19- 21 августа 1991 года: взгляд из белого дома

455

Располагаясь в Белом Доме, 19- 21 августа 1991 года редакция «России» оказалась буквально в эпицентре событий, и в итоге в ее публикациях о происходившем в августовские дни оказались такие подробности, которыми не обладала ни одна из газет.

Газета “Россия” экстренный выпуск

Этот народ- непобедим!

Юрий БЕЛЯВСКИЙ

В полдень 19 августа, сразу после первой пресс- конференции Ельцина, закончившейся его фразой, которой еще предстоит стать знаменитой: «По нашим  сведениям, сюда идут до пятидесяти танков. Как говорится, спасайся кто может, господа журналисты, а мы останемся здесь и поработаем», -я стоял возле огромного окна Белого дома, тоскливо смотрел на пустую площадь и прикидывал: сразу танкисты начнут палить по окнам или все-таки решат повязать обитателей российского парламента без особой стрельбы.

 Иные варианты развития событий как-то в голову не приходили, и гнетущeе чувство обреченности заставляло подгонять двадцатилетнюю редакционную девочку, лихорадочно набиравшую на компьютере первую из тех сорока листовок, которые нам еще только предстояло написать и размножить в течение этих страшных, сумасшедших и, несмотря ни на что, потрясающе счастливых трeх дней и ночей. Очень хотелось успеть сказать людям, что Белый дом не сдается.

И вдруг, как первые капли перед началом большого дождя, к парламенту начали стекаться люди. Сверху они казались совсем маленькими, почти не отличимыми друг от друга. Сейчас, конечно, никто не сможет доподлинно установить имена тех ста че- век, мгновенно начавших строительство первой наивной баррикады из какой-то ржавой ванны, обломков кирпичей и строительной арматуры, но именно они остановили собой танки, идущие к абсолютно безоружной тогда цитадели российской свободы. Сейчас, когда на экранах телевизоров и свежих газетных полосах люди, появившиеся в Белом доме к середине 21 августа, подошедшие, как говорится, к праздничному пирогу, начинают делить между собой славу спасителей Отечества, очень хочется напомнить о первой безымянной сотне людей, спасших честь и достоинство своего народа.

Сколько грязи и патоки вылилось за последние годы на наш народ! Он-то и ленивый, и бестолковый, и богоносный, и самый главный среди всех.

 В ночь с 19-го на 20-е, когда десятки тысяч людей под беспрерывным дождем стояли возле Белого дома, совершенно не представляя, что их ожидает, но при этом готовые на все, я четко понял: он прежде всего честный, наш народ, и совершенно ясно понимающий, что ему нужно. Среди людей, окружавших кольцом своих тел Дом, ставший их последней надеждой, не было русских, украинцев, татар, армян, евреев- единый народ, сделавший свой окончательный выбор готовый отстаивать его до конца. Дай нам Бог, остаться таким народом навсегда!

Впрочем, были и другие. Господа ретивые начальники, поспешившие издать приказы об увольнении тех, кто ушел умирать за Свободу. Те, кто пытаются оправдать себя, присылая сейчас в ВС РСФСР письма, где сообщают, что работали в эти дни не в чрезвычайном, а в обычном режиме. Опомнитесь, господа хорошие, да любой «режим» в эти дни был режимом предательства!

Редакционные телефоны раскалились от звонков разнообразных генералов, поспешающих сообщить, что о заговоре ничего не знали и даже заподозрить не могли. Просто работали: отдавали приказы, обеспечивали их выполнение, трудились во славу очередного начальника. Им просто не повезло, что этим начальником оказалась Плохая хунта.

 Для этих людей не существует Родины, а есть только начальник. Какие бы красивые погоны и лампасы не украшали их мундиры- они рабы и быдло. А значит не народ.

Истинный народ отстоял свое достоинство и право быть Народом.

«Хуже ига мамаева руководство Янаева», писал народ на стенах своих домов. Уверен, что отныне ни хам, ни партмерзавец этот Народ поработить не смогут.

Этот Народ-непобедим!

