мы проснулись в другой стране

228

Этим заголовком открывался №9 газеты “Россия” от 26 февраля-3 марта 1992 года. Хотя он анонсировал конкретные материалы и касался преимущественно темы последствий отпуска цен и рыночных отношений, шанс подобного “пробуждения” в нашей стране носит перманентный характер. Пришла гласность 80-х и с нами это безусловно произошло. Затем, появилась выборность руководителей, возникновение среди них новых неожиданных лиц и мы снова “проснулись в другой стране”, которая перестала быть “империей зла”. Правда в августе 1991 года нам организовали пробуждение в прежней, гипертрофированно- советской действительности, однако наиболее активная часть общества жить в ней не захотела, и она просуществовала всего три дня…

В соседнем Казахстане пошли другим путем, который обеспечивал пробуждающимся мало изменившуюся картину действительности. Политический портрет его лидера Нурсултана Назарбаева, представленный нашим обозревателем и советником Президента Казахстана Дмитрием Ольшанским изучать сегодня, пожалуй, еще интереснее, чем читателям “России” тридцатилетней давности. В отличие от них мы были свидетелями драматических событий января 2022 года и знаем финал политического пути Назарбаева. Ольшанский пишет, что “главная опасность, которая его подстерегает, это рискованная судьба лидера-реформатора в традиционном, фундаменталистском обществе.” Однако “фундаменталистское общество” не воспротивилось мерам “вестернизации” страны- выдвижению на руководящие должности специалистов из “президентского резерва”, прошедших обучение и стажировку в Европе и США, а также преподаванию в главном университете страны всех предметов исключительно на английском языке. Однако не приняло пожизненный статус “елбасы” бывшего реформатора и другие связанные с передачей власти одиозные шаги, которые в начале своего пути тот категорически отвергал. В этой связи невольно вспоминается фраза генерала Хлудова из пьесы Михаила Булгакова “Бег”, обращенная к вестовому Крапилину: “Ты хорошо начал, а кончил скверно”.

Русско- русский словарь

Юрий БЕЛЯВСКИЙ

Не могу сказать, что страна, в которой нынче нам всем довелось жить, мне так уж сильно нравится. Боюсь, что глубокое недовольство состоянием страны – практически единственная эмоция, объединяющая сейчас разномастное общежитие людей, именуемое российским обществом.

Рисунок Джангира Агаева

Уверен, что еще десять лет назад ни самый крутой диссидент, ни самый ярый национал-фундаменталист, как бы страстно ни мечтали они о «другой» стране, даже и представить себе не могли, что эта «другая» окажется именно такой, как та, где живем нынче. Теперешнему состоянию развала и антипроцветания не было, конечно, места в российских мечтах любой политической окраски. Однако выживать большинству из нас с чадами и домочадцами придется именно здесь.

 Похоже, что за семь последних горячих годочков исступленного словоговорения мы добились пока только одного: ту страну, где родились и выросли – «союз нерушимый», «империю зла», «тюрьму народов», – извели почти «до основанья». (во всяком случае, стремительные темпы падения производства позволяют говорить и об этом). Но, протерев глаза и обнаружив, что, не изменив места проживания, оказались в «другой» стране, многие из соотечественников по инерции продолжают – пытаться устраивать свою жизнь по нормам и правилам той, прежней.

 По-прежнему взывают: «Правительство, накорми народ!» А в этой «другой» стране правительство и не должно этого делать. Вполне достаточно, чтобы оно не мешало народу накормить самого себя, (И то, что нынешнее правительство опять-таки по инерции мечется по миру в поисках кредитов, позволяющих вновь «кормить народ из своих державных ручек», не пойдет народу на пользу). Вот требовать от властей скорейшей и безоговорочной раздачи земли – крестьянам, способным накормить любую страну, в том числе и нашу, вечно голодную, -дело другое.

Угрожающе требуют: «Наладь ритмичную работу производства, а иначе будем бастовать!» Да помилуйте, а кому оно нужно это ритмично работающее производство- правительству или тем, кто собирается бастовать? Кому нужны все эти кастрюли, холодильники, автомобили, рубашки, нитки-иголки, сапоги-ботинки все, что издевательски именуется «товарами народного потребления» и чего народ наш давно уже не потребляет? Требовать быстрой приватизации, чтобы предприятия достались тем, кто способен ими управлять и заинтересован в том, чтобы работать ритмично, -это мне понятно.

Исступленно бьют половниками в днище кастрюль: «Правительство, снизь цены!» Но ясно же, что даже, попытавшись командно и административно вмешаться в пусть нелепое пока, но все-таки рыночное, ценообразование, правительство предаст не только собственные концепции, но и саму мечту хоть когда-нибудь зажить в этой стране по-человечески! От правительства можно требовать другого: играй с нами честно. Отпустив цены и разрешив зарабатывать сколько угодно, не прячь от нас нами же заработанные рубли, устраивая их искусственный дефицит. Не глуши непомерными налогами тех, кто дело делает. Не балуйся с валютными курсами, создавая этим иллюзию быстрых своих успехов. Не смотри на нас высокомерно, как на стадо, которое, как известно, «должно резать или стричь». Но ведь ни на одной из шумных демонстраций этого от него и не требуют. Вот так и живем, как два народа из двух разных стран, говорящие на одном языке и абсолютно не понимающие друг друга. Впору издавать русско-русский словарь и назвать его «Правила жизни в другой стране (Пособие для начинающих)»

