Рулетки Достоевского, пакетные туры по святым местам и модные тусовки на водах. Краткая история туризма в Российской империи

198

В 2020 году мир изменился, и для среднестатистического человека эти изменения сильнее всего ударили по сфере досуга. Чтобы сходить в музей, театр, кафе, торгово-развлекательный центр или аквапарк, теперь нужен QR-код, чтобы полететь в отпуск, надо выбрать точку назначения из очень ограниченного круга стран. А как проводили свой условный «отпуск» россияне 150 лет назад и раньше, когда не летали самолеты, хорошие дороги были в диковинку и еще не придумали рейвы? Создательница канала «Не смотрите под ноги» Юлия Желудкова — о том, какие были варианты выездного отдыха в дореволюционной России.

Православный туризм

Одним из самых неприятных последствий пандемии коронавируса стало закрытие границ между государствами и угроза введения пресловутых QR-кодов на транспорте. Любимейший вид отдыха россиян — путешествия — накрылся карантинными мерами.

Но в какой момент путешествия стали квинтэссенцией хорошего отпуска? С чего вдруг наши соотечественники решили, что раз в год нужно покидать родину (или хотя бы родной город) для вояжа в заморские страны или в экзотические регионы собственной Необъятной?

Наши предки до XVIII века не рвались за пределы страны: отдыхать предпочитали по месту жительства, ориентируясь на вкусы, привычки и финансовые возможности. Кто на печи лежал, а кто соколиной охотой занимался.

Впрочем, задолго до появления «познавательного туризма», когда путешественники едут в дальние края ради архитектуры истории, существовал туризм религиозный. Это была своеобразная разновидность подвижничества — оставить родной дом на долгое время, дойти до святого места, пообщаться со святым человеком или поклониться чудотворной иконе.

Этот вид странствия был демократичным. Люди бедные выживали в пути за счет подаяний. Люди богатые свой подвиг видели в том, что, к примеру, передвигались по большей части пешком. Не оставались в стороне даже монархи. Екатерина II в воспоминаниях писала о том, как паломничала императрица Елизавета:

«…затем императрица поехала на богомолье в Троицкий монастырь. Ее Императорское Величество хотела пройти эти пятьдесят верст пешком… Императрица делала пешком три-четыре версты, потом отдыхала несколько дней. Это путешествие продолжалось почти всё лето».

Гораздо экстремальнее было паломничество в Иерусалим. Дорога туда по суше занимала почти год. Такое путешествие было чрезвычайно опасным — паломник мог замерзнуть по пути, его могли ограбить, обмануть, убить. На дорогу в Святую землю деньги порой копили всю жизнь или собирали всей деревней.

Этот вид туризма стал организованным к концу XIX века. Фактически паломники оказались едва ли не первыми в России пакетными туристами.

Государство создало Императорское Православное Палестинское Общество, через которое можно было получить паспорт паломника и оплатить путешествие «пакетом».

Тур включал в себя все транспортные расходы, справочную информацию, карты, услуги проверенных проводников и охранников. Также по паспорту паломника можно было заселиться в специальной гостинице по очень низкой цене (койко-место, чай, каша и мыло за 13 коп. в сутки).

Петр — первый курортник

Выйти из зоны комфорта и начать путешествовать не с религиозными целями богатых россиян заставил не кто иной, как Петр I. Его знаменитый тур по Европе, вошедший в историю как Великое посольство, позволил молодому царю не только изучить ремесла, нравы, экономику западных стран, но и утвердиться во мнении, что для воспитания деятельных грамотных юношей необходимо расширить их кругозор: показывать другую жизнь.

Вскоре после этого образовательного путешествия Петр ввел фактически туристическую повинность — дворянским юношам нужно было выезжать в Европу. Впрочем, не для того, чтобы отдыхать, а для того, чтобы учиться. Далеко не всем эта идея понравилась. Впрочем, как многие другие инициативы царя.

В Европе Петр изучал не только ремесла, но и варианты культурного отдыха. Особенно ему понравился отдых на целебных водах. Впервые он познакомился с водными курортами именно во время Великого посольства.

С этого момента можно отсчитывать увлечение российского общества отдыхом на минеральных источниках.

Великий Петр, твой каждый след
Для сердца русского есть памятник священный,
И здесь, средь гордых скал, твой образ
незабвенный
Встает в лучах любви, и славы, и побед.
Нам святы о тебе преданья вековые,
Жизнь русская тобой еще озарена,
И памяти твоей, Великий Петр, верна
Твоя великая Россия!