Газета «Россия». Экстренный выпуск

НА ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЕССИИ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РСФСР 

Аплодисментами встретили депутаты предложение позаботиться о семьях москвичей, погибших в ночь с 20 на 21 августа. К этим людям следует относиться как к павшим за суверенную Россию, за демократию, против жестокой диктатуры. Член ВС СССР писатель Алесь Адамович предложил объявить в Москве день траура. По eго мнению, траурное шествие должно проследовать через Красную площадь, мимо могил сталинских палачей, к Лубянке. Народный депутат выразил уверенность, что проститься с павшими защитниками демократии придут миллионы москвичей. (Согласно объявленным на сессии данным, в столкновениях с войсками погибли трое и ранены два человека. Подожжены три единицы боевой техники). Единогласно принято решение о переподчинении в трехдневный срок ГУВД и управления КГБ Москвы и Московской области соответствующим структурам РСФСР. Член Президиума ВС РСФСР депутат В.Югин отметил ложь и дезинформацию, которыми оказались заполнены коммунистические газеты. Он предложил прекратить их выпуск на территории России. Подготовлены предложения о передаче второй программы телевидения под юрисдикцию России

В борьбе против диктатуры мы должны быть едины

Выступление исполняющего обязанности  Председателя Верховного Совета РСФСР Р.И.Хасбулатова

В ночь с 18 на 19 августа 1991 года отстранен от власти законно избранный Президент страны. Какими бы причинами ни оправдывалось это отстранение, мы имеем дело с правым, реакционным переворотом. При всех трудностях и тяжелейших испытаниях, переживаемых народом, демократический процесс в стране приобретает все более глубокий размах, необратимый характер. Народы России становятся хозяевами своей судьбы. Существенно ограничены бесконтрольные права неконституционных органов, включая партийные. Руководство России заняло решительную позицию по Союзному договору, стремясь к единству Советского Союза, единству России. Наша позиция по этому вопросу позволила существенно ускорить подготовку Союзного договора, согласовать его со всеми республиками и определить дату его подписания- 20 августа с.г.

Чрезвычайная сессия Верховного Совета РСФСР созвана в трагические для нашего Отечества дни, когда самозванная хунта, провозгласившая себя Государственным комитетом по чрезвычайному положению, отстранила от власти законного   Президента страны, осуществила контрреволюционный государственный переворот, поставила страну на грань гражданской войны. Вместе с отстранением от власти Президента Горбачева заговорщики ставили своей стратегической задачей отстранение от власти лидера Российского государства Б.Н.Ельцина, захват и интернирование Президента России, прогрессивных деятелей Верховного Совета и правительства РСФСР. Это очевидно и не подлежит никакому сомнению. Эти цели осуществлялись последовательно, жестко, цинично и с огромным размахом.

В Москву были стянуты войска: более 500 танков и около 10 различных дивизий, отдельных полков, включая части спецназа, КГБ, ОМОН, МВД, десантные части, причем все они концентрировались в районе нашего Белого дома, непрерывно маневрируя. Была поставлена прямая цель захвата здания Верховного Совета, резиденции Президента России и его правительства. Оно было окружено плотным кольцом броневой техники и воинскими частями, готовыми к захвату последнего плацдарма свободы, взяв который путчисты могли бы добиться победы по всей стране и развязать кровавый террор против народа, избравшего путь свободы и обновления Отчизны.

В эти тяжелые часы мы могли противопоставить войскам только волю и решимость народа. И эти черты героически проявили москвичи. Они встали на пути путчистов, их спецназовских войск, защитили честь и достоинство первого российского Президента, Верховного Совета и правительства Российской Федерации. Мы восхищаемся их мужеством и искренне их благодарим. Протесты и возмущение переворотом, устроенным так называемым Государственным комитетом по чрезвычайному положению (ГКЧП) продолжают нарастать. Практически везде, за исключением отдельных областей, краев и республик, руководители которых поспешили угодить узурпаторам, не выполняются его распоряжения относительно создания местных структур власти этого «комитета.

Однако газеты «Правда», «Советская Россия», «Московская правда»,-Центральное телевидение, некоторые другие средства массовой информации создают ложное впечатление о pеальном положении вещей, не показывают, сколь велико негодование наших российских народов, направленное против самозванного «комитета», откликнувшихся на воззвание «К гражданам России», подписанное российским руководством. Встает вопрос: а кому нужны эти газеты – «Правда», «Московская правда», «Советская Россия», это телевидение, в которых нет ни грана правды?

Давайте их национализируем и превратим «Правду», «Советскую Россию», «Московскую правду» в действительно народные средства информации. И делать это надо сейчас же, на этой сессии! Я не знаю, чем руководствуются коллективы этих газет, наши «прекрасные» журналисты, которые терпят угодников, руководителей-редакторов и готовы служить любому режиму?! Вчера, когда во главе государства был Президент Горбачев, они восхищенно говорили одним языком, сегодня пришел узурпатор Янаев-и точно такими же остаются стиль поведения, язык, нравы. Что это за газеты? Что это за телевидение? Что это за люди, в них работающие? А вчерашние верноподданные Верховных Советов некоторых республик, областей и краев, которые клялись в любви и преданности Горбачеву, сегодня такие же кровные клятвы адресуют преступнику Янаеву и его клике, и кое-кто даже поспешил создать структуры ГКЧП. Мы будем снимать с работы этих нарушивших Конституцию должностных лиц и привлекать к уголовной ответственности. Никто не уйдет от возмездия за пособничество государственным преступникам (в том числе высшие чины органов КГБ СССР, Прокуратуры СССР и другие преступники).

 Надо отметить, что в сложившихся обстоятельствах действия Президента России, Президиума Верховного Совета и правительства были энергичными, но в то же время рассудительными и спокойными. Ни на минуту не возникло здесь паники, все устремления были направлены на попытки мирного решения вопроса. В этих целях Председателю Верховного Совета Лукьянову, практически единственному законному руководителю страны, был представлен перечень жестких требований российского руководства. Утром 20 августа с перечнем этих требований, представленных ультимативно, Председатель Совета Министров и исполняющий обязанности Председателя Верховного Совета были у него. Для того, чтобы вы представили, о чем шла речь, хотел бы зачитать эти требования. Они достаточно коротки, но последовательны и жестки.

Ультиматум предполагал возможность быстрого возврата всей страны и политического руководства к нормальной конституционной практике.

Первое. В течение 24 часов с момента чтения этого документа организовать встречу Б.Ельцина, И.Силаева, Р.Хасбулатова с Президентом М.Горбачевым. К встрече привлечь Янаева.

Второе. Если Президент Горбачев действительно болен, провести в ближайшие три дня медицинское его освидетельствование с участием специалистов-экспертов Всемирной организации здравоохранения. При этом мы считали, что вполне можем взять на себя даже валютные расходы, если союзные власти не в состоянии обеспечить оплату такой экспертизы.

Третье. Результаты освидетельствования опубликовать, предать гласности. При положительных результатах незамедлительно обеспечить ему условия для возобновления обязанностей Президента СССР.

Четвертое. Немедленно отменить все ограничения на деятельность российских средств массовой информации, тем более, что в других республиках такие ограничения не вводились. Вам, конечно, известно о том, что закрыт наш едва-едва открывшийся телеканал, закрыты наши газеты закрыты наши газеты «Россия» и «Российская», и практически действуют центральные партийные газеты, о которых я уже говорил.

 Пятое. Отменить действие чрезвычайного положения на всей территории РСФСР. Тем более, что начинает работу чрезвычайная сессия Верховного совета РСФСР и депутатам надо обеспечить беспрепятственное прибытие в Москву.

Шестое. Немедленно восстановить все виды связи для нормального функционирования российского руководства. Я не знаю, в курсе вы или нет, но дело в том, что нам было очень затруднительно связаться с регионами, с республиками, поскольку связь была прервана. Мы уже не говорим о подслушивании, к этому мы привыкли. У нас, по- моему, нет кабинета, где бы этого не делалось, как и у Президента, так и у меня или у другого руководителя. Но бог с ними, у нас нет секретов.

И последнее. Объявить о роспуске незаконно созданного Государственного комитета по чрезвычайному положению СССР и отменить все его постановления и распоряжения. Так вот, у нас был с Лукьяновым достаточно жесткий разговор в свете его выступления по телевидению, где он сказал, что, якобы, Горбачев в курсе всех событий и даже одобрительно к ним относится. Лукьянов пытался каким-то образом связать государственный переворот с политикой российских властей, по его словам, создавшим ситуацию, которую можно решить лишь путем введения режима чрезвычайного положения, и поэтому реакционные силы вынуждены были взять власть и т.д. и т.п. В конце концов, когда мы четко потребовали выполнения наших требований, Лукьянов с ними согласился.  И даже с тем, что природа этого «Государственного комитета по чрезвычайному положению» преступна.

 Было достигнуто понимание, что это незаконный, неконституционный комитет. Это первое. Следовательно, чрезвычайное положение, объявленное неконституционным, незаконным комитетом, является ложным и подлежит немедленной отмене, как недействительное. И, следовательно, третье,-все действия этого Государственного комитета подлежат отмене как незаконные. Отсюда вытекает и четвертое: члены этой хунты совершили тяжкие государственные преступления. Налицо измена Отечеству и Конституции. Очевидно, что они подлежат уголовному преследованию. Об этом, конечно, мы не говорили вслух, но понимание обстановки заставляло сделать этот логический вывод. Мы, со своей стороны, постараемся в кратчайшие сроки прекратить демонстрации, забастовки и другие формы массовых выступлений народа. Постараемся наладить сотрудничество и с войсками, с тем, чтобы начать их отвод.

 К сожалению, все это оказалось невыполненным. Лукьянов или не захотел, или не смог выполнить своих обещаний. Вы знаете, получилось наоборот- нагнетание огромной напряженности. В Москву стало прибывать еще большее количество войск (в основном КГБ и ОМОН), броневой техники. А те воинские части, которые располагались вокруг Белого дома, осознав реалии и познакомившись с депутатами, начали проявлять свою лояльность, были отведены. Мы получили достоверные данные о готовящемся штурме Белого дома. Вот таким образом развивались эти трагические события в течение последних двух дней.

Еще один момент. Уже 19-го числа стало ясно, что в сложившейся обстановке надо взять под контроль армию. Было выдвинуто предложение, в том числе и военачальниками, о том, что в условиях, когда Президент страны, являющийся главнокомандующим Вооруженными Силами, отстранен, вполне естественно, что на территории РСФСР до того, как вернется к власти законный Президент СССР, эти обязанности должен выполнять Президент РСФСР. Такой проект военными был подготовлен, но после того, как мы переговорили с Лукьяновым, мы подумали, что этого делать не следует и что мы, может быть, мирным путем вернемся к конституционному строю. И только когда к 17 часам мы окончательно убедились в том, что нас обманули и началась прямая агрессия и наступление войск, только тогда соответствующий Указ появился в свет. Это я к тому, чтобы потом не было каких-то ложных интерпретаций по поводу этапов и последовательности принимаемых нами решений.

Особенно теперь, когда действия ГКЧП сорвали назначенное на 20 августа  подписание Союзного договора. Утверждая, что этот вариант договора плох, они стали искать какие-то подводные течения, причины, почему он нам выгоден и почему eго не надо подписывать. Отчего-то им не приходит в голову здравая мысль: почему он нам действительно выгоден? Подписываем его мы потому, что будет существовать наш Советский Союз, будет существовать единая Россия. Простая логика, здравая логика. Никаких хитрюсплетений в этом деле с нашей стороны нет и не было.

Ясна сама подоплека такой тактики: реакционеров не устраивает сильная и самостоятельная Российская Федерация. Это, во-первых.

 Во-вторых, их не устраивает процесс децентрализации жестко централизованной системы власти и управления. И речь, естественно, идет о том, что традиционные партийно-государственные структуры практически полностью лишаются своей власти.  То есть интересы членов хунты, корпоративные интересы, представляемые этой хунтой в данном случае, переворота, они в значительной степени вобрали в себя те реакционные силы, для которых как раз не был выгоден этот Союзный договор. Конечно, это не единственная причина. Реакционные силы не хотели и тех перемен, которые происходили в стране, особенно в России, глубоких, серьезных, способствующих втягиванию в этот процесс других республик, всей страны. Изменения, которые происходили у нас в Российской Федерации, и те законы, которые Верховным Советом России принимались, оказали огромное влияние на огромное влияние на Верховный Совет СССР, на Верховные Советы других республик, на развитие общего политического процесса. Естественно, что такое развитие как раз и не устраивало реакционные круги.

 Третья причина, очевидно, заключается в том, что после долгих метаний, колебаний, нерешительности, уступок то правым, то очень правым (поскольку левого движения, по-настоящему левого, у нас в стране практически нет), но никак не левым, М.Горбачев все-таки более или менее последовательно встал на путь преобразований и под влиянием внутреннего общественного мнения, и под влиянием мирового сообщества, в том числе после лондонской встречи с западными лидерами.

Реакционные силы не устраивал такой поворот в его взглядах. Вокруг этих проблем и интегрировался союз реакционных сил, которые пытались осуществить государственный переворот. Он имеет длительный характер, режим этот действует, с этим режимом надо очень серьезно бороться, и мы с ним покончим. И мы с ним покончим!

Cегодня Верховному Совету России предстоит принять серьезнейшее решение по этому вопросу. Тревожно то обстоятельство, что нити заговора тянутся к руководящим деятелям КПСС и КП РСФСР. До сих пор руководство компартий отмалчивается и не случайно: оно непосредственный участник и идейный вдохновитель переворота. Я думаю, мы будем иметь по этому вопросу доскональную информацию в ближайшие часы.

Предлагаю принять закон, одобряющий действия Президента России в дни государственного переворота. Речь идет о том, что Президентом принят целый ряд указов, нейтрализующих действия путчистов. Конечно, Президент имеет право их принимать, но, учитывая исключительность нынешней ситуации, целесообразно, чтобы Верховный Совет специальным законом одобрил эти Указы. Я думаю, здесь имеется в виду чисто моральный аспект, но этот аспект, мне кажется, очень серьезно сплотил бы нас в борьбе против наступления диктатуры, а в борьбе против наступления диктатуры мы должны быть едины. Я думаю, здесь не должно быть никаких колебаний, шараханий. Наши мнения во многом могут расходиться, но по кардинальным вопросам развития общества: по отношению к диктатуре, тоталитаризму-мы должны быть едины.

Газета «Россия». Экстренный выпуск

Заветам «чекистов» верны!

Скоро состоится суд над организаторами неудавшегося государственного переворота. Будут, привлечены к ответственности и те, кто исполнял их распоряжения, содействовал перевороту на местах. Однако кое-где еще правят бал не в меру усердные чиновники, готовые «принять меры» к участникам не санкционированной коммунистами защите Белого дома России.

Рисунок Андрея Бильжо

Вот одно из распоряжений: «На основании актов, составленных директором «Салона полиграфических услуг» Вершининым Н.Л. и администрацией ВКШ: Рябовой И.Я. -ректором ВКШ, Григорьевым Н.Н. проректором ВКШ, -отстранить ведущего инженера  МП «АВС-турист» от работы с 21 августа 1991 года». Далее следует подпись: Генеральный директор «АВС-турист» Б.М.Молочник.

Имя отстраненного инженера Виктор Безручко, причина же отстранения – использование вверенной ему техники для размножения документов и листовок правительства России и запрещенных путчистами газет. Как же иначе! Ведь Виктор Безручко способствовал разгрому любезного сердцу коммунистических аппаратчиков мятежа. Приказ комитета «чепистов» нарушил! Пусть отвечает… В ближайших номерах мы опубликуем список предприятий, руководители которых пытаются отыграться на участниках демократического сопротивления. Что это? Исполнение последних указаний закрытого ныне ЦК партии коммунистов- путчистов или собственная инициатива чиновников?

Н.ЧЕМЯКИН

Газета «Россия». Экстренный выпуск

Над горсоветом трехцветный флаг

 . Проходит заседание чрезвычайной сессии Саратовского городского Совета народных депутатов. Депутаты отметили, что областные структуры власти бездействуют. Сессия принимает решение о запрете деятельности в городе райкомов, горкома, обкома КПСС до регистрации партии в России. На сессии готовится решение о смещении с занимаемого поста председателя горисполкома Arапова, роспуске нынешнего состава горисполкома и президиума горсовета, поскольку многие представители этих структур повели себя лояльно по отношению к ГКЧП.

Готовится смещение с поста главного редактора областной газеты «Коммунист» Зорина. Возможен роспуск редакции газеты.

Сейчас над горсоветом вывешен трехцветный российский флаг. Депутаты намерены поставить вопрос о передаче всех партийных зданий в муниципальную собственность, а местное телевидение-под контроль горсовета. В настоящий момент около здания, где проходит сессия горсовета, не расходится толпа, заседание сессии горсовета транслируется на улицу.

И. МАЛЯКИН

, “Я мог взять Дом Советов России за 15 минут но не стал выполнять приказ Крючкова”

генерал-майор КГБ Виктор КАРПУХИН

 -Виктор Федорович, когда и как вы узнали о перевороте?

– 19 числа в 5 утра я был вызван к Крючкову. Получил задание силами своего подразделения арестовать Ельцина и все руководство Верховного Совета России и доставить их в одну из оборудованных точек в Завидово, недалеко от Москвы. Сообщили только одно: Горбачев болен и управлять страной не может. Другой информации мне не давали.

С самого начала я предпринимал все, чтобы не выполнять задание руководства КГБ.

 -Как вам это удавалось?

-По радиотелефону меня постоянно терзали и приказывали докладывать о наших действиях. Я объяснял, что брать в поспешке нельзя: могут быть невинные жертвы. Хотя поймите- подразделения так подготовлены и натренированы, чтобы не заметить наших действий. Наши машины оцепили здание в начале шестого. По возвращении на место дислокации взяли телефон и оставили наблюдателей на целый день.

 -Они догадывались, что вы просто не захотели подчиняться?

-Наверное понимали. Но отдать приказ минуя меня никто не мог. Отстраняя меня они сразу «заваливали» единственную силу, на которую можно было опереться.

Я человек честный. В меня стреляли 26 раз. Звание Героя получил в  Афгане. Никогда ничего не боялся, а тут вдруг приник.

 -Отдавался ли вам приказ брать штурмом Белый дом?

 -Да.

-Устно или письменно?

-Крючков вызвал меня в свой кабинет и сказал, что все зависит от наших действий. Вечером 19 августа состоялось закрытое совещание в Министерстве обороны СССР. Его вел Ачалов. Из военной элиты присутствовали Моисеев, в  кабинет постоянно заходил Язов… Мне был дан приказ поддержать путч. В мое оперативное подчинение вошли дивизия, московский ОМОН и специальные подразделения управлений КГБ-всего 15 тысяч человек

-Вы были в курсе происходящего у Белого дома?.

 -Вместе с генералом Лебедем мы объехали вокруг парламента, затем отсмотрели видеосъемку оперативки, сделанной нашими агентами.

План боевых действий: в 3 часа ночи подразделения ОМОНа очищают территорию и с помощью газа и водометов раскидывают толпу. Наше подразделение входит за ними. Поддержка с земли и воздуха с использованием гранатометов и других спецсредств…Мы занимаем здание, что длилось бы минут пятнадцать… Слава Богу у меня легкая рука. В этой ситуации все зависело от меня. Но было бы кровавое месиво. Я отказался.

-Кто еще принимал участие в совещании?

