Форум «Гражданский диалог» провел круглый стол «Реформа образования. Точка зрения общественности».  Главный вывод: положение в российском образовании вызывает тревогу – массовая школа не дает качественного образования. В международном мониторинге качества образования PISA при сравнении читательской, математической и естественно-научной грамотности результаты наших школьников гораздо ниже средних и ухудшаются от исследования к исследованию. Перемены нужны. Но настоящий взрыв в обществе произошел, именно когда ведомство подготовило новые документы, по которым школа должна реформироваться. Ни в новом законопроекте «Об образовании», ни в проекте стандартов старшей школы люди не увидели того, чего ждали, а, наоборот, увидели угрозу образованию и будущему России.

Подготовила Людмила Рыбина

Мы публикуем три выступления участников круглого стола в Горбачев-фонде.

Зашкаливающий непрофессионализм

Александр Абрамов, член-корреспондент Российской академии образования:

– Революционный характер предложений «стандартизаторов» приблизил момент истины. Стало очевидно, что если крайне сомнительные идеи будут внедрены, мы пройдем точку невозврата в деградации образования.

В ходе обсуждения проекта стандартов старшей школы обозначились грубые ошибки концептуального, методологического, лингвистического характера. 

Ясные финансовые обязательства государства и формы ответственности за ненадлежащее состояние школ отсутствуют полностью. Призыв к тотальной профилизации школ «Дадим каждому ученику по его профилю!» глубоко ошибочен: отсутствуют методики, подготовленные учителя, средства обучения (что делать, например, в сельской школе, не говорится совсем). Опыт лучших специализированных школ показывает, что фундамент способностей – хорошее общекультурное развитие, отказ от «ненужных» предметов наносит большой вред развитию. 

Лозунги свободы школ в выборе образовательных программ и свободы ученика в выборе предметов звучат и романтично, и либерально. Но не реалистично. Учителя живут трудно, опыт серьезных разработок имеют очень немногие. Поэтому рассчитывать на то, что все школы самостоятельно будут создавать программы и учебные материалы, не приходится. 

Переработка стандарта невозможна. Нужна новая концепция и работа, организованная на иных принципах. Учителя в разработке практически не участвовали. Мало-мальски серьезное обоснование и эксперимент отсутствуют. 

История со стандартом – не печальная случайность, а закономерное следствие сложившейся за последнее десятилетие глубоко порочной политики в образовании. Ключевое слово этой политики – «имитация». Эффективность системы образования определяется четырьмя основными факторами: содержание, учитель, материально-финансовая база, атмосфера уважения к знанию, культуре. А в рамках политики так называемой модернизации образования внимание было сосредоточено на вторичных проблемах: ЕГЭ, подушевое финансирование, «совершенствование механизмов»: бюджетные, автономные, казенные учреждения и т.д. Реструктуризация, обернувшаяся закрытием 15 тысяч сельских школ, – это гибель многих сел. 

На знаменах «модернизаторов» три лозунга: воинствующий экономизм, безудержный формализм, полный монополизм ограниченного контингента лиц, принимающих решения в сфере образования. Усугубляют ситуацию полная безответственность, ставка на административный ресурс и, как следствие, зашкаливающий непрофессионализм. 

Не модернизация, а варваризация грозит России. Создается ситуация острейшего исторического цейтнота: профессиональные школы и культурные традиции разрушаются быстро, но на их восстановление уходят многие десятилетия. 

Необходим слом порочной системы принятия решений: 

– реорганизация Министерства образования и науки и воссоздание Министерства народного просвещения, ответственного за школу; 

– реорганизация Российской академии образования, которая в существующем ее виде не способна вести серьезные исследования и разработки; 

– проведение общенациональной дискуссии и всероссийского съезда работников образования (цель – разработка стратегии развития и программы действий). 

Шесть угроз образованию

Олег Смолин, зампредседателя Комитета по образованию Госдумы:

– Федеральная образовательная политика напоминает мне притчу о хане Золотой Орды, который посылал баскаков за данью на покоренную Русь. Каждый раз по возвращении он спрашивал:

– Ну что русские?

– Плачут.

– Поезжайте снова.

И только когда на вопрос хана баскаки ответили: «Смеются», мудро заметил: «Значит, у них уже ничего не осталось».

Так и в 2011 году образовательному сообществу остается только смеяться – сквозь слезы. Именно в этом году над нашим образованием нависло сразу шесть угроз.

1. ФЗ №83 об автономных, бюджетных и казенных учреждениях, или, как говорят в народе, об АУ, БУ и КУ. Закон фактически предусматривает превращение некоммерческих учреждений в коммерческие организации, нацеленные на зарабатывание денег. По опросу Левада-Центра, казенный оптимизм правительства и правящей партии по поводу этого закона разделяют только 7% граждан, а 54% убеждены, что от него станет намного хуже. 

2. Федеральный бюджет на ближайшие три года гарантирует снижение реальной заработной платы большинства педагогов в России. На федеральном уровне и в большинстве регионов зарплата не повышалась в 2009–2010 гг. и не будет повышаться в 2012–2013 гг. Модернизация при нищем учителе – это один из самых коротких анекдотов, которые я слышал в своей жизни. 

3. Федеральный закон №439 от 29 декабря 2010 г. о постепенной ликвидации льгот для сельского учителя. Закон требует так называемой монетизации льгот на уровне 2010 года. Но в большинстве регионов они и без того урезаны. Тарифы на коммунальные услуги растут по 15-20% в год и через 2-3 года от учительских льгот останутся одни воспоминания. 

4. Федеральная целевая программа так называемого развития (а на самом деле – разгрома) образования. Она предполагает среди прочего сокращение доли студентов среди лиц, получающих профессиональное образование, с 71 до 50%. С учетом демографической ямы это означает, что в течение ближайших пяти лет количество студентов в России собираются уполовинить. 

Напомню министру и всем, кто не смотрит зарубежную статистику: в наиболее продвинутых странах типа Южной Кореи, Японии, Соединенных Штатов доля людей, получающих высшее образование, колеблется от 80 до 90% – и не от общего числа получающих профессиональное образование, а от числа лиц данной возрастной категории, что много выше, чем в современной России! 

5. Образовательный стандарт для старшей школы уже вызвал массу протестов. Хорошо, что председатель правительства публично провел воспитательную работу среди отдельно взятого министра. Не то в ближайшее время мы получили бы стандарт, который академики с чувством юмора называют программой «Одуренные дети». 

6. И, наконец, шестая угроза – проект федерального закона «Об образовании», толстый и пустой. Образованию он ничего не дает, но зато ухудшает положение сельского учителя, просветительских организаций, высших учебных заведений (ликвидирует академии, первая из которых в России была основана еще в 1687 году), а также урезает права инвалидов. 

Отдельно хочу спросить: за что Минобрнауки так не любит начальное профессиональное образование? Его хотят ликвидировать, а между тем у меня на руках находятся протесты от всех, кто еще только способен протестовать: от «Газпрома» и шахт Кузбасса, от профессиональных ассоциаций, от десятков академиков. 

Мы подготовили альтернативный законопроект, который отвечает требованиям образовательного сообщества. 

Если в советский период мы входили в тройку стран, наиболее продвинутых в области образования, то четыре последних доклада ООН о развитии человеческого потенциала дают России: 2004 г.  – 15-е место; 2005 г.  – 26-е место; 2007 г. – 41-е место; 2008 г. – 54-е место. Если все шесть угроз российскому образованию будут реализованы, покатимся во вторую сотню.

11 тысяч поправок не спасут

Яков Турбовской, заслуженный учитель России, доктор педагогических наук, профессор:

– Наши реальные социальные условия, ситуация, сложившаяся в отечественном образовании, буквально требуют для своего развития незамедлительного создания таких законов, которые способны обеспечить для всей нашей страны конкурентоспособность в жестких условиях глобализации. И вот этот столь необходимый всем нам закон «Об образовании» создан… И получил 11 тысяч поправок.

Астрономическое число замечаний превратило в бессмыслицу само желание их все учесть. Но мы оказались втянуты в дискуссию, которая самим фактом своего проведения дает все основания сказать, что обсуждаемый документ принят, как в таких случаях говорится, «за основу», и просто надо над ним еще поработать. Это и есть ловушка, в которую попадает отечественное образование. 

Сколь угодно тщательное корректирование каждой статьи этого текста не может внести того самого главного, чего в нем нет и без чего он превращается в эклектический набор формальных формулировок. Нет в нем ответа на судьбоносный для настоящего и будущего нашей страны вопрос: каким мы хотим видеть наше образование, в каком направлении ему развиваться и ради каких целей? 

Не сговор безнравственных взяточников, а глубинный разрыв между программами и требованиями школы и вуза является не только одной из основных причин коррупции в стране, но и прямой угрозой ее безопасности. Картину дополняет убийственная политика в издании бесталанных и недоступных пониманию ребенка учебников, сводящая к нулю его желание учиться, и тогда возникает бесстыдный в своей педагогической и нравственной разрушительности Монблан «решебников» и «шпаргалок»! 

Основная беда нашего образования – полное непонимание того, что школа является общегосударственной и светской. Светская школа как ничто другое позволяет разрывать пагубную преемственность людской непримиримости, ненависти и даже традиционно конфликтных этнических противостояний. 

И единственный вывод, который неодолимо проистекает из аналитического прочтения данного проекта, сводится к тому, что никакая формальная доработка его изменить не может. Нашему отечественному образованию нужен принципиально иной законопроект.

Источник «Новая Газета»