Правительство: все идет как надо…


Правительства, которое вызывало бы у населения чувство полного, глубокого и поголовного удовлетворения, по определению не может быть. Тем более в России, где ругать тех, кто правит страной, всегда было хорошим тоном. Еще не так давно, глядя на державных старцев, мы дружно мечтали, чтобы на их место пришли молодые, интеллигентные, знающие. Вот это произошло. И опять все недовольны. Дело в них или в нас, в нашем непонимании, может быть, дурной привычке все критиковать? Надо понять. Загвоздка ведь не в том, чтобы любить или не любить. Стабилизационные реформы, как учит опыт многих стран, успешно осуществляются либо при наличии диктаторского режима, либо при широкой поддержке народа. «Подходящей» диктатуры у нас не может быть. А для широкой поддержки необходимо широкое понимание сути происходящего. Если отбросить эмоции, из всех нынешних критических выступлений в виде сухого остатка можно выделить ряд вопросов, который с начала января остается практически неизменным. Их можно угадать и в известной статье вице-президента Александра Руцкого. Раз вопросы продолжают задавать, значит, они остаются и есть необходимость снова поговорить все о том же. Наш собеседник- экономический советник правительства Алексей УЛЮКАЕВ.


– Алексей Валентинович, главный упрек в адрес Гайдара и его команды можно сформулировать так: страну втянули в очередной эксперимент, последствия которого непредсказуемы. И сам вице-премьер, говоря о реформе, термин «эксперимент» несколько раз употреблял. С другой стороны, в адрес правительства звучат обвинения в академизме, слепом следовании чужому опыту, а также в отсутствии опыта управления конкретным заводом. Любая реформа эксперимент. Разумеется, рождается он не по наитию и не – всегда означает поиск выхода «методом тыка». Реальный план рождается только на основе, во-первых, научных рекомендаций, во- вторых- мирового опыта и, в-третьих, анализа ситуации, сложившейся к моменту начала проведения реформы в данной стране. Я считаю, что в нашем случае все три условия были соблюдены. А про отсутствие опыта работы в производстве это звучит странно. Движение денег и товаров совсем не то же самое, что движение материалов и комплектующих от одного станка к другому. Знание же закономерностей розничного и оптового рынка, банковской, финансовой системы и прочего во всем мире считается необходимым багажом для правительства, тем более если это правительство берется за экономическую реформу
.


С точки зрения мирового опыта, мы не совершаем сейчас какого-то открытия. Существует десятилетиями отработанная модель стабилизационных реформ в условиях высокой инфляции, все специалисты о ней знают, и никто ничего другого не придумал, кроме стандартного набора мер: бюджетная политика, направленная на сокращение бюджетного дефицита, сжатие денежной массы (политика дорогого кредита и ограничительные рыночные меры в этой области), стимулирование внешнеэкономической деятельности посредством снятия административных запретов и регуляторов, ценовая либерализация, приватизация, земельная реформа. В то же время ни на чем не основаны утверждения, что мы слепо следуем чужому опыту, в частности польскому. Россия и Польша-слишком разные страны, чтобы копировать один к одному. К тому же наши стартовые условия были гораздо хуже. К осени прошлого года финансовый кризис (острая инфляция в ее самом опасном – подавленном виде) соединился с кризисом платежным, резко (в 2 раза) сократилась возможность импорта, что стало главной причиной падения производства. По нашим расчетам, в 14 процентах, на которые производство упало в прошлом году, примерно половина-результат срыва импортных поставок. Еще одна важная особенность состояла в том, что 15 государств пользовались и пока пользуются одной и той же валютой и у многих из них весьма своеобразное представление о бюджете, финансовой политике, ценах. Потому мы были вынуждены пойти на более жесткие меры, чем поляки.

-Разговоры о том, что либерализация должна следовать за приватизацией, было затихнув, сейчас начались снова. Правда, А. Руцкой утверждает, что частная собственность вообще не нужна для перехода к цивилизованному рынку, а необходимо формирование «у людей чувства собственников в хорошем смысле слова», но я не поняла, что это значит.

. Я тоже. Что же касается приватизации, обязательно предшествующей либерализации, то здесь либо недоразумение, либо намеренное передергивание карт. Конечно, здоровым и богатым быть лучше, чем бедными больным. С этим трудно спорить. Совершенно неопровержимо и утверждение, что при наличии эффективной структуры собственности гораздо легче проводить изменения на финансовом рынке. Но если у вас оптовые цены уже сами собой освободились и месячный темп их роста составляет 15- 20 %, если у вас разваливается налоговая система и в бюджете – одни дыры, если вы вынуждены финансировать все, в том числе и армию, за счет эмиссии (а именно такое наследство получило нынешнее правительство), то вы должны, вы просто обязаны освободить цены, иначе бюджет рухнет. Начать с приватизации означало гибель, потому что быстро ее не провести. Тот, кто утверждает, что возможна обвальная приватизация, и обещает за три месяца решить все проблемы, просто заблуждается.

Либерализация цен была не выбором, а категорическим императивом. Да и во всех постсоциалистических экономиках последовательность стабилизационных шагов была такой же. Но нельзя спорить с тем, что в наших условиях цены, даже либерализованные, не могут быть достаточно гибкими и эластичными, чтобы в полной мере выполнять ту функцию, что и в нормальной рыночной экономике. И все-таки колебание цен есть. Хотя действительно у нас импульс, который они передают от покупателя к производителю, проходит труднее, чем при цивилизованных рыночных отношениях. Несмотря на все наши беды и трудности, события разворачиваются достаточно успешно.