-Босов, Грачев и другие генералы. Мне хотелось посоветоваться с кем- нибудь, но я понимал, что могу отсюда просто выйти. Постоянно звонил председатель КГБ России Иваненко: «Ребята, не ввязывайтесь в это дело». Своим я сказал: Принимать участие не будем. Потом позвонил Крючкову. Он меня не принял. Связался с заместителем: «Штурмовать отказываюсь! НЕ могу!»

 А больше было некому.

Говорю откровенно: ни один мой человек в перевороте не участвовал. А теперь я остаюсь крайним. Меня отстранили от командования подразделением.

Спасибо за любовь

Андрей МАКСИМОВ

Думаю, что никогда в жизни я уже не увижу, не почувствую такой любви, какую я увидел и почувствовал в эти дни, и особенно- ночи, к газете, в которой работаю. Самое поразительное- а, может быть, это естественно-вера в то, что пишет «Россия», была абсолютной. Ждали информацию и верили ей. Запомнился человек, который, внимательно прочитав листовку с материалом о Янаеве, в сердцах разорвал ее. Слова, которые он произнес при этом, я приводить не буду: они столь же искренни, сколь и непечатны. Человека этого сильно поругали – информация была, что называется, на вес золота, -но поняли очень хорошо.

В «Книгу рекордов Гиннесса» достойна войти та скорость, с какой листовки, едва появившись, расклеивались куда только их можно приклеить. И в первый день люди читали эти небольшие листочки с названием «Россия» на бортах БТРов. И эти листовки на БТРах, ей-Богу, вселяли надежду. Повсюду. К одному такому БТРу с листовкой на борту подошла женщина и спросила: «Ну что, неужели будешь в нас стрелять?» И парень ответил ей спокойно и однозначно: «У меня ж родители дома, мама…» Могу засвидетельствовать: за все это время я лично не видел ни одной смятой или выброшенной листовки. Было совершенно ясно, и это не красивые слова: раз газета выходит-жизнь идет. И еще одна деталь из ночной жизни у Белого дома. Пусть она не покажется излишне сентиментальной, поверьте, тогда было не до сантиментов. Молодой парень складывает листовку в карман. Видимо, в моем взгляде он прочел вопрос и ответил только одним словом: «Сыну».

В первый раз в моей жизни-думаю, увы, и в последний-никто не рассмеялся, когда я упал, зацепившись в темноте за какую-то железяку. Меня подхватили чьи-то руки, и кто-то предложил даже идти в медпункт (специальная санитарная зона была отгорожена рядом с парком имени Павлика Морозова). Мы были вместе. Мы знали, почему мы здесь. И газета «Россия», думаю, очень помогла этому единению.

. И все-таки… И все-таки… Пусть будут другие поводы для проявления любви к газете. Пусть моему сыну никогда не придется видеть баррикады на улицах его города.

Про нас, листовки и людей на площади

Я бы хотел использовать служебное положение в очень личных целях.

Действительно, сейчас многие будут пытаться поделить славу борцов с путчем в свою пользу. А мне хотелось бы от имени всей редакции поделить эту славу, славу нормальной работы во время трех страшных ночей с людьми, о которых, может быть, никто не скажет, хотя они этого заслужили. О некоторых из них: врачах, ОМОНовцах, молодых ребятах, охранявших Дом правительства- мы уже рассказали. Имен сотен других людей мы, к сожалению, не знаем.

Утром 19 августа, когда редакция спешно собралась и решила, что будет заниматься своим профессиональным делом- раз невозможно, выпустить газету, значит нужно выпускать листовки,- мы были почти в одиночестве.  Я очень рад, что даже в тот момент, когда было принято решение об эвакуации редакции из Белого дома и мы уничтожали документы и списки людей, причастных к – «России», чтобы, не дай Боr, на них не могла выйти хунта, в этот труднейший час в редакции оказались практически все: наборщицы, корректоры, верстальщики, стажеры, корреспонденты, редколлегия и водитель.

Первые десять листовок из сорока, отмерявших каждой своей строкой шаги переворота, мы выпустили уже к четырем часам дня.

Но наверное, нам никогда не удалось бы выпустить остальные три десятка и дойти с  ними до победы, если бы не защитники Белого Дома. В первый же день у нас сломался ксерокопировальный аппарат, но стоило через подъезд прессы спросить у столпившихся людей, есть ли мастера по ксероксу- через минуту мы имели двух добровольных помощников. Стоило позвонить коллегам из «Собеседника» и спросить, нет ли у них порошка для печати,- они примчались, фактически обезоружив себя, и принесли в конверте этот порошок в ту минуту более дорогой нам, чем танки и патроны. По каким каналам распространялась информация о том, что газете «Россия» нужна помощь, мне лично неизвестно. Но к утру безымянные помощники вдруг принесли нам два новых ксерокса, поставили еще один телефакс. Люди из Свердловска, Ростова, Таллинна дозванивались в редакцию только за одним: дайте листовки, хотя к тому моменту было уже известно, что ГКЧП за распространение любой незаконной информации пообещало арест. Как минимум. Но через 12 часов после того, как вышла первая листовка, мы узнали, что она есть уже даже в Хабаровске.

Люди, тайно выносившие в свет наши экстренные выпуски, вскрывали опечатанные помещения на своих рабочих местах, добирались до ксероксов, перезванивались с другими городами, сообщая последние новости из Белого дома, и кляп, которым Янаев попытался заткнуть рот средствам массовой информации,- этот кляп заткнул рот самому Янаеву. Путчисты просто не рассчитывали, что не колбаса и не повышение зарплаты, а правда, как бы она горька ни была, важнее всего. Даже когда они хорошо знают, что завтра могут быть обречены на ничто. Удивительно, что связь в Белом доме работала идеально, может быть, путчисты оставили телефоны из снисходительности, мол, через час и так штурмом возьмем все, что нужно? Может быть, им просто нужна была информация отовсюду и обо всем? Мне это неизвестно. Но я думаю также, что связисты просто саботировали распоряжения ГКЧП, если таковые были. И, честное слово, нажать кнопку и соединить междугороднюю телефонную линию в этой ситуации было не менее сложно, чем возвести баррикады у Белого дома. Спасибо связистам. Я не называю сейчас имена моих коллег, работников «России» и еще многих других, кто помогал нам, поверьте, не по злому умыслу, и мы не забыли вас, мы готовы видеть вас в «России» в любое время. Как трудно было разобрать даже самую слабую баррикаду защитников, потому что она скреплена мужеством людей, а не только железом, так трудно разъединить нас теперь. Спасибо вам, Валерий Жигалин, Сергей Питерский, Борис Кремер,Екатерина Лаврентьева, Сергей Михайлов, Сергей Родионов, Андрей Волохов, Александр Катамахин, Алексей Снегульский, Сергей Плотников, Сергей Сорокопуд, Дмитрий Коган, Евгений Шапочкин, Андрей Бильжо, Джангир Агаев.. Спасибо Фонду Байкала, научно-производственной фирме «Мастак», всем, кто помог редакции с множительной техникой, каналами связи, бумагой, порошком для ксероксов, кто предлагал дежурства с автомашинами, звонил в «Россию», чтобы сообщить о происходящем в разных точках города. Благодарим фирму «Плазмер», малое предприятие «ТАУ», общество «NOOS», JW-информ, бюро JW «На Зубовской», региональные центры ВААД,, редакции газет и журналов «Невское время», «Тихоокеанский комсомолец», «Собеседник», «Деловые люди», Радио России, право- охранительный центр «NORD», пресс-службы представительств Литвы, Молдовы, Армении и Украины. МП «Панорама-Сервис», напечатавшее экстренный выпуск «России»- первый номер после переворота. Спасибо нашим иностранным коллегам, помогавшим прорвать информационную блокаду. Спасибо пресс- службе Президента России и пресс- центру Российского Верховного Совета.

От имени редакции газеты Президиума Верховного Совета РСФСР «Россия»

                                                                                                         Андрей ДЯТЛОВ


.

— –

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *