Борьба с коррупцией в Сингапуре: извлекая уроки

330

Сингапур – наименее коррумпированная страна в Азии. Этот статус год за годом подтверждают исследования, проводимые PoliticalandEconomicRiskConsultancy[i]и TransparencyInternational[ii]. В этой статье пойдет речь о причинах коррупции, охватившей Сингапур в колониальный период, о том, какая стратегия оказалась наиболее эффективной в борьбе с ней, и какие уроки стоит извлечь из сингапурского опыта.

Джон С. Т Куа

Введение

Борьба с коррупцией в Сингапуре: извлекая уроки Программа развития ООН (ПРООН) определяет коррупцию как «злоупотребление полномочиями в целях достижения личной выгоды посредством взяточничества, вымогательства, непотизма, мошенничества или растраты» (UNDP, 1999: 7). Данное определение является наиболее полным, так как затрагивает не только бюрократическую или политическую коррупцию, но и частный сектор, который также может быть коррумпирован.

Коррупция – серьезная проблема всех азиатских стран без исключения, но Сингапур подвержен этому явлению в наименьшей степени. В 1996 году PoliticalandEconomicRiskConsultancy (PERC) отдала Сингапуру третье место в списке наименее коррумпированных стран, сразу после Швейцарии и Австралии, и первое место среди 12 азиатских стран, попавших в исследование. Вот резюме PERC:

У всех стран существует антикоррупционная законодательная база, но ни в одной из них закон не соблюдается так же строго и неуклонно как в Сингапуре. Коррумпированные чиновники, особенно те, кто занимает высокое положение, сталкиваются в Сингапуре с противодействием невиданной суровости.

В исследовании 1996 года TransparencyInternational отдала Сингапуру седьмое место среди наименее коррумпированных стран мира и первое – среди стран Азии. Даже падение на две строчки в 1997 году не лишила Сингапур пальмы первенства среди других стран региона. В последующие два года Сингапур восстановил и удерживал прежний результат, оставаясь «самой честной» страной в своей части света, в то время как статус самого коррумпированного государства в регионе переходил от Пакистана к Индонезии. Таблица 1 демонстрирует среднее положение 12 азиатских стран в рейтинге TransparencyInternational с 1996 по 1999 год.

Таблица 1: Среднее значение двенадцати азиатских стран в Индексе восприятия коррупции (CorruptionPerceptionIndex) TransparencyInternational в период с 1996 по 1999 год.

Страна

(от наименее к наиболее коррумпированной)

Рейтинг
Сингапур 1
Гонконг 2
Япония 3
Малайзия 4
Тайвань 5
Южная Корея 6
Филиппины 7
Таиланд 8
Китай 9
Индия 10
Индонезия 11
Пакистан 12

Сложно поверить, что не так давно положение дел с коррупцией в Сингапуре было диаметрально противоположным, однако во времена, когда страна была одной из многочисленных британских колоний, всеобщая коррумпированность была социально приемлемым и даже будничным явлением. Риск попасться на горячем и понести наказание был настолько низок, что редкий чиновник не прибегал к возможности обогатиться за счет своего положения.

Борьба Сингапура с коррупцией началась в 1871 году, когда был принят Уголовный кодекс Стрейтс-Сеттлментс (PenalCodeoftheStraitsSettlements)[iii], объявивший коррупцию вне закона. Впоследствии коррупция была признана одной из наиболее серьезных проблем, с которой пришлось столкнуться Сингапуру и с которой не справилось британское правительство в колониальный период.

Прорыв наступил в 1960 году, когда партия «Народное действие» (ПНД) выпустила Акт о противодействии коррупции (Prevention of Corruption Act, POCA), который дал главному антикоррупционному органу Сингапура, Бюро по расследованию коррупции (CorruptPracticesInvestigationBureau, CPIB) больше возможности для преследования нарушителей.

Как же ПНД удалось свести коррупцию к минимуму, придя к власти в 1959 году? Почему коррупция перестала быть нормой общественной жизни в Сингапуре? Какой полезный опыт можно извлечь из истории противодействия? Чтобы ответить на эти вопросы, стоит обратиться к причинам коррупции в колониальном Сингапуре, основным методы противодействия коррупции и урокам, которые необходимо усвоить.