Эти строки написал в 1853 году поэт Петр Вяземский, большой любитель немецких курортов. Стихотворение посвящено посещению Петром I вод в Карлсбаде.

В 1712 году медики убедили Петра отправиться на лечении минеральными источниками. Предположительно, из-за мочекаменной болезни. Впрочем, Петр не был бы Петром, если бы целыми днями просто валялся в теплой воде. Так, в Карлсбаде (ныне — Карловы Вары, Чехия) Петр ходил в конные походы по горам и работал каменщиком на стройке. Это был его первый полноценный отдых на водах, и он так ему понравился, что впоследствии царь регулярно стал ездить «в отпуск» на источники. Вслед за Петром на воды потянулась и российская аристократия.

Максимальный эффект от лечения Петр получил в бельгийском городке Спа. По сообщениям его лейб-медика Эрскина, «Его Величество, отправившись в Спа, страдал потерею аппетита от ослабления желудочных фибр, имел опухоль ног, желчные колики и бледность лица. Хотя Его Величество пользовался в прежнее время водами в других местах, но нигде не нашел таких, которые бы ему принесли столько пользы, как воды Спа». Петр был так рад облегчению своего состояния, что через год заказал монумент с благодарственной надписью и распорядился установить его в Спа.

Современные исследователи считают, что бледность лица императора и упадок сил указывают на анемию. Воды Спа отличаются высоким содержанием железа. Вероятно, поэтому они помогли Петру почувствовать себя бодрее.

Тем временем император решил, что и в России можно организовать аналогичные курорты, и заказал научные исследования, которые бы открыли туристические места притяжения.

Интересно, что первый бальнеологический курорт — Марциальные Воды — появился не на юге страны, а на севере — в Карелии.

Воды здешних источников насыщены железом, как и в Спа (отсюда и название: в честь римского бога войны Марса, который ассоциируется с железом). Впрочем, после смерти Петра курорт опустел, не в последнюю очередь из-за географического расположения.

А вот всем известные кавказские курорты, часть которых также открыли при Петре, востребованы до сих пор. Но были проекты, которые не выжили. Например, лечебные воды нашли в ближайшем предместье Петербурга — Полюстрове. Сейчас это место находится недалеко от центра города — через реку от Смольного собора. Территорию еще при Екатерине II выкупил сенатор Григорий Теплов и построил на этом месте грязелечебницы.

В XIX веке они сменили владельца и преобразились. Новый владелец Александр Кушелев-Безбородко выстроил там особняк в стиле классицизм, украшенный оградой с 29 львами, которые соединены цепями. Курорт процветал: петербуржцы пили воду из местных источников, купались в специальных кабинках, принимали грязевые ванны. Место было не только лечебное, но и тусовочное. При купальнях работал модный ресторан, выступали артисты. В 1860-х годах полюстровские купальни сгорели, а наследники Кушелева-Безбородко восстанавливать их не захотели.

Но вернемся назад, в начало XVIII века: Петр был чрезвычайно воодушевлен целебным действием водолечения. И решил собственным примером приучать подданных к новой медицинской практике. Проблема была в том, что подданные со скепсисом смотрели на такое лечение и даже роптали, что эффект от вод нулевой.

Как царь решил побороть упаднические настроения? С помощью пиара и сурового закона. С одной стороны, массово распространялась информация о самых разных случаях исцелений на водах. С другой, Петр законодательно закрепил процедуру лечения («докторские правила»): чтобы пациент не сбежал раньше времени, долечился и не рассказывал потом о том, что процедуры якобы неэффективны. Но время шло, и к такому виду досуга подданные Российской империи постепенно привыкли.

На водах

Пик моды на лечение водами пришелся на XIX век. Состоятельные россияне уезжали в основном в Европу, люди попроще — на внутренние курорты. Давайте разберемся в том, что собою представлял отпуск того времени. Сколько приходилось добираться до места? Сколько нужно было потратить денег? И самое главное: чем заниматься на отдыхе?

Начнем с отечественных курортов. Самые популярные были на Кавказе. На их базе и сегодня работают санатории.

Надо сказать, что в XIX веке спрос на водолечение быстро начал опережать предложение. И на источники люди сначала ездили «дикарями». Селились прямо у родников по-походному, лечились водами без назначений врачей, интуитивно.

К середине века ситуация изменилась. Поэт Александр Пушкин застал эту трансформацию. Он был и на «диком» Кавказе, и на благоустроенном:

«…я заехал на Горячие воды. Здесь нашел я большую перемену: в мое время ванны находились в лачужках, наскоро построенных. Источники, большею частию в первобытном своем виде, били, дымились и стекали с гор по разным направлениям… Мы черпали кипучую воду ковшиком из коры или дном разбитой бутылки. Нынче выстроены великолепные ванны и дома. Бульвар, обсаженный липками, проведен по склонению Машука. Везде чистенькие дорожки, зеленые лавочки, правильные цветники, мостики, павильоны. Ключи обделаны, выложены камнем; на стенах ванн прибиты предписания от полиции; везде порядок, чистота, красивость… Признаюсь: Кавказские воды представляют ныне более удобностей; но мне было жаль их прежнего дикого состояния…»

Сколько стоил отдых на кавказских водах в начале XX века, когда эти места уже были освоены? Рассмотрим на примере Ессентуков.

Санаторий «Азау».

 В путеводителе по Кавказу господина Москвина сообщается, что это один из лучших санаториев. Во-первых, из-за его расположения:

«На возвышенности, откуда открывается красивый вид на Бештау, Машук, Эльбрус и снеговую цепь гор. Расположен в поселке Новые Ессентуки на расстоянии 7-ми минут ходьбы от источника № 17 и 3–4 минут от № 4».

Во-вторых, из-за развитой инфраструктуры. Здание специально строили для санатория, и для своего времени оно было комфортным. Имелись лифт, телефон и рояль. Помещения отапливались голландскими печами. На улицах было электрическое освещение, проведены шоссе, обрамленные уютными зелеными бульварами.

Итак, сколько стоил (в начале XX века) месяц пребывания в «Азау»:

Размещение

Май, август — 50–250 руб.
Июнь, июль — 75–350 руб.
Отделения с помещениями для собственной прислуги от 400 руб.

Проживание

Полный пансион: постельное белье, освещение, полное суточное продовольствие (чай, кофе, молоко, сливочное масло, яйца, белый хлеб на завтрак; обед из 3–4 блюд согласно прописанной диете; днем чай, кофе, молоко, два блюда на ужин) — 90 руб.

Медицинские консультации, процедуры и лекарства оплачивались отдельно. К примеру, одна процедура с минеральной водой стоила от 20 до 60 коп. Выгоднее было купить сезонный абонемент. Для взрослого человека он стоил 5 руб., для детей и прислуги — 1 руб.

На проживании и питании можно было и сэкономить, если лечение требовалось, а денег было немного. Можно было снимать меблированные комнаты, а можно было размещаться в благотворительном санатории, например от Красного Креста. Такой вид жилья больше всего напоминал современные хостелы: в одной комнате размещалось по несколько человек. Москвич отмечает, что комнаты «рассчитаны на 17 человек, но помещается больше». Если занять такое помещение вдвоем, то съем обойдется всего в 35 руб. с человека.

Для сравнения: гостиница «Метрополь» — 1 руб. 50 коп. за номер в сутки; гостиница «Новая казенная» — от 1 руб. 75 коп. до 4 руб. за номер в сутки.

Питаться тоже не обязательно было в ресторанах, и даже не обязательно было оплачивать полный пансион (хотя так получалось выгоднее). Можно было «приписаться» к кухне большой усадьбы. Внушительный обед из 2–4 блюд в таком случае обходился в сумму от 50 коп. до 1 руб.

Детей на курортах тоже можно было пристроить — но не бесплатно. Сезонный абонемент на детскую площадку стоил 1 руб., при санаториях организовывали платный присмотр за ребятами, библиотеки также стоили денег (абонемент — 1 руб.).

Как добираться?

В первой половине XIX путешествовали либо гужевым транспортом, либо водным. На лошадях в день можно было преодолеть до 150 км — если очень повезет. Подсчитаем: между Петербургом и Пятигорском примерно 2500 км. То есть в дороге нужно провести как минимум 17 дней. Если, разумеется, не случится форс-мажоров и дороги по всему пути следования будут идеальными.

К началу XX века длительные путешествия уже не были столь тягостными и долгими, как в петровские времена, — появилась разветвленная сеть железных дорог.

До Пятигорска можно было доехать из Петербурга с комфортом (то есть первым классом) за 38 руб., в чуть менее комфортных условиях (третьим классом) — вдвое дешевле.

От вокзала за фиксированную сумму можно было нанять извозчика, который доставлял прямиком к месту. Так, в Ессентуках от вокзала до курорта извозчик довозил за 45 коп. с большим багажом и за 25 коп. с ручной кладью.

Чтобы сопоставить расценки стодвадцатилетней давности, приведем финансовые ориентиры.

Цены начала XX века:

  • дойная корова — 60 руб.;
  • лошадь для повозки — 100 руб.;
  • зарплата рабочего и мелкого служащего — 20 руб. в месяц;
  • учителя старших классов в гимназии — 80–100 руб.;
  • полковника царской армии — 320 руб.

Впрочем, господин Москвич уточняет, что каким бы зеленым, ухоженным и архитектурно приятным ни был курорт, станица Ессентуки «по-прежнему остается в крайне запущенном и антисанитарном состоянии: те же грязь, пыль, немощеные улицы, плохое освещение и другие прелести».

На море

Помимо лечебных были популярны и обычные морские курорты. Самыми посещаемыми в Российской империи являлись Сестрорецк недалеко от Санкт-Петербурга и города Черноморского побережья. Однако даже в начале XX века общество было консервативным и не поощряло публичное обнажение. Как же в таком случае купаться? Для этого придумали специальные фургончики, внутри которых можно было приватно окунуться в соленую воду. Были передвижные фургоны, которые спускали на рельсах на относительную глубину или заводили туда лошадями. А были и стационарные, на бетонных сваях. Пользовались ими как мужчины, так и женщины. Раздельно, разумеется. Стоило такое удовольствие 10 коп.

Кстати, недовольство туристической инфраструктурой российского юга — явление вполне историческое. В начале прошлого века ее также критиковали. Самым престижным местом побережья к 1905 году стали Гагры. Там на деньги принца Ольденбургского создали масштабнейший оздоровительный комплекс. Главная изюминка — купальня на море. Каркас из железобетона, нижний этаж с раздевалками и спусками в воду, верхний — для принятия ванн и других процедур.

Современники отмечали, что остальные города на побережье такой роскошью, как в Гаграх, похвастаться не могли. Купальни зачастую находились в неудовлетворительном состоянии, так что пользоваться ими было невозможно.

Курорты российские, разумеется, были гораздо более доступными, нежели иностранные. Доступными в самом прямом смысле. До середины XIX века выезд за пределы России был затруднен. Если человек не являлся дипломатом, то ему требовалось выправить себе загранпаспорт. Его можно было получить, во-первых, если путешественник был благонадежным (политических оппонентов родина в то время старалась не выпускать), а во-вторых, платежеспособным. Документ стоил 500 руб. — огромные деньги.

Помимо этого существовало правило о предельном сроке проживания за границей. Для дворян он составлял 5 лет. Если дворянин «оставлял Отечество» на больший период, то на родине его фактически «банкротили»: для его имущества назначали государственного управляющего («опекуна»). Он назначал «приличное» содержание семье «беглеца», с доходов имущества платил налоги, гасил долги. Имущество возвращалось только наследникам проштрафившегося дворянина после его смерти.

Короткое усложнение и удорожание выезда пришлось на 1850-е годы. Тогда установили еще и пошлину за каждые полгода вдали от России — 250 руб. Цена могла быть снижена до 50 руб., если удавалось доказать, что гражданин вынужден надолго покинуть родину из-за лечения.

Проще выезжать за границу стало при императоре Александре II, в 1856 году. Размеры пошлин снизились до символических 5 руб. за полгода. Александр III изменения закрепил и еще больше либерализовал, объявив свободу передвижений.

Более того, если поездка предполагалась длительной, то за каждые полгода нужно было перечислять в казну по 100 руб. В царствование же императора Александра III эти правила отменили, а загранпаспорта начали выдавать бесплатно. Однако европейский вояж всё равно стоил на порядок дороже, чем путешествие внутри страны.

Чем заниматься?

Популярность лечебных курортов была так высока, разумеется, из-за веры людей в их целебную силу. В XIX — начале XX века врачи назначали водолечение при самых разных заболеваниях: чахотке, болезнях почек, желудка, кишечника, кожных болезнях, головных болях и болях в суставах. Даже наиважнейшего пациента Российской империи — Александру Федоровну, супругу императора Николая II — лечили от болей в пояснице и ногах принятием серных ванн. До замужества принцесса лечилась на английских курортах, после — на немецких.

Но всё же лечилась на водах меньшая часть отдыхающих. Основная масса россиян приезжала на курорты как в модные тусовочные места. Поэт и писатель Михаил Лермонтов придумал для них специальный термин «водяное общество». В романе «Герой нашего времени» он безжалостно высмеял тех, кто собирался летом на источниках.

Лермонтов описал франтов, которые наряжаются для ежедневных прогулок, «принимают академические позы», опуская в колодец оплетенный стакан за кислосерной водой, пьют, правда, в основном не воду, а напитки покрепче, ежедневно играют в карты и чудовищно, невероятно скучают, сетуя на то, что здешнее общество не чета столичному.

Почему же столь требовательная публика оказывалась за тысячу верст от Петербурга? Летом деловая и светская жизнь в столице замирала и город пустел. Люди богатые отправлялись в свои имения, люди попроще снимали дачи в пригородах, многие ехали в путешествие. В курортных городках, как в России, так и в Европе, собирались те самые «водяные общества». И на дорогих европейских курортах жизнь этих обществ мало отличалась от столичной: туда съезжались писатели, политики, светские львы и львицы, звезды шоу-бизнеса. Лечение в значительной части случаев было лишь благовидным предлогом для посещение модного места.

В 1836 году писатель Николай Гоголь во время путешествия по Европе остановился в немецком Баден-Бадене — популярнейшем курортном месте. Вот что он писал об этом месте:

«Теперь я живу на знаменитых водах баден-баденских, куда заехал только на три дня и откуда уже три недели не могу выбраться. Встретил довольно знакомых. Больных сурьезно здесь никого нет. Все приезжают только веселиться».

А как можно было повеселиться на курорте, если не принимать минеральные ванны? Гулять, кататься на лодках, наносить визиты знакомым, посещать концерты… и играть в казино. Игра на деньги была неотъемлемой частью значительной части курортов.

Европейские казино привлекали сотни обеспеченных россиян, которые оставляли в игорных заведениях порой целые состояния.

Одному нашему соотечественнику поставили четыре памятника в Германии — в память о его отчаянной игре. Речь о Федоре Достоевском. Он часто жил на немецких курортах и играл в казино. В Висбадене, к примеру, он проиграл все деньги, из-за этого взял ссуду в издательстве и был вынужден в кратчайшие сроки дописать роман «Игрок». В знак уважения казино назвало один зал в честь великого писателя. А в XX веке в городе появился бюст Достоевского.

Итак, чтобы петербуржцу отдохнуть в Ессентуках без шика, но прилично, с учетом проезда на поезде третьим классом, нужно не меньше 350 руб. Сумма приличная. Что делать, если таких денег нет? Можно взять кредит. Займы под путешествия были достаточно распространенным явлением.

Горный туризм

XIX век подарил людям не только культурный отдых на курортах. В середине века популярными стали горные походы. Поначалу это был неорганизованный туризм, в который вовлекались отдельные любители экстремального отдыха.

С 1870-х годов начали появляться туристические клубы, которые существовали за счет членских взносов. Это было удовольствие для людей обеспеченных.

Системно походы и альпинизм стали развиваться только к концу XIX века, и толчок к этому дал западный опыт. Русский предприниматель и альпинист Александр фон Мекк однажды во время прогулки по горным тропам Вогезов заметил маркировки на камнях. На вопрос «Почему в России такого нет?» фон Мекк ответил делом: создал в 1901 году Русское горное общество. Примерно в одно время с РГО появилось еще несколько турклубов.

Русские путешественники покоряли вершины Кавказа и Крыма. Активные члены клубов организовывали многодневные горные походы и экскурсии одного дня, читали лекции, выпускали журналы, обучали скалолазов, одновременно с этим много времени посвящали краеведению, картографии, маркировали тропы, строили хижины для отдыха туристов. Главная выгода для рядовых участников таких обществ была в возможности путешествовать бюджетно — организации брали на себя часть расходов, помогали оптимизировать траты туристов.

ИСТОЧНИК: НОЖ https://knife.media/imperial-tourism/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *