О том, что такое наш социальный почерк и от чего зависит количество наших постоянных контактов, рассказала в лектории «Зануда» и на GeekPicnic кандидат психологических наук Лариса Марарица. Кратко перескажем вам, что мы из этой лекции узнали. 

Полную версию лекции можно посмотреть на YouTube-канале «Зануды». Также для всех желающих Лариса Марарица выложила презентацию, где есть графики и ссылки на источники.

Британские учёные доказали (серьёзно)

Данбар смотрит на твой мозг с интересом и радостью

Английский антрополог Робин Данбар в 90-х годах прошлого века открыл, что число постоянных социальных связей, которые мы можем поддерживать, не очень-то велико. Мы – это не только люди, но и другие млекопитающие, например обезьяны, на изучении которых Данбар сначала и специализировался.

Учёный выяснил, что размер социальной группы млекопитающего напрямую зависит от доли неокортекса по отношению к остальным частям мозга.

Неокортекс, или новая кора, –  расположенная в верхнем слое полушарий область мозга, которая у низших млекопитающих только намечена, а у человека составляет основную часть коры.

Этот лимит на размер постоянной социальной группы стал известен как Число Данбара. По теории Данбара, для людей он составляет примерно от 150 до 230 особей.

Со столькими людьми мы можем общаться относительно регулярно, хорошо их знать и вообще рассматривать их как «своих» – близких, друзей, знакомых. С большим количеством постоянных связей наш мозг уже не справляется, и прежде находившиеся в поле зрения люди начинают из него выпадать.

Я построю свою вселенную

Обезьяны в своём социальном поведении довольно просты и предсказуемы. Для взаимодействия с другими членами группы они применяют груминг – уход за шерстью своих собратьев, вычёсывание и так далее.

Этот груминг затрагивает всех членов группы более-менее одинаково и зависит от размера группы – чем больше в ней особей, тем больше времени нужно будет потратить, чтобы за всеми поухаживать.

С человеком по-другому. Мы взаимодействуем с нашими социальными партнёрами вовсе не пропорционально, а избирательно, неравномерно. Оно и понятно – даже если у вас сто знакомых, уделить каждому одинаковое время нереально.

Исследовательская группа Алистера Сатклиффа, в которой Робин Данбар также принимал участие, выступает со следующей теорией: каждый из нас выстраивает вокруг себя свою социальную вселенную, которая состоит из нескольких неоднородных функциональных слоёв.

Слой первый, наиболее близкий к нам и самый небольшой – это наша группа поддержки. Любимые, лучшие друзья, доверенные лица. Их в среднем у обычного взрослого (социализировавшегося горожанина) четыре-пять. Такие люди будут стоять за вас, даже если весь мир на вас ополчится.

Следующий слой – группа симпатии. Это человек 12-15 приятелей, к которым мы можем обратиться за помощью и поддержкой.

Следующая группа вновь сильнее отдалена и одновременно более крупная – около 45-50 человек. Это люди, с которыми мы регулярно общаемся по работе и интересам; близкие родственники; люди, с которыми нам приятно провести время.

Все остальные наши постоянные контакты оказываются в последней группе – активной социальной сети. Размер её ограничивается числом Данбара и в среднем составляет 150 человек.

Позвони мне, позвони

Научная группа Данбара и его коллег, возглавляемая финским учёным Яри Сарамяки, в 2014 году опубликовала уникальное исследование. Им удалось найти 24 добровольцев, выпускников старших классов, которые согласились на то, что в течение полутора лет ВСЕ ИХ ТЕЛЕФОННЫЕ РАЗГОВОРЫ БУДУТ ЗАПИСЫВАТЬСЯ. Они также заранее рассказали учёным обо всех своих контактах, так что исследователи всегда понимали, с кем именно испытуемый разговаривал.

Для каждого добровольца анализировались 20 самых частых контактов. Каждые полгода проводились подсчёты, на основе которых были составлены графики объёма их разговоров.

Испытуемых застали в особо интересный период – они заканчивали школу, поступали в вузы. У них появилось большое количество новых знакомств, а со многими старыми знакомыми, наоборот, общение прервалось. Несмотря на смену окружения, структура графика их телефонных коммуникаций почти не изменилась.

Итак, например, испытуемый, закончив школу, переезжает в новый город, а его лучший друг остался в старом. Взрослая жизнь – сложная штука, и общаться они прекратили. Но в новом городе испытуемый нашёл человека, которой по своей социальной роли занял место того лучшего друга. И объём коммуникации с новым лучшим другом остался прежним.

Более того, графики разных испытуемых, при некоторых различиях, в целом придерживались одной формы.

Это означает, что у человека, во-первых, есть особый персональный социальный почерк, и, во-вторых, этот почерк есть вариация общей для людей социальной константы.

Конечно, выборка всего из 24 испытуемых невелика, но нужно понимать, что анализ полутора лет телефонных разговоров – штука очень затратная, подобное исследование очень непросто организовать.

Главное, что исследования Данбара и его коллег выполняют важную задачу – они успешно находят подтверждения своей теоретической модели социального поведения человека.

До чего не дошёл прогресс

Недавно Данбар провёл новое масштабное исследование. Была сделана выборка из 3375 британских пользователей Facebook, из которых две тысячи активно используют соцсети, а остальные – время от времени. Респонденты отвечали на вопросы, в том числе о том, сколько у них настоящих друзей, сколько знакомых и так далее.

Исследование подтвердило теорию Данбара о размере постоянной социальной группы.

Никакой разницы в объёме социального окружения между активными и неактивными пользователями Facebook нет. Число их постоянных социальных связей соответствует Числу Данбара.

Соцсети не могут просто взять и преодолеть биологическое ограничение, обуславливающее наше социальное поведение.

Как отмечает Лариса Марарица, в модели социальной вселенной человека не хватает одного пункта – парасоциальных связей человека. В социальном окружении современного человека могут быть те, кто знают его и пытаются с ним взаимодействовать, в то время как он их не знает.

Таково, например, положение какого-нибудь популярного блогера. Под его постами или видео пользователи оставляют комментарии, и, положим, он даже отвечает на них, то есть вступает в коммуникацию. Вместе с тем, эти люди всё равно остаются незнакомцами.

Масштабы этих парасоциальных связей не ограничены и зависят от того, насколько эффективно человек добивается получения известности в социальных сетях, попросту говоря, хайпает.

Источник: просветительский медиа-проект «Newtonew»