Причины коррупции в колониальном Сингапуре

В 1879 году Комиссии по расследованиям (CommissionofInquiry) предстояло выяснить причины низкой эффективности полиции Сингапура. По итогам работы в числе прочих факторов Комиссия назвала вопиющий уровень коррумпированности среди европейских инспекторов и выходцев из Малайзии и Индии. Никаких серьезных шагов для исправления ситуации предпринято не было, а Комиссия по расследованиям 1886 года, расследовавшая случаи незаконного игорного бизнеса в Стрейтс-Сеттлментс, вновь обратила внимание на широкое распространение коррупции в рядах местных сотрудников правопорядка.

Местная пресса вела строгий учет коррупционных ситуаций в колонии: с 1845 по 1921 год было зафиксировано 172 нарушения. В большинстве случаев речь шла о взятке (109 случаев или 63,4%), на втором месте – прямое участие сотрудников полиции в грабеже или воровстве (42 случая или 24,4%).

Причины размаха коррупции во времена японской оккупации (с 1942 по 1945 год) несложно объяснить тяжелым положением госслужащих, чей оклад едва позволял свести концы с концами. Ситуация ухудшилась в послевоенный период: коррупция превратилась в повседневное явление, стала образом жизни для многих людей, позволяя им выживать в условиях крайне низкой оплаты труда и растущей инфляции. Неудивительно, что Британская военная администрация (BMA), свергнувшая японских оккупантов в августе 1945 года, в народе именовалась не иначе как «Администрация черного рынка»[iv] («BlackMarketAdministration»). Наконец, Комиссар полиции в ежегодном отчете 1950 года открыто заявил, что в правительственных кругах Сингапура взятка – это самое обычное дело.

Так что же являлось причиной коррупции в колониальном Сингапуре? В своем исследовании методов контроля бюрократической коррупции в Гонконге, Индии и Индонезии,доктор Лесли Палмир выделил три фактора, служащие основными причинами коррупции. Во-первых, это наличие возможностей для коррупции, которые зависят от степени вовлеченности госслужащих в управление доходными отраслями, во-вторых – невысокий уровень зарплат, и в третьих – незначительная угроза наказания, т.е. вероятность того, что нарушение будет иметь последствия. Примечательно, что бюрократическая коррупция в представлении Палмира не столько основывается на каждом конкретном факторе, сколько на балансе между ними. Например, в случае, когда чиновник обладает небольшими возможностями, хорошей зарплатой и боится наказания, коррупция должна быть минимальной. С другой стороны, чиновник с широкими возможностями и небольшой зарплатой при неэффективной системе наказания почти наверняка будет коррумпирован.

Низкие зарплаты

В числе важных коррупциогенных факторов Палмир называет низкие зарплаты сингапурских чиновников: «чтобы не вводить чиновника в искушение, правительство должно обеспечивать некоторые преимущества, которые будут гарантировать его преданность; это можно назвать своего рода негласным договором». Он заключил, что «адекватная оплата является основным ингредиентом реформы». В том же духе высказался Паоло Мауро из Международного валютного фонда, заявивший: «Если чиновнику платят слишком мало, он будет вынужден использовать свое положение чтобы свести концы с концами, особенно, если риск возмездия невысок».

Итак, основным фактором возникновения коррупции в рядах сингапурской полиции была низкая оплата труда, особенно у сотрудников невысокого ранга. Таблица 2 демонстрирует разброс в окладах сотрудников полиции европейского происхождения и местных полицейских. Из таблицы видно, что ежемесячные зарплаты местного контингента как минимум в три раза меньше окладов сержантов и констеблей из Европы. «Очевидно, что с такой низкой оплатой труда, скандалы неизбежны», – комментировали сложившееся положение в газете Стрейт Таймс (StraitTimes).

Таблица 2. Месячное жалование в полиции Сингапура (данные 1887 года)

Ранг Зарплата за месяц
Европейский контингент
Инспектор первого класса 100 сингапурских долларов (провизия не выдается)
Инспектор второго класса 80 сингапурских долларов (и провизии на 5 сингапурских долларов)
Инспектор третьего класса 60 сингапурских долларов (и провизии на 10 сингапурских долларов)
Сержант 50 сингапурских долларов (и провизии на 10 сингапурских долларов)
Констебль 40 сингапурских долларов (и провизии на 10 сингапурских долларов)
Местный контингент
Сержант 15 сингапурских долларов
Капрал 12 сингапурских долларов
Констебль первого класса 10 сингапурских долларов
Констебль второго класса 9 сингапурских долларов
Констебль третьего класса 8 сингапурских долларов
Полицейский первого класса 5 сингапурских долларов
Полицейский второго класса 4 сингапурских доллара

 

Высокие возможности для коррупции

Гуд и Амаро-Рейес говорили о том, что расширяющаяся роль правительства в развитии страны сделала бюрократию монополией и предоставила возможности для административного произвола. В действительности чрезмерные ограничения вкупе с разросшейся нормативной базой предоставило больше возможностей и стимулами для коррупции. Обилие правил в совокупности с доступам к товарам и услугам использовались госслужащими для вымогательства по отношению к группа, лишенным подобного доступа.

Кроме низких зарплат, второй причиной разросшейся коррупции в колониальном Сингапуре был неадекватно слабый контроль над полицейскими, действующими в наиболее уязвимых для коррупции областях. Часто полицейские вовлекались в незаконный игорный бизнес и брали взятки у владельцев подпольных игорных домов. В апреле 1846 года европейский констебль Чарльз Кэшин был обвинен в получении взятки от владельцев игорных притонов и приговорен к восемнадцати годам тюрьмы. В показаниях Кэшина говорилось, что за последние три года все сингапурские полисмены, включая и обвинившего его коллегу, получали взятки по двадцать долларов ежемесячно. Заместитель суперинтенданта полиции по имени Томас Данмэн в суде признался, что полиция регулярно принимает подношения от игорных воротил, и что ситуацию сложно взять под контроль. В июне 1849 года Стрейт Таймс публиковала материалы о бездействии полиции в отношении незаконных азартных игр, которые проводились в 50 ярдах от полицейского участка, так как работавшим там полисменам платили за молчание. Удивительно, что даже после того, как в 1886 году Комиссия по расследованиям подтвердила широкое распространение коррупции в полицейских рядах, ничего не было сделано для предотвращения участия полицейских в незаконной игорной деятельности.

Еще одной причиной, позволившей расцвести коррупции в рядах сингапурских полицейских, стал тот факт, что многие из них подрабатывали на стороне, хотя это было строго запрещено. У полицейских даже были собственные повозки и рыночные лотки, что очевидно мешало исполнению служебных обязанностей.

Другие государственные институты Сингапура, включая таможню, миграционное и налоговое управления, имели даже больше возможностей для коррупции, чем общественные службы, которые имели меньше контактов с населением. Коррупция в колониальном Сингапуре не сводилась только к полицейским, но была распространена по всему чиновничьему аппарату. Условия работы в послевоенный период, низкая зарплата и рост инфляции повысили заинтересованность госчиновников в коррупции, что в совокупности со слабым контролем предоставило им возможность воровать с минимальным риском быть пойманными.

Низкий риск обнаружения и наказания

Так как коррупция является общепринятым преступлением, пойманных с поличным коррупционеров следует соответственно наказывать. Однако в действительности в разных азиатских странах угроза наказания за коррупционные действия различается. В колониальном Сингапуре коррупция была социально приемлема как высокодоходное дело, сопряженная с минимальным риском понести наказание.

Почему же эти риски были так невысоки? Попытки британцев остановить распространение коррупции провалились потому, что Постановление о противодействии коррупции (PreventionofCorruptionOrdinance, POCO) и Антикоррупционное звено (Anti-CorruptionBranch, ACB) оказались неэффективны. Несмотря на то, что коррупция была криминализирована в 1871 году, никаких действий по ее предотвращению не было предпринято до декабря 1937 года, когда был предложен первый антикоррупционный закон, Постановление о противодействии коррупции. Суть Постановления заключалась в «борьбе с взяточничеством и проведении секретных проверок в государственных органах и на частных предприятиях». Постановление было коротким документом из двенадцати секций. Третья секция описывала три примера коррупционного поведения и наказания, предусмотренные за них. Наказания включали тюремное заключение сроком на два года, а также штраф на сумму 10 000 сингапурских долларов. Правонарушителей невозможно было арестовать без ордера в силу незначительности наказания, а это в свою очередь усложняло работу полиции. Только в 1946 году, девять лет спустя, в Постановление о противодействии коррупции были внесены поправки, предусматривающие тюремное заключение на три года, что переводило коррупцию в разряд статей, где не требуется ордер на арест. Это позволило полиции действовать более оперативно.

Антикоррупционное звено полиции, ответственное за борьбу с коррупцией в Сингапуре было малоэффективно по трем причинам. Во-первых, Антикоррупционное звено было небольшим полицейским подразделением, состоявшим из семнадцати человек, которым поручались сложные задачи – например, уничтожение коррупции в рядах самой полиции и других госорганов. Во-вторых, оно было вынуждено постоянно конкурировать с остальными отделами полицейского департамента в условиях недостатка сотрудников и ресурсов. Представьте: Помощник комиссара полиции отвечал за шестнадцать сфер деятельности, включая коррупцию, заговоры, нелегальную игорную деятельность, мошенничество, контрабанду, ломбарды, перекупщиков, наркотрафик, вел учет правонарушений, занимался высылкой из страны и натурализацией мигрантов, искал пропавших людей, занимаясь также дактилоскопией, фотографией, уличными задержаниями, облавами, а также издавал полицейскую газету.

Третьей и наиболее важной причиной неэффективности Антикоррупционного звена было широкое распространение коррупции среди полицейских. В октябре 1951 года грабители похитили опиум общей стоимостью 400 000 сингапурских долларов. Специальный отряд под командованием офицера из Малайзии был направлен колониальным правительством, чтобы расследовать это дело. Оперативная группа обнаружила, что грабители действовали под прикрытием полицейских. Не все полицейские чины понесли наказание; некоторым из них удалось уйти от ответственности из-за недостатка улик. Скандал с похищением опиума заставил британское правительство осознать необходимость создания независимого антикоррупционного органа, неподконтрольного полиции. Неспособность Антикоррупционного звена справиться с коррупцией в Сингапуре привела к его ликвидации и организации Бюро по расследованию коррупции (Corrupt Practices Investigation Bureau, CPIB) в октябре 1952 года.

Антикоррупционная стратегия Сингапура

Сформированное партией «Народное действие» правительство в июне 1959 года осознало необходимость решения проблемы с коррупцией, так как от этого зависело развитие страны. Лидеры ПНД также осознали, что следовать поступательной антикоррупционной стратегии британского колониального правительства нельзя, иначе победить коррупцию не получится. Соответственно, перед ними вставали две равнозначные задачи: минимизировать коррупцию и сделать так, чтобы общество воспринимало коррупцию не как высокодоходное дело с небольшими рисками, а как рискованное занятие, не приносящее существенного дохода. В 1960 году лидеры ПНД дали старт комплексной антикоррупционной стратегии, приняв Акт о противодействии коррупции (PreventionofCorruptionAct, POCA) и усилив Бюро по расследованию коррупции. Так как причиной коррупции является наличие возможностей и стимулов для коррупционеров, стратегия правительства ПНД основывалось на логике минимизации или полного исчезновения и возможностей, и стимулов, делающих стремление к коррупционному поведению непреодолимым.

Как уменьшить возможности для коррупции?

В шестидесятые годы двадцатого века Сингапур был бедной страной с валовым национальным продуктом менее 1 330 сингапурских долларов на человека, что равнялось $443. Так как правительство ПНД не могло позволить себе повысить зарплаты госслужащих, оно сконцентрировалось на усилении законодательства для того, чтобы уменьшить возможности для коррупции и повысить наказание за связанные с коррупцией преступления.

Принятый 17 июня 1960 года Акт о противодействии коррупции содержал пять важных пунктов, призванных преодолеть недостатки Постановления о противодействии коррупции и усилить возможности антикоррупционного департамента. Во-первых, Акт в отличие от Постановления включал не двенадцать, а тридцать два раздела. В последствие их число было увеличено до тридцати семи. Во-вторых, во втором разделе документа различные формы «благодарностей» чиновникам были определены как коррупционные действия. Также раздел впервые включал само Бюро по противодействию коррупции и его директора. В-третьих, в качестве дополнительного сдерживающего фактора штраф за коррупцию был повышен до $10 000 сингапурских долларов, а срок тюремного заключения увеличивался до пяти лет. В 1989 году сумма штрафа выросла до $100 000 сингапурских долларов.

В-четвертых, человек, уличенный в незаконном обогащении, должен был уплатить штраф в размере суммы, равной полученной взятке, в дополнение к остальным мерами наказания, принятым в суде. Пятая и наиболее примечательная поправка Акта позволила Бюро расширить сферу своих полномочий, а также фактически вдохнула в организацию новую жизнь. Например, 15-ый раздел разрешал сотрудникам Бюро производить арест и обыск подозреваемых. 17-ый раздел давал старшим сотрудникам Бюро возможность изучить любой банковский счет, ценные бумаги и данные о покупках любого подозреваемого в нарушении правил, установленных Актом о противодействии коррупции. И, наконец, 18-ый раздел позволял сотрудникам на тех же условиях получить доступ к банковским счетам любого чиновника, а также, при необходимости, его супруги, детей и поверенных лиц.

Для поддержания эффективности Акта ПНД вносила поправки в документ при любой возникшей необходимости. В 1963 году очередная поправка Акта обязывала свидетелей дела давать показания сотрудникам Бюро – с их помощью эффективность расследований значительно выросла. Поправки 1966 года были призваны укрепить внутреннюю систему Акта. Теперь 28-ой раздел утверждал, что человек может быть признан виновным, даже если взятка фактически не была получена – намерение принять подношение уже расценивалось как достаточные основания для обвинения. Вторая поправка была направлена на деятельность граждан Сингапура, работающих в посольстве за рубежом. Любые их преступления против норм, установленных в Акте о противодействии коррупции, должны были расследоваться и наказываться по сингапурским законам.

В 1981 году в Акт внесли поправки в третий раз, обязав осужденных выплачивать все полученные коррупционным путем деньги в пользу государства – помимо назначенных судом штрафов. Те, кто не может это сделать, получают более суровые приговоры. 14 декабря 1986 тогдашний министр национального развития Те Ченг Ван (TehCheangWan) совершил самоубийство после шестнадцатичасового допроса, в котором принимали участие два высокопоставленных офицера Бюро. Причиной допроса послужили два обвинения в коррупционной деятельности, которые выдвинул против министра его строительный подрядчик. Те обвинили в получении двух взяток общей суммой до одного миллиона сингапурских долларов в 1981 и 1982 годах от двух девелоперов. Один из девелоперов получил возможность сохранить землю, на которую претендовало государство, а другой смог приобрести землю, которая находилась в госсобственности. Важным следствием введения этих поправок было принятие Комиссией по расследованиям Акта о коррупции и конфискации 1989 года (Corruption (ConfiscationofBenefits) Act), предусматривающего конфискацию собственности, полученную в результате коррупционных действий. Даже если обвиняемый умирал, суд требовал изъятия его собственности в пользу государства.

Бюро по противодействию коррупции – антикоррупционная организация, ответственная за проведение норм Акта в жизнь. За время существования Бюро личный состав организации вырос в девять раз, от 8 сотрудников в 1960 году до 71 (из них 49 следователей и 22 офисных работника) в настоящее время. Бюро выполняет три функции:

  1. Получает и расследует жалобы о фактах коррупции в государственной и частной сферах;
  2. Расследует должностные преступления и неправомерное поведение чиновников;
  3. Изучает процедуры деятельности государственных органов, чтобы выявить вероятные возможности для коррупционных ситуаций.

Как уменьшить стимулы коррупции?

Правительство ПНД смогло реализовать вторую часть комплексной антикоррупционной стратегии, то есть снизить стимулы коррупции, увеличив зарплаты чиновников и улучшив условия их труда, лишь в 1980-х годах, после того, как был достигнут устойчивый экономический рост. С марта 1972 года доходы госсектора стали расти: служащие стали получать ежегодную премию, сравнимую с бонусами менеджеров коммерческих фирм. Смысл этого поощрения заключался не в противодействии коррупции, а в улучшении рабочих условий чиновников по сравнению с работниками частного сектора.

В марте 1985 года тогдашний премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю утвердил подход правительства к вопросу борьбы с коррупцией посредством повышения окладов государственных чиновников. Премьер-министр выступил с мнением, что работа политических лидеров должна быть оплачена по высшему разряду, чтобы гарантировать честный и прозрачный подход к выполнению служебных обязанностей. Если сумма оклада была недостаточной, чиновники были бы вынуждены противостоять соблазну воспользоваться своим положением. Ли утверждал, что Сингапуру совершенно необходимы администрация, свободная от коррупции, и честное политическое управление, чтобы защитить наиболее ценные активы страны. Таким образом, по мнению Ли Куан Ю, лучшим способом борьбы с коррупцией было «двигаться синхронно с рынком», позволяя создать честную, открытую и устойчивую систему, взамен привычному лицемерию и двойным стандартам, влекущим за собой коррупцию.

В дополнение к снижению стимулов к коррупции, правительство ПНД было вынуждено поднять зарплаты и улучшить условия труда государственным служащим Сингапура, чтобы предотвратить «утечку мозгов» из госсектора в частный бизнес. Зарплаты повышались в 1973, 1979, 1982, 1989 и 1994 годах, чтобы уравнять уровень доходов между частными компаниями и государственными учреждениями.

В октябре 1994 года парламенту Сингапура представили «Официальную позицию по конкурентоспособным зарплатам для честного и компетентного правительства» (WhitePaperonCompetitiveSalariesforCompetentandHonestGovernment). Задачей документа было оправдать искусственное поддержание зарплаты министров и высокопоставленных госслужащих на уровне средних зарплат, принятых в шести наиболее высокооплачиваемых профессиях – бухгалтеров, юристов, сотрудников банков, инженеров, частных производителей и менеджеров транснациональных корпораций. В «Официальной позиции» предлагалось установить критерии заработной платы министров и чиновников высокого уровня, премии для политических назначений, а также ежегодно индексировать зарплаты сотрудникам госслужб Сингапура. Принятие долгосрочной стратегии, изложенной в этом документе, позволило радикально изменить принцип формирования зарплат министров, которые устанавливались заново с каждым пересмотром. Кроме того, «Официальная позиция» способствовала построению «эффективной госслужбы и института честных и компетентных политиков, что было принципиально важно для успешного развития Сингапура».

Пересмотры зарплат госслужащих в 1989 и 1994 годах привели к тому, что сингапурские госслужащие высокого уровня стали получать больше, чем почти все их коллеги по всему миру. В таблице 3 представлены зарплаты Старших офицеров Административной службы Сингапура (SuperscaleOfficersin   the   SingaporeAdministrativeService). Например, ежемесячная зарплата постоянного секретаря пятого класса – 51 155 сингапурских долларов ($30 091), что почти в четыре раза больше зарплаты уровня GS-18, наивысшей ставки для чиновника Федеральной службы США, которая равняется $7 224.

Подводя итоги, скажем, что антикоррупционная стратегия Сингапура состояла из двух факторов: совокупного использования Акта о коррупции и конфискации и Бюро по противодействию коррупции для снижения возможностей для коррупции и периодическое повышение зарплат госчиновников и политических лидеров для снижения стимулов для коррупции.

Уроки сингапурской антикоррупционной кампании

Какие выводы из опыта Сингапура могут сделать другие страны, обеспокоенные уровнем коррупции на своей территории? Прежде чем выделить шесть уроков, следует сделать два пояснения. Во-первых, не все страны могут полностью перенять опыт Сингапура по борьбе с коррупцией в силу уникальных исторических, географических, экономических, демографических особенностей этого государства. Во-вторых, взять на вооружение высокие зарплаты политических лидеров и чиновников как метод противодействия коррупции могут позволить себе не все страны, так как этот путь предполагает серьезные экономические и политические издержки.

Таблица 3: Месячные зарплаты Старших офицеров Административной службы Сингапура

Ранг Ежемесячная зарплата (в долларах)
Постоянный секретарь  
Сотрудник пятого класса $30,091
Сотрудник четвертого класса $25,802
Сотрудник третьего класса $21,511
Сотрудник второго класса $18,652
Сотрудник первого класса $15,791
Сотрудник класса A $13,491
Сотрудник класса B $11,376
Сотрудник класса C $9,450
Заместитель секретаря  
Сотрудник класса D1 $8,020
Сотрудник класса D $7,273
Сотрудник класса E1 $6,744
Сотрудник класса E S$6217
Сотрудник класса F $5,717
Сотрудник класса G $5,220

 

Урок 1: Политическая верхушка должна быть искренне ориентирована на снижение уровня коррупции. Лидеры страны должны всячески подавать пример, вести скромный образ жизни и избегать потворства коррупции в любой возможной форме. Любой человек, замеченный в коррупционной ситуации, должен быть наказан, невзирая на его статус и положение в обществе. Если «крупная рыба» уходит из сетей антикоррупционного законодательства, а «мелкая рыбешка» (то есть обычные люди) будет преследоваться и подвергаться наказаниям (как, например, в Китае и Вьетнаме), стратегия борьбы с коррупцией не будет вызывать доверия и, скорее всего, просто не будет работать.

Урок 2: Для эффективной борьбы с коррупцией должен быть обеспечен всесторонний подход, постепенно вводимые меры не принесут успеха. Всесторонняя антикоррупционная стратегия предполагает комплексное законодательство и свободную от коррупции, автономную организацию, призванную следить за исполнением законов. Антикоррупционное законодательство должно учитывать предыдущий опыт и устранять известные пробелы, проводя соответствующие поправки.

Урок 3: Очевидно, что антикоррупционное агентство должно быть свободно от коррупции. Чтобы убедиться в прозрачности действий органа, его должен курировать политический лидер, не замешанный в коррупционных схемах.

Урок 4: Антикоррупционное агентство не должно входить в состав полиции, особенно если известно, что этот орган власти коррумпирован.

Урок 5: Чтобы снизить возможности для коррупционных ситуаций органы власти особо уязвимые в смысле нарушений должны регулярно пересматривать принятые процедуры для выявления ненадежных звеньев процесса.

Урок 6: Воздействующие на госслужащих стимулы к коррупции можно нивелировать, если платить госслужащим достаточно, чтобы они не завидовали занятым в частном секторе. Это сложно сделать, если экономика страны не растет, и нет адекватных задаче финансовых ресурсов. Долгосрочные последствия низких зарплат заключаются в том, что талантливые сотрудники уходят в частные компании, а в госорганах остаются те, кто готов брать взятки, чтобы повысить свой уровень жизни.

Подводя итоги, скажем, что успех Сингапура в преодолении коррупции может быть отнесен к стратегии снижения стимулов и возможностей для коррупции. Опыт страны показывает, что для победы над коррупцией требуется сильная политическая воля. Не нуждается в доказательствах то, что в ситуации недостатка политической воли у лидеров, готовых лишь на словах бороться с коррупцией, эти меры результата не принесут.

Источник

Перевод и примечания: Глеб Гавриш, Центр «Трансперенси Интернешнл – Р»

[i] Political and Economic Risk Consultancy (PERC) – одна изк рупнейших консалтинговых фирм Гонконга. PERC оценивает инвестиционные и коммерческие риски в азиатском регионе.

[ii]TransparencyInternational – международная некоммерческая организация, занимающаяся противодействием коррупции.

[iii] Стрейтс-Сеттлментс (Поселения у проливов – англ.) – британские колониальные поселения в Юго-Восточной Азии. С 1832 года столицей Стрейтс-Сеттлментс стал Сингапур.

[iv] Игра слов: Аббревиатура BMA («BlackMarketAdministration») совпадает с BMA («BritishMilitaryAdministration»).

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *