С 1992 по 2001 год моя семья жила в Оксфорде. Я занимал должность лектора, а с 1997 года профессора на факультете теоретической физики Оксфордского университета, а также являлся членом (fellow) колледжа Брэйзенос. За эти годы мне довелось встретиться со многими интересными людьми и присутствовать при множестве забавных ситуаций. Воспоминаниями о тех и о других я бы и хотел поделиться. 

Алексей Цвелик

Рудольф Пайерлс (1907-1995)

Я думаю, что мне в жизни выпала редкая удача встретить человека, чьи действия и мысли имели такое колоссальное влияние на судьбы миллионов людей.  Этот человек — сэр Рудольф Пайерлс, с которым я и моя жена имели честь познакомиться в 1992 году. Пайерлс – немецкий еврей, был женат на российской гражданке Евгении Каннегисер, чей брат Леонид застрелил в 1918 году Урицкого (он был романтиком-революционером, членом партии эсеров). В 1929 году они встретились в Одессе на конференции по физике, вскоре  поженились и Пайерлс увез ее в Германию, а потом в Англию. В 1937 г., работая в Бирмингамском университете, Пайерлс теоретически оценил критическую массу урана-235, необходимую для взрыва атомной бомбы. Результат отличался от реального в два раза (кажется, Пайерлс получил 8 кг, а на самом деле 16 кг.).

Вот этот результат, да еще и ошибка коллеги Пайерлса, великого германского физика Вернера Гейзенберга, оставшегося в Германии и возглавившего германский атомный проект, и определили судьбы мира на ближайшие десятилетия. У Гейзенберга получилась другая цифра – 500 кг. 8кг означало, что бомбу, хотя и ценой неимоверных усилий, можно было сделать, 500кг означало, что сделать ее в условиях того времени было нельзя. Поэтому Германия, собственно говоря, и не предпринимала в течение войны никаких серьезных усилий в этом направлении. Конечно, никто в Англии и Америке о таком положении дел не знал, и ученые-эмигранты из Европы страшно опасались, что Гитлер доберется до бомбы. Великобритания начала свой атомный проект первой, в 1939 г. США в то время ничего не знали об этом. Летом 1939г.  венгерские физики Теллер и Сциллард отыскали на даче на Лонг Айленде отдыхавшего там Эйнштейна и побудили его написать письмо президенту Рузвельту извещая его о серьезной потенциальной угрозе со стороны вооруженной атомной бомбой Германии. Рузвельт прочел письмо, назначил комиссию для консультаций по этому вопросу, а комиссия запрятала письмо Эйнштейна в сейф. Так и продолжалось до начала 1942 года, когда до американцев, ставших уже военными союзниками англичан, дошла информация, что Великобритания тратит большое количество своих скудных средств на разработку какого-то странного супероружия.  Произошло то, что я наблюдаю в Америке уже 20 лет: первыми тратить не будем, но раз те, другие, тратят, мы потратим в 20 раз больше. Благо, мозги мы тоже можем купить. Так из-за тупости н невежества американского эстеблишмента Европа избежала страшной участи стать первым испытательным полигоном атомного оружия. Манхэттенский проект начался слишком поздно. Вместо Берлина и Гамбурга Сталину продемонстрировали действие бомбы на Хиросиме и Нагасаки.

Клаус Фукс

Союзники решили объединить усилия и в 1943 году большая группа британских физиков прибыла в Лос Аламос для работы над бомбой. Тут то благодаря Пайерлсу история совершила еще один поворот, хотя, думаю, помимо его желания. Дело в том, что он привел в британский атомный проект своего германского земляка, физика Клауса Фукса, который оказался коммунистом и стал передавать информацию о разработке атомного оружия в СССР. Фукс был очень талантливым ученым и доставленные им сведения, по-видимому, сократили срок создания  советской бомбы на пару-тройку лет. Дело даже не в том, что без американцев советские ученые не сообразили бы, как ее сделать, слава Богу, умов хватало, а в том, что без Фукса до Хиросимы им бы никто из начальства не поверил, ведь в  СССР у начальства к безграмотности  добавлялась еще и классовая подозрительность по отношению к интеллигенции. Впрочем, мнения на этот счет расходятся. Ганс Бете, например, сказал, что из всех известных ему физиков есть только один, кто изменил историю и это – Клаус Фукс.

Пайерлс очень гордился тем, что оказался лучше Гейзенберга. Последний, правда, утверждал впоследствии, что он сознательно саботировал германский атомный проект, но Пайерлс обладал точной информацией на этот счет. Дело в том, что сразу после капитуляции Германии пленные немецкие физики содержались на некой уединенной вилле в Англии. Разговоры их, разумеется, прослушивались и, когда в августе 1945 г. радио сообщило  о взрыве атомной бомбы над Хиросимой, Гейзенберг воскликнул: «Где же американцы взяли полтонны урана-235!»

В начале 90х были опубликованы мемуары советского Джеймса Бонда Павла Судоплатова, который утверждал, что научный руководитель Манхэттенского проекта Роберт Оппенгеймер сотрудничал с СССР. Я, конечно, спрашивал об этом Пайерлса, который Оппенгеймера хорошо знал, и тот сказал, что это ерунда. Впрочем, к Оппенгеймеру таки подкатывались. У Эйнштейна была русская любовница, жена скульптора Коненкова. По возвращению в СССР в 1946г Сталин наградил ее звездой героя. Вот она то и была одной из тех, кто пытался подобраться к Оппенгеймеру.

От Пайерлса, как и от других представителей старой европейской культуры, которых мне удалось еще застать в Оксфорде и Кэмбридже, исходило какое то особое обаяние. Все эти люди – Рудольф Пайерлс, Исайя Берлин, Николас Кюрти, о которых я надеюсь еще рассказать, и которым в начале 90х  уже перевалило крепко за 80, были настоящими интеллигентами. Конечно и среди людей помоложе я встречал  приятных, честных, умных, ярких, но таких, как эти все-таки никогда. Обитатели Атлантиды, ушедшей на дно культуры Европы, разрушенной измами ХХ века.  

Источник: Сноб