличаются от характерных догадок в контексте эпохи, но сама попытка их поиска, совмещенная с анализом наблюдений, уже прокладывает дорогу к зарождающемуся научному методу Нового времени. Наперекор традиции и устоям Паре в принадлежащих ему трактатах раскрывает себя перед нами как пытливый исследователь, который стремится вырваться из окружающего невежества за счет целеустремленности, усердности и наблюдательности.

Призвание, признание и наследие

Паре умер в 1590 году, овеянный славой в бесславное для Парижа время – в те дни, когда в нем господствовал испанский гарнизон и страна была опустошена многолетней войной. Генрих Наваррский – будущий король мирной Франции – уже стоял на подступах к городу, а Амбруаз Паре нашел свой последний приют в церкви Сент-Андре-дез-Ар (Saint-André-des-Arts) – не так далеко от того самого Отель-Дьё, работе в котором была посвящена большая часть его жизни. Будучи в Париже и проходя мимо Отель-Дьё обычной своей дорогой от улицы Сен-Мишель к Лувру и дальше к кварталу Ле-Аль, я всегда вспоминал об Амбруазе Паре – человеке с удивительной судьбой, каковая выпадает на чью-либо долю лишь несколько раз за столетие, замечательном докторе, проложившем своим опытом дорогу для становления медицины Нового времени. А в голове вновь всплывала его любимая присказка: «Je le pansai, Dieu le guérit»10 («Я его перевязал, а Господь исцелил»), которой он обычно заканчивал свои свидетельства об удачных вмешательствах в чью-либо судьбу.

Святослав Горбунов,
аспирант РУДН

Автор выражает глубокую признательность И. С. Дмитриеву и А. В. Ермолаеву за помощь в подготовке настоящего материала

Источник: Газета «Троицкий вариант»

Современные биографии Амбруаза Паре (на фр. языке)
Jean-Pierre Poirier. Ambroise Paré, Un urgentiste au XVI siècle. – Paris: Pygmalion, 2005.
Jean-Michel Delacomptée. Ambroise Paré: la main savante. – Paris: Gallimard, 2007.

Некоторые современные отечественные статьи, исследования и переводы
Балалыкин Д. А., Бергер Е. Е., Бородулин В. И. Медицина XVI века: Мифы историографии и зарождение науки. Часть I. // Главный врач: хозяйство и право. 2013. № 4. С. 46–51.
Балалыкин Д. А., Бергер Е. Е., Бородулин В. И. Медицина XVI века: Мифы историографии и зарождение науки. Часть II. // Главный врач: хозяйство и право. 2013. № 5. С. 47-51.
Бергер Е. Е. «Нехорошо, что монстры живут среди нас» (Амбруаз Паре о причинах врожденных аномалий) // Средние века. 2004. №65. С. 147–165.
Бергер Е. Е. Пронин А. В. Амбруаз Паре – выдающийся акушер XVI века // Акушерство и гинекология. 2005. № 3. С. 58–62.
Бергер Е. Е. Представления о яде в медицинской литературе XVI века // Средние века. 2008. № 69 (2). С. 155–173.
Бергер Е. Е. Введение к собранию сочинений (об отношении А. Паре к наследию античных авторов) // Интеллектуальные традиции в прошлом и настоящем. 2014. № 2. С. 278–287.
Бергер Е. Е. Особенности хирургического образования в средневековой Европе // История медицины. 2014. № 3. С. 112–118.
Кривушин И. В., Кривушина Е. С. Амбруаз Паре. Апология и путешествия. Путешествие в Мец // Проблемы социальной истории и культуры средних веков и раннего нового времени. 2005. № 5. С. 320–327.
Паре А. О создании и превосходстве медицины и хирургии (пер. со ст. фр. Е. Е. Бергер) // Интеллектуальные традиции в прошлом и настоящем. 2014. № 2. С. 288–298.
Солл Д. Политика лечения тела: Французские королевские врачи, история и рождение нации (1560–1634) (пер. с англ. Е. Е. Бергер). // Средние века. 2008. № 69 (2). С. 128–154.

Некоторые книги Амбруаза Паре XVI века в открытом доступе
Briefve collection de l’administration anatomique, avec la maniere de cojoindre les os, et d’extraire les enfans tat mors que vivans du ventre de la mere, lors que nature de foy de peult venir a son effect (1550)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b8626181r/f7.image

La maniere de traicter les playes faictes tant par hacquebutes, que par flèches, & les accidentz d’icelles, come fractures & caries des os, gangrene & mortification, avec les pourtraictz des instrumentz nécessaires pour leur curation (1552)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k53824x

Dix livres de la chirurgie: avec le magasin des instrumens nécessaires à icelle (1564)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k53751j

Traicté de la peste, de la petite verolle & rougeolle (1568)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k53959v/f3.image

Deux livres de chirurgie, de la génération de l’homme, & manière d’extraire les enfans hors du ventre de la mère, ensemble ce qu’il faut faire pour la faire mieux, & plus tost accoucher, avec la cure de plusieurs maladies qui luy peuvent survenir (1573)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k53958h

Discours d’Ambroise Paré: à savoir, De la mumie, De la licorne, Des venins, De la peste. Avec une table des plus notables matières contenues esdits discours (1582)
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k54386b

Les Œuvres d’Ambroise Pare (1585)
https://ceb.nlm.nih.gov/proj/ttp/flash/pare/pare.html

Opera Chirurgica (1594)
http://docnum.u-strasbg.fr/cdm/compoundobject/collection/coll8/id/6179

1 Например, в рецепте Джованни де Виго, на который в своих воспоминаниях ссылается Паре, для прижигания (cauteriser) огнестрельных ранений предлагалось использовать кипящее самбуковое масло (huyle de sambuc) с примесью териака (theriaque) – легендарного античного и средневекового многокомпонентного противоядия.

2 Этот случай Паре описал в своей книге «Apologie et Traicté contenant les Voyages faits en divers lieux» (гл. «Le voyage de Thurin») (1585), в которой он рассказывает о своей бытности военным хирургом в период с 1536 по 1569 год (подробнее см., например: www.bartleby.com/38/2/ (англ. перевод)).

3 «Methode de traiter les plaies faites par les arquebuts etautres bastons à feu, et celles qui sont faites par la poudre à canon» (1545).

4 Это выделение хирургии из медицины своими корнями восходит еще ко временам IV Латеранского собора 1215 года, запретившего духовенству заниматься ей на том основании, что христианская вера запрещает ему пролитие крови. С тех пор все подобные манипуляции перешли в руки хирургов-ремесленников, среди которых, впрочем, тоже имелась своя строгая субординация.
Важно понимать, что, несмотря на разделение и конфронтацию в отношениях врачей и хирургов, последним ни в коем случае не следует отказывать в образованности. Наоборот, знакомство хирургов с анатомией, утверждаемое практикой, делало их подготовку (с нашей точки зрения) порой даже более глубокой, чем у университетских врачей (подробнее об этом см., напр.: Бергер Е. Е. Особенности хирургического образования в средневековой Европе // История медицины. 2014. № 3. С. 112–118)

5 По распространенной легенде, Карл IX оправдывал спасение Паре словами о том, что «глупо было бы отнимать жизнь у протестанта, который может спасти жизнь многим католикам».

6 Цит. по: Мандру Р. Франция Раннего нового времени 1500–1640. Эссе по исторической психологии. М.: Территория будущего, 2010. С. 229. (см. также: Paré A. Discours d’Ambroise Paré: à savoir, De la mumie, De la licorne, Des venins, De la peste. Avec une table des plus notables matières contenues esdits discours, 1582. http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k54386b)

7 Говоря о применении Паре экспериментального метода доказательства, следует отметить, что сама идея эксперимента была еще не слишком типична для его времени. Следовательно, проведение Амбруазом Паре экспериментов также можно обозначить в качестве его заслуги как естествоиспытателя. Впрочем, эксперименты рассматриваемой эпохи порой могли быть связаны с удивительного рода жестокостью. Таков, например, широко известный случай проверки Паре действия противоядия (безоара) на приговоренном к смерти преступнике: Паре предложил ему принять яд и противоядие. В описываемом случае противоядие (как и предполагал Паре) не помогло, и человек скончался в страшных мучениях.

8 «Des monstres et prodiges» (1573).

9 Подробнее о содержании этого трактата Паре см. в статье Бергер Е. Е. «Нехорошо, что монстры живут среди нас» (Амбруаз Паре о причинах врожденных аномалий) // Средние века. 2004. № 65. С. 147–165.

10 Старофр. «Ie le penfay, et Dieu le guerit».