 Минимальной задачей, которую ставило перед собой правительство на этом этапе, было открытие инфляции и постепенное наполнение рынка. Ведь никто в мире не знает, что делать с подавленной инфляцией. С открытой же бороться можно и весьма успешно. Практически удалось больше, чем предполагалось. Такой, например, факт: за февраль прирост сбережений населения составил 8 млрд. рублей. Это значит, что инфляционные ожидания заметно ослабли. Люди не ждут быстрого роста цен, не спешат избавиться от рублей. В январе стал стабилизироваться валютный курс рубля, а в феврале рубль начал расти по отношению к доллару. Выяснилось, что всем нужен рубль: потребителю, чтобы покупать появившиеся товары, экспортерам, чтобы платить экспортный тариф, предприятиям, потому что кредит дорожает. Все это, заметьте, в условиях, когда мы еще практически не прибегали к валютным интервенциям.

 -А республиканский валютный резерв?

 – Он создан. Туда перечисляются 10 процентов от выручки экспортеров, торгующих по свободным рыночным ценам. Эти средства и будут использованы для валютных интервенций для того, чтобы еще больше повысить курс рубля. Это крайне важно для создания нормальной экономической базы внешней торговли, Для осуществления программы приватизации, для привлечения иностранных инвесторов.

 – Пока вы их не очень жалуете. Вводите ограничения…

 Мы пока вынуждены это делать и во многом из-за курса рубля. 100 с лишним рублей за доллар – это не нормальный курс, а следствие высоких инфляционных ожиданий, бегства от рубля в конце прошлого года. Pеальный курс, по нашим оценкам, должен быть 30:1. Если сейчас, приватизируя госсобственность, мы создадим иностранным инвесторам такой же режим, что и отечественным, они просто скупят ее за бесценок. 92 миллиарда рублей, в которые оценивается приватизируемая собственность, это же всего-навсего 920 миллионов долларов по существующему курсу. Правительство обязано защитить отечественный капитал.

– А как вам такая точка зрения: начиная со дня объявления перестройки, правительства – союзное, а затем и российское- во имя своих политических целей принимались за неосуществимые социальные и экономические программы. А экономическая реформа как не проводилась, так и не проводится

 Задача нынешнего правительства вернуть государству то, что успели за эти годы раздать. Стабилизационная реформа всегда несет на себе печать фискальности. Но если бы правительство ставило себе задачу просто «набить» бюджет, мы бы действовали совсем по-другому. Например, свернули бы все социальные программы, или провели конфискационную денежную реформу, или продавали бы предприятия не по остаточной, а по полной стоимости, без всяких льгот трудовым коллективам -. Другое дело, что сбалансировать бюджет мы обязаны, тут никуда не денешься.

– А Мелвин Фэйджен, которого цитирует Руцкой, считает, что первое правило для правительства – устанавливать устойчивое соотношение цен и доходов и избегать неуправляемой инфляции.

Самая неуправляемая и потому самая опасная форма инфляции, повторяю, скрытая, загнанная внутрь, когда держатся фиксированные цены, а рынок отвечает тотальным дефицитом. С открытой инфляцией уже можно бороться и ею овладеть. Если на банкноте написано, что эта бумага чем-то обеспечена, вы даете ее человеку за его труд, а она превращается в ничто, и правительство не предпринимает никаких мер, чтобы остановить инфляцию, это значит, что правительство преступно обманывает людей. Когда же мы оздоровим экономику, упомянутая рекомендация Фэйджена будет весьма для нас актуальна.

 -Тем не менее многие ваши оппоненты требуют снизить цены волевым способом.

 -Приказать? Нельзя снижать цены на одну какую-то группу товаров, не трогая остальные. Если же неким указом снизить все цены, то понадобится особый властный механизм, подобный тому, что у нас когда- то был: ЦК, обкомы, райкомы и т.д. И не как при Брежневе, а гораздо раньше – при Иосифе Виссарионовиче. Если у авторов подобной идеи нет желания вернуться в те славные времена, то они просто не понимают, о чем говорят. Это же означает-лечить болезнь причинами, ее вызвавшими. Если же раздавать деньги под цены, как предлагают другие, то зарплата будет расти, но цены начнут расти еще быстрее. В этом случае срыв в гиперинфляцию неминуем. Есть третий путь, по которому мы и идем, пытаясь овладеть ценами посредством денежного механизма, Он предполагает предоставление свободы торговли, приватизацию розничной торговли, меры по сжатию денежной массы и по снижению совокупного спроса, которые кладут конец завышенным инфляционным ожиданиям производителей. Когда товары перестанут покупать высоким ценам, они упадут, производители вынуждены будут экономить на издержках.

-А налоги? Все-таки они у нас несообразно высоки.

 – Действительно. Но мы будем их снижать.

– Когда?

– После достижения финансовой стабилизации, вероятно, со второго полугодия. Но здесь надо четко разделять налог на добавленную стоимость (НДС) и налог на при- быль. Снижение НДС никакого стимулирующего эффекта на производство не оказывает, снижение же налога на прибыль- оказывает, но только в ситуации финансовой определенности. Сейчас же снижение налога на прибыль ничего не даст, только увеличит дырку в бюджете.

