Леонид Пастернак — о том, как две сверхдержавы нового столетия борются за влияние в цифровом мире.
Леонид ПАСТЕРНАК журналист, эксперт в области международных отношений. Окончил двойной бакалавриат Российского университета дружбы народов по специальности «Международная журналистика и переводоведение». Окончил совместную магистратуру факультета журналистики и факультета мировой политики Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Публиковался в журналах The New Times, Forbes, «Независимой газете», газете «Коммерсантъ» и на сайтах телеканала RTVi, а также в изданиях TJ и Москвич Mag.
Информационные технологии используются правительствами США и КНР для совершенствования финансово-экономического и геостратегического потенциала. Китайское правительство постепенно учится обходить санкционные барьеры США в области разработок инноваций в области производства моделей с функциями искусственного интеллекта (AI). В частности, для этого Пекин использует возможности специального административного района (САР) Гонконг.
САР до сих пор не находится под санкциями стран Запада, и это создает для китайских коммунистов определенные возможности. К примеру, в 2024 году деловые круги КНР, приближенные к руководству Коммунистической партии Китая (КПК), проинвестировали порядка $362 млн в Гонконгский институт микроэлектроники для того, чтобы ускорить производство третьего поколения полупроводников.
Обычно чипы для цифровой электроники импортируются из Тайваня. Образцы тайваньских полупроводников традиционно считаются на порядок более продвинутыми по своим характеристикам, чем мировые аналоги. С учетом союзнических отношений Вашингтона и Тайбэя можно легко предположить, что IT-корпорации, включая Apple, Microsoft, Intel и других, не имеют проблем с получением самых современных образцов полупроводников для их дальнейшего использования в серийном производстве той или иной продукции на экспорт.
У китайских технических гигантов, напротив, есть проблемы с полупроводниковой промышленностью из-за невозможности выхода на тайваньский рынок. Но при этом функционеры Компартии пытаются всячески выправить эту ситуацию и модернизировать инновационный сектор китайской экономики.
Гонконг. Фото: iStock
Пекин планирует активно усилить китайскую электромобильную промышленность и наладить генерацию технологий мобильной связи пятого поколения (5G). Именно для этого и важно наладить серийное производство третьего поколения чипов, основанных на карбиде кремния (SiC) и нитриде галлия (GaN). Стоит отметить, что производство электромобилей — ключевой элемент внешнеэкономической деятельности КНР последних лет, поэтому гонконгские полупроводники могут стать настоящим спасением для китайского бизнеса в условиях режима санкций.
Большие проблемы из-за американских санкций испытывает и крупнейшая IT-корпорация Китая Semiconductor Manufacturing International Co. (SMIC). SMIC не может свободно использовать оборудование для выпуска нанометровых чипов, которые присутствуют в производстве у Apple и Qualcomm. Пекин также не имеет возможности закупать аппаратуру для техпроцессов от 14-нм и выше. Санкции создают серьезную нагрузку на IT-бизнес КНР, отбрасывая технологическую промышленность на десятилетия назад. Но ничего удивительного в этом нет — для этого, собственно, они и задумывались.
Очевидно, что цифровизация экономики и финансов приводит к трансформации политико-дипломатической конкуренции США и Китая. Технологии искусственного интеллекта и полупроводники третьего поколения становятся ключевыми звеньями во внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности ведущих держав мира. Американо-китайская кибервойна усиливает глобальную напряженность, но в то же время ее пример позволяет проанализировать другим странам, как IT-технологии уже в ближайшем будущем будут влиять на международные отношения. Выходит, что цифровая дипломатия — уже не далекая фантазия теоретиков, а реальность наших дней.
Отмечу, что политика Вашингтона вне зависимости от конкретной партии у власти (Демократической или Республиканской) направлена, прежде всего, на закрепление статуса главной цифровой державы планеты, исключая любую конкуренцию в данной сфере. Именно поэтому США продолжают активно «выдавливать» IT-корпорации КНР из глобальных технологических цепочек, ограничивая их работу при помощи санкционных инструментов.
Цифровизация мировой экономики вносит изменения в специфику политико-дипломатического противостояния двух современных сверхдержав — США и КНР. В частности, Вашингтон, как лидер глобального демократического сообщества, пытается всеми силами предотвратить превращение коммунистического государства в безусловного технологического гиганта нового столетия.
Одним из наиболее эффективных способов снижения темпов роста китайского IT-сектора становится санкционное давление Соединенных Штатов на транснациональные корпорации, которые в основном базируются в Пекине, Шанхае и других крупных городах Китая. В 2022 году администрация президента Джо Байдена впервые за 30 лет применила протекционистские меры в отношении китайских технологических компаний.
Рестрикции разрабатывались в тесном сотрудничестве с ведущими исследователями из американских академических центров, а также под чутким руководством Бюро промышленности и безопасности. Тогда в рамках санкционного пакета Белый дом ограничил любые поставки полупроводников и оборудования, которое используется в производстве микросхем для последующей продажи этой продукции в Китай.
Кроме того, США также ограничили производителей экспортировать чипы, которые были созданы с использованием американского программного обеспечения (ПО) или оборудовании, которое было создано на территории США. Эти контрмеры вызвали шок у промышленного сообщества Штатов, но Байден и его советники пытались успокоить рынок и обосновывали ограничения озабоченностью китайскими возможностями в цифровом мире.
В списке подсанкционных предприятий оказались крупнейшие IT-компании Китая, включая Sunway Microelectronics, Megvii Technology, Dahua Technology и Yitu Technologies. Эти корпорации входят в число ведущих технологических компаний КНР, которые занимаются разработкой передовых продуктов как для бизнеса, так и для военно-политической элиты страны. Поэтому совершенно неудивительно, что команда Байдена в первую очередь решила бороться с крупными предприятиями.
Впоследствии США ограничили экономические связи с компаниями из КНР, которые занимаются разработкой технологий для автономного использования автомобилей и искусственного интеллекта. Среди клиентов таких корпораций – ByteDence (владелец соцсети TikTok) и SenseTime.
Как отмечают западные журналисты (и пока нет оснований им не верить), Китай использует полупроводники не только для того, чтобы создавать успешные модели сверхсовременных автомобилей и другую массовую технику. В первую очередь, как и для любого другого авторитарно-тоталитарного государства, новые технологии активно применяются элитами Компартии (КПК) для формирования вооружения и систем слежки за собственными гражданами.
Чиновники из администраций Джо Байдена и Дональда Трампа не раз отмечали, что руководство ЦК КПК пытаются использовать технологии ИИ, для создания которых требуются полупроводники (микросхемы), для развертывания общенациональной системы распознавания лиц. Более того, зачастую чипы нужны КПК при моделировании функционала ядерных сил страны. То есть, разработка полупроводников напрямую может спровоцировать новые угрозы нацбезопасности США и их союзников. Вероятно, отсюда мы имеем рост беспокойства сотрудников Белого дома и секретных служб по мере развития этой производственной программы КНР.
В конце декабря прошлого года уходящая администрация Байдена успела ввести санкции против 140 полупроводниковых компаний из Китая. В этих списках значатся и те предприятия, которые, по мнению американских чиновников, имеют тесные связи с корпорацией Huawei Technologies. Но Главной целью этих рестрикций стала компания Semiconductor Manufacturing International Corporation (SMIC) — крупнейшего контрактного производителя чипов в Китае. С этого года SMIC лишилась возможности согласовывать поставки оборудования и чипов через получение экспортных лицензий в Министерстве торговли США.
Дональд Трамп, в свою очередь, не отстает от предшественника и тоже хочет усилить давление на Пекин, чтобы тот не мог свободно пользоваться зарубежными IT-рынками. Согласно последнему отчёту Комитета Палаты представителей, КНР в прошлом году вложил $38 млрд в закупку современного оборудования, в том числе в странах ЕС и Северной Америки. Дополнительные экспортные ограничения Вашингтона касаются ПО для автоматизированного проектирования электронных устройств (EDA).
Очевидно, что технологическая напряженность между США и КНР будет лишь нарастать. Цифровая война Вашингтона и Пекина — часть масштабного противостояния двух сверхдержав за влияние в новой системе международных отношений. Мы вступили в эпоху глобальной трансформации, исход которой будет зависеть от наиболее экономически, политически и технологически развитых государств мира.
Подчеркну, что все вышесказанное наглядно показывает важный тренд — главным оружием борьбы великих держав становятся интеллект, творчество, предприимчивость и созидание. Именно в этом ключевое отличие эпохи постпостмодерна от иных исторических времён. Чем раньше это поймут остальные элиты, тем проще им будет составить образ будущего не только для своей страны, но и всего международного сообщества.
ИСТОЧНИК: Smart power journal https://smartpowerjournal.ru/271125/