Состояние современного общества часто именуют обществом риска, нестабильности, техногенным обществом, однако, нужно рассмотреть, что стоит за этими понятиями.

Анастасия Маслова, кандидат философских наук, доцент кафедры философии МГЛУ

Сегодня мы действительно сталкиваемся с каскадом кризисов – это и экологический кризис, экономический и, пожалуй, самый глубокий – это кризис антропологический[1].

Глобальность проблемы определяется ее масштабами и глубиной поражения. Можно говорить о глобальной проблеме в собственной жизни, когда происходит сильное переживание, затрагивающее все аспекты жизни человека, метастазами поражающее личность – это личностный кризис. Но когда мы наблюдаем масштабные катастрофы, как природные, так и социальные, то это являет собой глобальные проблемы всего человечества, затрагивающие большие территории и касающиеся большого количества людей разных стран.

Особенно остро перед философами встал вопрос о будущем пути развития европейской цивилизации в XX веке. Важно иметь в виду, что когда мы говорим о глобальных проблемах, то необходимо прояснить, на почве какого способа мышления они возникли. В данном случае мы говорим о той интенции действия, которая сформировалась в Новое время и требует нового осмысления. Знание разных подходов к решению того, как можно преодолеть ту или иную глобальную проблему, знание, откуда она взялась, сможет натолкнуть на собственный поиск такого рода решения. В данном параграфе будет показан путь, который прошла мысль, начиная с XX века и завершая сегодняшним днем в поиске и решении глобальных проблем человечества.

Известно, что с Нового времени человек стал относиться к природе как к средству, которое можно и нужно преобразовывать для собственной пользы. Примат пользы над ценностью природы обеспечил главенство прагматической истины, заменившей благоговение на пользование. Но стало ли человечество от этого ближе к собственному счастью, что предполагает прагматическая этика: «наибольшее счастье наибольшего числа людей»?

Представьте такую ситуацию, что придя домой обнаруживается, что отключили электричество. Первое, что предпримет современный человек – это позвонит по мобильному телефону в необходимую службу, чтобы узнать, когда же дадут электричество. Но сеть тоже недоступна. Проходит несколько часов и уже обреченные на живое существование люди впадают в панику, а потом в отчаяние, многие из них просто не выживут в таких условиях.

Этот мысленный эксперимент, а в некоторых регионах нашей страны вполне реальный, наталкивает на мысль о том, что по мере все большей технической оснащенности наше существование становится более зависимым от множества факторов, на которые мы сами повлиять не можем. Это не только природные катаклизмы, которые при небольшом воздействии на магнитное поле земли лишат возможности подачи электрического тока, что атрофирует в первую очередь, жизнь мегаполисов. Но и созданные человеком условия для более комфортной жизни, обеспечивая жизнь цивилизации. В этой связи нужно дать рабочее определение цивилизации, а именно западно-европейского ее варианта. В контексте данного параграфа оно будет основано на дихотомии культуры и цивилизации по О. Шпенглеру, который считал, что цивилизация – это смерть культуры. Итак, цивилизация – это такая стадия развития человечества, на которой достигнут высокий уровень технического оснащения и уровень свободы доступа к информационным ресурсам. Конечно, понятие цивилизации не исчерпывается только лишь технологией, есть несколько определений цивилизации и все они взаимодополнительны. Однако нам необходимо увидеть те черты западной цивилизации, которые привели к возникновению и обострению глобальных проблем, о которых пойдет речь далее.

Итак, начнем с рассмотрения экологического кризиса, как одной из глобальных проблем современности.

Собственно, что такое экологический кризис? Отвечая на этот вопрос, мы вспоминаем современный Пекин, изображения дымных труб, катастрофу в Чернобыле, Фукусиму и т.д, реже вспоминаем землетрясения и извержения вулканов, хотя именно природные катаклизмы могут задействовать эффект домино и способствовать началу техногенной катастрофы. Но это только частные случаи, кризис не в самих этих катастрофах, а в способе существования цивилизации, которую часто именуют техногенной цивилизацией. Итак, экологический кризис возникает на фоне долгого процесса исчерпания природных ресурсов и загрязнения окружающей среды до такой степени, что создаются условия, ставящие под угрозу существование самого человека как биологического вида. Здесь нужно пояснить, что экосистема пребывает на границе между природным и человеческим, искусственно созданным им миром. Гармоничное сосуществование этих миров было нарушено, например, когда констатировали таяние ледников, которые обеспечивают стабильность температурного режима на планете. Действительно, если температура перестанет поддерживаться на прежнем уровне, то начнутся необратимые катастрофические последствия и исход будет уже страшен для всех. Это один из факторов структурного кризиса, путь преодоления которого только начал намечаться только в конце XX века. Также отмечают в качестве ответвления от экологического кризиса кризис демографический, вызванный дисбалансом роста населения, когда происходит рост одного региона и резкий спад численности населения в другом. Например, 13% населения земли потребляют 70% невозобновляемых ресурсов[2]. Также это ведет к неравномерному распределению благ, что способствует нарастанию напряженности между разными странами, находящихся по разные стороны океана экономики потребления.

Итак, на международном симпозиуме в Рио-де-Жанейро в 1972 году, посвященном экологическому кризису, была выработана стратегия под названием «устойчивое развитие», которая остается ведущей по борьбе с экологическим кризисом по сей день. А в 1990 году с циклом лекций по философии экологии выступил В. Хёсле уже в Москве. Интересно, что сформировалось само направление философии экологии, значит, отдельные науки уже не в силах сформировать целостную картину экологической реальности. Экология понимается уже не только как часть биологических наук, но как особого рода мировоззрение, которое формируют, как технологические, так и социальные факторы. Создается экология человека, как отдельная область исследований, изучающая взаимодействия окружающей среды и человека, его здоровье, уровень жизни и психологическое здоровье.

Более того, необходимо отвечать на вызовы в лице так называемых «болезней цивилизации», поражающие наиболее благополучные регионы относительно развитости технологий. Стоит  их перечислить: генетические мутации клеток, ведущие к раковым опухолям, рост психических расстройств (в частности, аутизм), ожирение, сердечно-сосудистые заболевания и т.д. Например, за последние 30 лет количество генетических мутаций возросло в 2,5 раза.[3] Одним из основных факторов снижения сопротивляемости организма болезням, является стресс. А. Тоффлер предсказывал и уже констатировал тот факт, что дисбаланс во временном пространстве чреват расстройствам здоровья и нервной системы. Именно темп жизни, который диссонирует с естественным ритмом жизни человека приводит к ослаблению и появлению большого количества новых заболеваний, мимикрирующих для иммунной системы и трудноизлечимых, а то и вовсе неизлечимых. Несмотря на большие победы современной медицины и медицинской технологии в лечении тех болезней, от которых раньше просто умирали, а сегодня легко устранимы, рост новых болезней ставит большие вопросы, решение которых требует подключение гуманитарных наук. Современная западная цивилизация, таким образом, становится обществом риска, где каждый шаг вперед может привести к непредсказуемым процессам, создавая нестабильность в сложном организме общества. Основной характеристикой общества риска становится его нестабильность и сложность, где каждый элемент связан с другими и если будет нарушен хоть один из этих элементов, нарушится вся система, возникнет «эффект бабочки», когда малейший взмах крохотного существа провоцирует катастрофу совершенно в другом месте. Движение от установленного порядка к хаосу  может произойти мгновенно, стоит только какой-либо информации завладеть несколькими сознаниями и запустить эффект толпы, который погружает личность в безликое слияние с массой.

Для устранения одного из факторов такой нестабильности в последнее время возросла роль этики, многие вопросы стали возникать в сферах, отличных от гуманитарного знания. Так, появляется новое междисциплинарное направление – социальная оценка техники, когда та или иная новая технология проходит обязательную гуманитарную экспертизу, этическую сторону которой она обязана выявить. Тоже относится и к медицине, в области которой современные технологии добились особого успеха, однако, этот успех может обернуться катастрофой. Например, нанотехнологии, которые старательно внедряются в область человеческого тела, предлагают инновационные решения, не замечая, что превращают человека из homo sapiens в постчеловека. На этом основании возникает проблема трансгуманизма, требующая нового осмысления того, что есть человек. Антропологическое бытие становится ареной, на которой сталкивается технология и собственно человеческая природа, с ее духовным и телесным основаниями. Встает вопрос о дихотомии искусственного и естественного, границы которого размываются и которые становится все сложнее четко определить. Что остается у человека собственно человеческого и чем он отличается от созданного им робота на основе искусственного интеллекта? Такой и подобные этому вопросы нуждаются в междисциплинарных исследованиях, включающих гуманитарные науки.

Также в вопросах этики нуждаются проекты, направленные на технологическое воплощения открытий фундаментальной науки. Создается направление – этика науки, в задачу которой входит сдерживание внедрения опасных технологий, угрожающих безопасности человечества.

Теперь мы подошли к антропологическому аспекту структурного кризиса, распадающегося на несколько глобальных проблем: экономическую, психологическую, моральную или определения ценностей.

Переход от индустриального общества к постиндустриальному сопровождается процессом информатизации производства. Модель «человек-человек» заменяется на модель «человек-компьютер», что приводит к изменению ракурса поведенческой психологии людей. Человек становится жителем так называемой «инфосферы». Что это значит? Человек подпадает под мощный информационный поток, струящийся на его сознание, который, во-первых, определенным образом программирует его, во-вторых, атрофирует креативность мысли, лишая свободы мышления, раскалывая его на фрагменты, лишая целостного восприятия и сужая диапазон задач.

Становление капиталистической модели производства подразумевает постепенный отход от ручного труда, а именно, замену его на машинный. Таким образом, уменьшается рабочее время, освобождая для рабочего его досуг. Однако возникает вопрос наполненности этого досуга. Известно высказывание Аристотеля, что для занятий философией необходим досуг, но необходимо принципиальное уточнение: если человек духовно способен занимать свой досуг философией. За сокращение рабочего дня стоит проблема духовного воспитания и собственно образования, как основы, формирующей личность человека. Также с внедрением новых технологий в те области, где был задействован человек, последний лишается рабочего места, следовательно, возникает проблема тотальной безработицы. Эта проблема будет становиться все глубже и глобальнее с переходом в шестой технологический уклад, когда произойдет качественный и количественный скачок во внедрении новых технологий, основанных на NBIC(S) (нано, био, инфо и социо) технологиях.

Помимо проблемы, возникающей на основании замены человеческого труда на роботизированный, возникает проблема заполнения той свободы, которую предоставляет современная технология, в частности, свобода доступа к любой информации (кроме секретных государственных данных). Из последнего проистекает проблема информационной безопасности, как необходимого условия стабильности жизни общества. Однако, кроме обеспечения безопасности особо важной или личной информации, существует проблема заполнения представленной человеку свободы выбора, с которой он не может справиться, не опираясь на базовую систему ценностей и знание своих способностей, и область самореализации. Возникает такой термин как «клиповое сознание», характеризующее эклектичность и фрагментарность знаний, полученных из источника информации, предоставляющего к ней свободный доступ.

Мир развивается по так называемой «логике сенсаций», где информация должна обязательно задеть эмоционально, потрясти, но не передать некий скрытый смысл. Важно не истинность или ложность поставленного знания, а скорость его поставки потребителю. Человек становится «одномерным», легко внушаемым и пассивным. Формируется новый тип человека, homo aeconomicus трансформируется в одноразового человека.

Также в таком инфо-обществе легко формируется совершенная система контроля, которой еще Ж. Делез дал название «электронный ошейник». Таким образом, ставится под угрозу личная и особо ценная информация, человек становится прозрачным для общества.

В связи с ростом компьютеризации, человек постепенно утрачивает те навыки, которые он применял раньше. Например, письмо, оно становится неким рудиментом, поскольку печатание на клавиатуре убыстряет и облегчает работу с тем или иным текстом. Однако нивелируется навык письма, испокон веков характеризующий образованность человека. На фоне этих процессов создается такая наука, как гуманология[4], которая изучает «постчеловеческие» или «постгуманитарные» феномены современности.

Будущее человечества зависит большей частью от технологий, поэтому проблема ближайшего будущего становится дихотомия человек-робот. Эта проблематика возникла не сегодня, уже в XX веке ученые-фантасты и футурологи описывали мир, наводненный гуманоидами, которые часто становились в определенный момент враждебными человеку. Возникает опасность восстания машин, созданных самим человеком, но обладающих той же свободой выбора, что и естественный человек со всей сложной структурой сознания. Естественный интеллект становится перед проблемой сначала возможности искусственного интеллекта, а затем возможности с ним справиться. Происходит раздвоение реальности, где виртуальная часть оказывается более комфортной, чем живое чувствование мира – это также является фактором нивелирования человеческого в человеке, который создает плацдарм для манипулирования человеческим ресурсом.

Также одной из острых проблем современности является проблема войны и мира, которая затрагивает вопрос о напряжении межкультурного взаимодействия. С середины прошлого века происходит процесс глобализации, который сопровождается размыванию культурных различий и утверждения одной модели развития культуры, а именно западноевропейской. В конце прошлого века уже можно увидеть появление транснациональных корпораций, внедрение интернета, развитие туризма и проникновение одной культуры в другую.

Нарастающие межнациональлные конфликты стимулируют враждебность между странами, а в условиях доступности новых технологий в военном секторе эти конфликты становятся смертельно опасными для всего мира.

В чем корень этих конфликтов? Если углубиться в историю, то еще с древних времен люди враждовали друг с другом вплоть до полного уничтожения врага. Показательна теория Т. Гоббса, в которой философ утверждает, что естественное состояние человека – это война всех против всех при главенстве инстинкта самосохранения. В этом случае человека изначально зол. Если принять данное утверждение в качестве рабочей гипотезы, то вполне естественно, что и сегодня люди враждуют друг с другом. Однако в чем состоит глобальность этой проблемы сегодня, и какие стороны жизни общества она затрагивает?

В первую очередь – это проблема взаимопонимания, которая граничит с такими понятиями, как, и мультикультурализм, толерантность, «мягкая сила». Первая в этом списке проблема в принципе нерешаема, т.к. гармоничное сосуществование даже двух совершенно разных культур невозможно. Такое радикальное утверждение основано на том факте, что каждая культура имеет в своем основании изначальные паттерны, логика которых формирует мышление и образ жизни носителей той или иной культуры, а также формирует систему ценностей. Последнее в силу своего несовпадения с системой ценностей другой культуры приводит к конфликтам, колеблющим мирную обстановку в той или иной стране. Один из выходов видели в толерантности, однако, это только этап, за которым должно стоять либо признание, либо отрицание и вражда[5].

Как правило, глобализация имеет под собой гуманистический посыл, однако, насаждение чужеродных ценностей на иную культуру приводит к естественному механизму отторжения ее у носителей другой культуры. Поэтому существует необходимость создания нового направления – этики взаимопонимания, максимы которой вошли бы на межнациональный уровень. Такая этика основана на принципах духовно-нравственных ценностей, которые ускользают из поля зрения современного человека, погруженного в цивилизационный прогресс, основанный только лишь на развитии технологий.

Подводя итог вышесказанному, отмечу, что при поиске решения любой проблемы необходимо сначала выявить ее источник, который ее породил. В случае глобальных проблем, с которыми столкнулось человечество, это определенный способ мышления и способ существования, поменяв который, можно, если и не устранить, то хотя бы предотвратить дальнейшее усугубление ситуации, как в мире природы, так и в мире культуры.

К. Ясперс еще в XX веке говорил, что XXI век должен быть веком гуманитарных наук, или его не будет совсем. Нам же нужно прислушаться к пророческим словам философов и начать с себя в деле решения глобальных проблем человечества.

Список литературы:

 

  1. Агаджанян Н.А., Чижов А.Я, Ким Т.А. Болезни цивилизации // Экология человека. Российский университет дружбы народов, НИИ общей патологии и патофизиологии РАМН. 2003. №3. С.8-11.
  2. Алексеева И.Ю., Аршинов В.И., Чеклецов В.В. «Технолюди» против «постлюдей»: НБИКС революция и будущее человека // Вопросы философии. . Алексеева И.Ю., Аршинов В.И., Чеклецов В.В. 2013. № 3. С. 12-21.
  3. Миронов В.В., Миронова Д.В.Г Мультикультурализм: толерантность или признание? // Вопросы философии. 2017. №6. С. 16-28.
  4. Насынбаев А.Н. Становление глобальной этики взаимопонимания // Вопросы философии. 2017. №8. С.11-20.
  5. Проективный философский словарь: Новые термины и понятия / под. Ред. Г.Л. Тульчинского и М.Н. Эпштейна. СПб.: Алетейя, 2003. – 512с.
  6. Стёпин В.С. Цивилизация и культура. СПб.: СПбГУП, 2011. – 408с.
  7. Тоффлер А. Футурошок. СПб.: 1997. – 464с.
  8. Хесле В. Философия и экология. М. 1994. – 192c.
  9. Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: последствия биотехнологической революции. М.: 2003. – 349с.

 

[1] См.: Стёпин В.С. Цивилизация и культура. СПб.: СПбГУП, 2011. С.95.

[2] См.:  Агаджанян Н.А., Чижов А.Я, Ким Т.А. Болезни цивилизации // Экология человека. Российский университет дружбы народов, НИИ общей патологии

и патофизиологии РАМН. №4, 2003. С.8-11.

[3] См.: Агаджанян Н.А., Чижов А.Я, Ким Т.А. Болезни цивилизации // Экология человека. Российский университет дружбы народов, НИИ общей патологии

и патофизиологии РАМН. №4, 2003. С.8-11.

[4] См.:  Проективный философский словарь: Новые термины и понятия / под. Ред. Г.Л. Тульчинского и М.Н. Эпштейна. СПб.: Алетейя. С.84-89.

[5] Миронов В.В., Миронова Д.В.Г Мультикультурализм: толерантность или признание? // Вопросы философии. 2017. №6. С. 16-28.