– А почему правительство «как всегда, издает нечленораздельные звуки вместо дельных слов», в то время как «посреднический капитал» вытеснил производственный (это не я, это -опять Руцкой)?

В условиях финансовой неопределенности никто не может инвестировать, развивать производство. Просто нет стимулов вкладывать в производство деньги, Единственное, что можно в этой ситуации делать предприимчивому человеку, – заниматься операциями в сфере обращения. Быстро купил- быстро продал, пока эти деньги чего-то стоят. Для того чтобы бизнес и производство развивались нормально, людям нужно дать нормальные стабильные деньги. Кстати сказать, либерализация цен ударила прежде всего по спекулятивному капиталу: невозможно стало играть на разнице государственных и биржевых цен. Нy, а про «звуки»… Это, очевидно, особенности восприятия вице-президента. -Он опять посылает вас на конкретное производство -на ЗИЛ и 1-й ГПЗ на этот раз, чтобы вы разработали проект их демонополизации.

 А правда, что теперь правительство собирается расчленять какие попало предприятия и считает это единственным путем демонополизации?

Нет, конечно. Разукрупнение один из стандартных приемов в этом направлении, но ни правительство, ни Антимонопольный комитет никогда не считали и не считают, что у нас можно проводить массовое разукрупнение. Так мы просто без промышленности останемся и добавим социальной напряженности. Но там  где возможно отделение от монстра-монополиста боле мелких образований, на это безусловно, нужно идти.

– А вот Александр Владимирович спрашивает: «..разве государство не может установить контроль за ценами на монопольную продукцию. Что же реестра монополистов так и нет?

-Есть. И для попавших в него предприятий-монополистов будет осуществляться регулирование цен под контролем Комитета цен и Антимонопольного комитета.


-А что вы думаете об объявлении на территории России чрезвычайного экономического положения?

Прежде всего непонятно какого положения? Что именно имеется в виду? Если речь идет средствах, то это предполагает наличие очень хорошо разработанной программы. В выступлениях Руцкого же говорится либо о совершенно очевидных вещах типа идеи продажи самолетов, либо предлагаются какие-то экзотические варианты. То при нынешнем фантастическом курсе рубля предлагается начать торговать с зарубежьем за рубли, то покупать у внутренних производителей хлеб за валюту. Последнее уже пробовали, ничего не дает. Да и кто нам даст кредит под такую акцию? Значит надо понимать, вице-президент предлагает введение чрезвычайного экономического положения ради чрезвычайного положения. А там недалеко и до чрезвычайно политического положения.

Беседу вела Мария БОГАТЫХ

Назад, шагом марш!

Пожалуй, в самом незавидном положении в нынешний воскресный день оказались представители Российской коммунистической рабочей партии. В назначенный час на площади перед Театром Советской Армии им удалось собрать не более пятидесяти сторонников «светлого пути» в коммунистическое будущее. Во избежание срыва запланированного митинга организаторы отважились на марш-бросок в сторону Маяковки для воссоединения с традиционными участниками массовых зрелищ: Либерально-демократической партией Жириновского и движением «Трудовая Москва». Присоединились к ним и члены партии «социально обездоленных», антикоммунистической рабочей народной партии, Союза сталинистов. Запись в партии осуществлялась тут же, на углу Тверской.

 Имелась возможность для желающих пожертвовать рублем на цветочки для Иосифа Виссарионовича. Сталинисты планируют возложить букет на могилу «Отца народов» в годовщину смерти последнего.

В широком спектре политических партий и движений от коммунистических до профашистских наиболее скромно на этот раз были представлены главные виновники торжества- люди в погонах. Их требования сводились к нерушимости «Советских Вооруженных Сил», предоставлению социальных гарантий семьям военнослужащих.

 Однако были отдельные попытки сыграть на чувствах военных и оскорбленными мэром Поповым, запретившим проведение митинга на Манежной площади. Праздничная дата оказалась лишь поводом для разжигания митинговых страстей. Люди в погонах ощущали себя явно неуютно в пестром разноцветье коммунистическо-сталинистской толпы. И слава Богу. Потому что армия, победившая нацизм,- это одно, а толпы люмпенизированной шпаны, нечто совсем иное. Зато Жириновский оказался по обыкновению «при деле». По- прежнему речистый, он на сей раз призвал объединиться в единое «революционное патриотическое движение» против «псевдодемократов». Провокационные призывы Жириновского двигаться сквозь милицейские кордоны к Манежу чуть было не повлекли за собой бессмысленную трагедию. Всего же в митинге, по некоторым сведениям, приняло участие от 3 до 10, тысяч москвичей. Многие в очередной раз почувствовали себя одураченными. Осо-бенно жаль, что на время митинга пришлось закрыть булочные на Тверской…

Ольга ГЕРАСИМЕНКО

Армия: страшнее нету одиночества, чем одиночество в толпе…

Ко дню своего семидесятичетырехлетия бывшая Советская Армия более всего напоминает человека, вырванного из привычного для него мира, покинутого прежними друзьями и брошенного в незнакомую, живущую по неведомым ему законам толпу. Толпа разношерстна, криклива и откровенно не умна. В лучшие свои времена этот человек брезгливо прошел бы мимо малопривлекательноrо скопища, демонстративно расправив плечи и презрительно глядя поверх голов, Но теперь, оглушенный свалившимися на него проблемами и не понимающий, чего же все-таки от него хотят, он лихорадочно пытается найти свое место хоть где-нибудь, хотя бы и в этой толпе. Красно-коричневая толпа равнодушна к его проблемам, но проходимцы, ее возглавляющие (а только проходимцы и способны стать предводителями толпы), прекрасно понимают, что к чему. «Хитрость – ум дураков»,-сказал когда-то Монтень, и, похоже, этот афоризм как нельзя лучше характеризует всех этих самозванцев, случайно оказавшихся на гребне нынешней отечественной смуты. Не будучи способными предложить хоть какого-то реального решения ни одной из действительно существующих проблем, они грубо льстят человеку в погонах, откровенно провоцируют его, стремясь превратить в активную фигуру своей немудреной псевдополитической игры. Но у этого человека есть качества, абсолютно неприсущие любым проходимцам. Он смел, честен и благороден. Именно поэтому для него нет места в толпе, состоящей из провокаторов и потенциальных мародеров.

Нурсултан Назарбаев: “Без правых и левых”

Дмитрий ОЛЬШАНСКИЙ

На шумном фоне резкой, подчас демонстративно дерзкой самостийной риторики, исходящей из уст многих лидеров суверенных государств, негромкий, спокойный голос доносится из Алма- Аты. Но прислушиваются к нему все. Примеров много: хотя бы недавнее разъяренное офицерское собрание, экстремизм которого был сдержан именно этим спокойным голосом. Не случайно офицеры, отвечая на вопросы анкеты, поставили этого человека выше всех других политиков бывшего СССР.

В этот раз я был в Алма-Ате только трое суток. Возможно, именно поэтому в моем восприятии первые сто дней президентства Назарбаева и жизни республики при новой власти поневоле вместили в себя как бы три больших дня: вчера, сегодня и завтра.

День вчерашний: ностальгия

 Внешне все осталось по- прежнему. Лишь табличка у входа во дворец сменилась: вместо «ЦК Компартии» «Президент Казахстана». Внутренне – же изменилось многое. Теперь это другое государство. Другие законы, «Чужой» для россиянина президент. Трудно привыкать, но приходится. Мы теперь живем в новой, непривычной стране – в бывшем СССР. И всем приходится привыкать.

 По огромной бывшей советской социалистической державе миллионные массы людей оказались брошенными из вчерашнего привычного дня в день совершенно новый и непривычный. Нужно учиться плавать и выплывать. Только делать это можно по-разному. Можно как в России, где людям сказали: «Вы свободны!» и бросили с моста в речку. Дескать, побарахтаются, может, кто и утонет, но остальные научатся. А можно по-другому. Учить, причем не спеша. Начиная с мелководья, чтоб не утонули. Что дороже: народ или свобода? Трудный вопрос. Но народ не выбирает. И власть ответственна за него. Она-от народа. Это в Алма-Ате понимают хорошо.

 Кто он, Нурсултан Назарбаев? Банально звучит, но сын своего народа. Советского. Казахстанского. Типовой вариант. Как и большинство казах, выросший среди русских, Потомственный чабан, ставший инженером. Как вся страна, прошел комсомольскую школу. Был активен -стал активистом. Лидерские качества, умение не завалить дело вели на партийную работу. Хотя быть «функционером», бывало, и отказывался. Но получил как-то «строгача» за такой отказ и понял: Система шуток не любит. Вспоминает, как при утверждении в должности секретаря ЦК Компартии Казахстана Суслов сказал ему: «Вот мы вас и вырастили». разумеется, растили его Хотя, cовсем другие люди. Жизнь растила всех нас.

Он, как и мы, сын своего времени. Понимает, что для многих это время- целая жизнь. Что другой жизни они не знали. И не спешит забывать об этом. Хотя бы потому, что у казахов помнить семь поколений своих предков, чтить учителей и уважать старших- в крови. У президента в кабинете по сей день висит портрет Ленина. И пусть висит это ведь из тех краев идет миф о манкуртах, не помнящих родства. Назарбаев любит вспоминать, что в кабинетах мэров американских городов висят портреты всех их предшественников, независимо от того, разделяют ли мэры их взгляды или считают, что кого – то надо было отправить на электрический стул. Спокойное и беспристрастное уважение к своей истории, какой бы горькой она ни была, свойственно любому современному цивилизованному обществу.

Это позиция президента: народ, не уважающий свою историю, не уважает себя. Сам он по-человечески ностальгичен и ко многому привязан. Вспомним: это он до последнего пытался удержать от распада Союз. Сохранял привязанность к Горбачеву. Сейчас удерживает хрупкое CHГ от откровенного распада. Он не разогнал секретарей обкомов только за то, что они секретари. И не потому, что сам был в прошлом секретарем. Потому что знает: иной школы управления у нас не было. А новому государству нужны не московские, а свои управленцы. Потому и бережет кадры: дает шанс «научиться плавать» в новых структурах.

Не хочет поддаваться меняющейся политической «погоде»: уверен, что президент должен быть беспартийным. Плохо относится к людям, обладающим способностью в зависимости от обстоятельств и направления ветра перекрашиваться с быстротой хамелеона. В Алма-Ате до сих пор стоит бюст Кунаева, «сооруженный», как в те времена и было положено, «на родине героя». Когда у Старика (именно так, с большой буквы его называют в Казахстане) умерла жена, президент одним из первых приехал с соболезнованиями. Обнялись, а потом долго говорили о прошлом. Многое вспомнили, а потом решили, не помнить зла. Борьба за власть, считает Назарбаев, не должна вытравливать человеческое. «Черные кошки» между ними бегали, но Кунаев для него далеко не однозначная личность: прекрасно понимал Казахстан, традиции, обычаи и психологию народа.

Однако есть вещи в прошлом, которые Назарбаев не переваривает: откровенную  глупость Системы, патологическую склонность к непрерывным празднованиям и награждениям, коррупцию. То, что делало общество неэффективным. Стремление поработить человека, тоталитаризм. Однако президент далек от идеологических штампов. Он прежде всего деловой человек: инженер, управляющий. Командовал Совмином, любит заниматься экономикой. Реалист. Технократ. И потому в прошлом его раздражает не то, что ныне служит, как для быка на корриде, идеологической «красной тряпкой» для «левых» или, наоборот, привлекает «правых». Хочет быть между ними, а лучше- вообще без них.

Ностальгия Назарбаева свойственна большинству людей специфического общества, сложившегося в Казахстане. Искусственного территориально-государственного образования, обязанного своим появлением на свет прежним десятилетиям, той самой «командно-административной системе». До советской власти ни казахского государства, ни самих казахов юридически почти что не было -были «кыргызы» да «кыргыз- кайсацкие орды». Годам Великой Отечественной войны Казахстан обязан индустриализацией, львиной долей своего промышленного потенциала. А урановые разработки Мангышлака? С одной стороны, типично зэковские, гулаговские места. Символ рабства, подлежащий уничтожению. А с другой-единственное место в бывшем СССР, где производится металлический уран, цена которому на мировом рынке весьма ощутима. Вот и попробуйте быть однозначными в оценках: что принесло с собой это наследие сталинизма? А его продолжение, уже хрущевские опыты с переселением народов для освоения целинных и залежных земель? Которые были освоены, кстати, под руководством «первоцелинника» Брежнева. И он немало сделал для Казахстана. Это помнит народ- должен помнить и президент.

 Искусственно созданное общество «казахстанский народ» -не может не опасаться за свою целостность. Проблем немало. Былые скрепы-страх, интернациональная идеология, империя – рухнули. Одних может потянуть к Северу и Западу, других-к Югу и Востоку. Бесспорная заслуга Назарбаева- сдерживание националистических тенденций. Они есть, но кредо президента жестко: в Казахстане и русские, и казахи, и все другие прежде всего казахстанцы. Потому за него и проголосовало подавляющее большинство и казахов, и русских.

Выборную кампанию он выиграл по сути на одном лозунге: «Хочешь благ для Казахстана- голосуй за Нурсултана!» И в то, что эти блага принесет именно он, поверили, хотя, впрочем, других кандидатур и не было.

Люди знают свои проблемы лучше лидеров. Среди населения сильны не только ностальгия, но и опасения за будущее. Оттого общее желание- не спешить с переменами. Традиционализм, даже определенный фундаментализм, восходящие к Востоку и сдобренные социалистической уверенностью в незыблемости всего «передового», дают о себе знать. Президент не может не считаться с таким наст- роем массового сознания: юридически он и есть гарант целостности и будущего этого общества, обязанный обеспечить переход от советского рождения к постсоветской жизни.

День сегодняшний: преодоление прошлого

Президент Назарбаев-тип новой для нас посттоталитарной личности. Сильной, но подчас противоречивой. Он принял новые «правила игры» и будет их выполнять, ведя за собой людей. Однако характерно его отношение к реформам: это не столько плод детально продуманных убедительных теоретических изысканий, сколько последний шанс на спасение. И отсюда давно мучающий его вопрос: существует ли путь логического и последовательного перевода огромного и разбалансированного хозяйственного механизма на рельсы современных методов управления, без потрясений и тяжелых испытаний, которые неизбежно ложатся на плечи народа? А решать нужно уже иную задачу: как выбраться из пропасти.

Меняются времена- меняются нравы. Меняются и люди. Но даются им перемены не просто. С проблемами и конфликтами, но с выраженным стремлением к преодолению прошлого и вытеснению ностальгии. Некогда заниматься воспоминаниями: когда ситуация продиктовала свое решение, надо делать дело. Но все же меня- постепенно, взвешенно, без поспешных бросков и крайностей. Ломать-не строить. Позиция Назарбаева: не торопиться отказываться от того, что еще действует и может приносить пользу. Внедрять лишь то, что обязательно заработает и даст достаточно быструю и заметную отдачу. Как, скажем, южнокорейский завод по сборке телевизоров. Или контракт с компанией «Шеврон» по переработке нефтяного сырья. Он привык отталкиваться от реальности и от желания, во-первых, не утратить, не растерять ее, и лишь, во-вторых, начать совершенствовать.

 Волевой человек, не очень склонный к волевым решениям. Ориентируется на логику, на просчет вариантов и последствий, хочет опираться на науку: создал Высший экономический, а недавно еще и специальный Консультативный совет при президенте для разработки социально-политических и социокультурных стратегий модернизации Казахстана. Берет свое везде, где находит, пригласил к сотрудничеству и московских, и североамериканских, и восточных специалистов. В обсуждениях открыт для критики, стремится до полного прояснения «катать» проблемы.

 Исходит из того, что основа государственности. Власть и система властных отношений. Особенно в кризисных ситуациях. Идет на укрепление и концентрацию исполнительной власти, назначает глав местной власть и администрации, строит «властную вертикаль». Но не потому, что считает это самоцелью. Видит в этом жесткую необходимость для самосохранения общества и создания новой государственности.

 Уходит от льстящего многим политикам термина «Просвещенный авторитаризм» потому, что хоть просвещенный, а тем более не просвещенный- он прежде всего Авторитаризм, а уже потом все остальное. И вообще-то это плохо для политики. Иное дело в ней, считает Назарбаев, сегодня необходим твердый порядок. В политике же на первом месте, с заглавной буквы должны быть Люди, а не власть над ними. И главное для него не факт назначения тех же глав администрации, а тщательный их подбор. Учитывая особенности человека и конкретной ситуации, в которой тому придется работать. Хотя это не отменяет для президента необходимости «долбать» руководителей областей-он делает выбор, он и несет ответственность за эффективность их действий, за ход реформ, предотвращение развала экономики, снижение уровня жизни.

 Назарбаев реализует идеи экономических реформ, но и они не самоцель. На первом месте- создание достаточно широкой социальной опоры реформ. Он за рынок не потому, что это модно, а потому, что обещает быть эффективным. Но при условии, что прежняя распределительная система будет преодолеваться постепенно и население поддержит эти процессы.

 И здесь его позиция звучит как заповедь врача: не навреди. «Шоковая терапия» не должна превращаться в вивисекцию. Потому и цены в Казахстане хотя и были поначалу отпущены, но вскоре на вещи первой необходимости взяты под контроль. И список шел не на пяти пальцах, как в России (хлеб, соль, спички, водка, бензин), а на полторы сотни наименований. Прагматик Назарбаев боится скомпрометировать идею реформ. В стремлении добиться сиюминутных выгод для бюджета это сделать легче легкого, но что потом? Объявить приватизацию можно быстро, но кто будет приватизировать? Мафия? Партократы? Если так, не миновать массового недовольства, социального взрыва. С этим можно не соглашаться, считая паллиативом и уступкой развращенному социализмом массовому сознанию, но жить и работать Назарбаеву предстоит именно с этим народом. Другого у него нет и не будет…

Значит, надо отдавать в собственность именно то и именно так, чтобы было понято и поддержано людьми. Потому- квартиры в собственность ветеранам войны. Либо приватизировать то, что исстари было частной собственностью у коренного населения и гарантировало решение продовольственной проблемы. Потому- в собственность бараньи отары.

Медленно, опираясь на привычное и понятное, идет преодоление традиционного для нас «равенства» и всеобщего огосударствления. В Казахстане не строят иллюзий о «6-8 месяцах» или даже о «2-3 годах». Речь идет о спокойном и поэтапном процессе разгосударствления, который при умелом проведении через 10- 15 лет приведет к появлению необходимого для реформ достаточно влиятельного «среднего», в меру зажиточного класса.

Но никакого насилия, никакого принудительного загона людей в очередное «светлое», теперь рыночное будущее. И хотя в самолете Москва Алма-Ата стюардессы приветствуют «дам и господ», президент продолжает оставаться «товарищем». Хотя терпим и к иным обращениям.

Терпимость Назарбаева основана на понимании сложности ситуации и доверии к здравому смыслу народа. «Пусть расцветают сто цветов», если это хочется людям. Там, где это прижилось, сохранились структуры компартии, называющей теперь себя партией социалистической. Одновременно в республике действуют новые партии и движения -их уже насчитывается до ста. Прежняя политическая монополия вытесняется постепенно. За счет этого нет искусственных «врагов», а членство в бывшей КПСС не порождает комплексов неполноценности, как в иных бывших республиках. Просто многопартийность и беспартийность становятся новыми ценностями для людей.

 Потому идет не размежевание по политическим признакам, а, напротив, стимулируется движение к консолидации. Казахстан раньше других, еще в декабре 1986 года, пережил драму общественных потрясений. Это многому научило и республику, и нынешнего лидера. Назарбаев вспоминает те дни как свой «момент истины»: вышел к собравшимся манифестантам из дома ЦК по поручению, но понял, что выбирать должен сам. Или решиться на поступок, или спокойно вернуться обратно. Пошел во главе колонны, уводя ее в город. Часа три ходили, старался успокоить людей. Но через день жестокий разгон все же состоялся. Потом Назарбаева пытались представить чуть ли не организатором переворота. Защитил Горбачев. Сегодня президент считает, что ничьей специальной вины не было-ошибкой стала непредусмотрительность властей. И это-урок.

Назарбаев очень осторожен: уверен, что любые резкие действия, могущие подтолкнуть к социальному разладу, приведут к буре, которая сметет всех. Тогда рухнет вся политическая надстройка- вместе со всеми eе «центрами», «правыми» и «левыми». И рухнут общество, надежды людей на нормальную жизнь. Он считает, что мы уже «на краю»: еще немного безрассудства, и ситуация в бывшем СССР может принять во всех отношениях необратимый характер. Потому его политика в целом немудреная и понятная -это политика здравого смысла.

День завтрашний: свой путь

Для Казахстана выбор своего нового пути связан с исторически сложившимися традициями и особенностями, спецификой экономики, уникальностью национального состава населения, географическим положением республики, целым рядом других факторов. В конечном счете это сложный путь государства, лежащего между Европой и Азией. Значит, и с Европой, и с Азией- уникальный евразийский путь. И с «матерью» -православной Россией, и с «отцом» – мусульманским Югом, как это часто бывает в смешанных браках в Казахстане. Значит, органичное сочетание трудно- сочетаемого. Синтез разных цивилизаций и многих культур. И потому, разумеется, модернизация, но на своей, самобытной основе. Не как в Южной Корее или Турции. Как в Казахстане. Но с учетом опыта и Кореи, и Турции, и много кого еще.

 Для молодого президента (а пятьдесят с небольшим для такого поста не возраст) свой путь- это умение сохранить целый ряд необходимых внешних и внутренних качеств, уже выделивших его из ряда современных политиков. Он евразийский лидер. Как лидер восточный, он должен быть достаточно скрытен он допускает неоднозначные формулировки, не спешит прояснять свою окончательную позицию, например, по ядерному оружию, дислоцированному на территории Казахстана. Политик на Востоке- тонкий мастер беседы, диалога и компромисса. И лидерство Назарбаева признается нашими бывшими среднеазиатскими республиками, уполномочившими именно его достигать согласие со славянами при создании СНГ. Высоко оцениваются и его примирительные усилия во взаимоотношениях между Россией и Украиной по проблеме Черноморского флота, в связи с которой «сухопутный» президент предлагал ряд возможных решений. Одновременно Назарбаев бывает удивительно откровенным. До жесткости, в подчас прямолинейных рамках западного мышления. Потому находит общий язык с лидерами развитых стран мира. В прежние времена, при Кунаеве и Колбине, подобная откровенность несколько раз едва не стоила ему карьеры. Сегодня же его прямоту ценят и Бейкер, и Тэтчер, и те же Ельцин с Кравчуком, и многие другие. Он по-западному динамичен и мобилен: президентский самолет не застаивается в ангаре. Жизнь научила президента: он должен быть гибким и жестким одновременно. Скрытным и откровенным. Хитрым и простодушным. Сдержанным: до поры слова лишнего не проронит. Но уж если скажет, то это-позиция. Такого рода постоянсТВО предсказуе- мость лидера ценятся во всем мире. Потому и тянутся к Ка- захстану, что и политический режим, и социальная ситуация там пока что удерживаются они достаточно стабильны на фоне других субъектов быв- шего СССР. Внешне Назарбаев мягок, но внутренне дисциплинирован и стремится дисциплиниро- вать общество. Демократ, но рациональный, понимающий, что демократия определенный порядок, хотя и несколько особого типа. Не это тоже допуская анархию, «верхи» должны привести к нему «ни- зы».Не случайно ему нравятся президенты Южной Кореи и Турции: они согласны в том, что демократия имеет свои четкие рамки. И не только в экономике.

 Привлекает в Назарбаеве высокое чувство собственного достоинства, не позволяющее оставаться в «середняках». Не амбициозность, а точная, высокая, но оправданная самооценка. И умение в нужный момент подкрепить ее. Когда в декабре прошлого года лидеры новых Славянских государств вроде бы не дозвонились в Алма-Ату из Беловежской пущи и стали ликвидировать СССР самостоятельно, Назарбаев, чувствовалось по всему, был обижен. Не только за себя: судьбу бывшего Союза нельзя решать без Казахстана. Прошло совсем немного времени, и это поняли все: ключевые договоренности об СНГ были достигнуты в Алма-Ате. Президента и его республику нельзя недооценивать.

 В заключение- вопрос, который нельзя обойти. Есть ли опасности на пути Назарбаева? Есть, и очень серьезные. Главная это рискованная судьба лидера-реформатора в традиционном, фундаменталистском обществе. В истории бывало не раз, что реформаторы натыкались на непреодолимое сопротивление и их ждала печальная участь. Как верно подметил недавно Горбачев, реформаторы редко бывают счастливы. Но многое зависит от них самих: от ощущения людей и общества, умения подобрать окружение и проводить свою линию. От компетентности в своем деле. Пока что Назарбаев справляется. Он умеет быть и оставаться самим собой. Одновременно умеет быть разным. Таким, каким нужно по ситуации.

Голодает ли деревня?

Москвичи и петербуржцы, привыкшие за долгие годы к снабжению по высшему разряду, сегодня снаряжают «продовольственные экспедиции» за мясом и картошкой в Вологодскую, Тульскую, Псковскую области, откуда еще совсем недавно за продуктами ездили к нам. Однако в деревнях понятия не имеют о гуманитарной помощи. Западные фирмы не устраивают там благотворительных обедов и столовых для бедных, и надежда у селян -только на самих себя.

Лариса УСОВА

В автобусе пассажиров оказалось немного: шесть часов трястись по скользким ухабам- удовольствие маленькое. В Петербурге набралось человек десять, да еще две женщины вошли в Лодейном Поле. У одной из-за пазухи выглядывает симпатичный поросенок: купила на откорм. Рассказала, что раньше обходилась тем, что привозили в подпорожский магазин, а теперь без своего хозяйства не прожить. Завела кур, козу, вот, может быть, удастся вырастить свинью. Однако держать скотину сейчас нелегко: корма по сравнению с прошлым годом подорожали в 5-6 раз. В прежние времена подкармливали хлебом, а сегодня буханка- полтора-два рубля. Но зато яйца, молоко, мясо на столе- свои. Картошка с огорода, лука до весны хватит. А что еще надо? Проживут. В обсуждение «продовольственной проблемы» включился весь автобус. «Городским сейчас, пожалуй, хуже приходится», -посочувствовал кто-то. «Нечего жалеть, снимать этих правителей к чертовой бабушке: до чeго страну довели!» -донеслось с заднего сиденья. «Да что он, бедный Ельцин, один-то может?»- запричитала старушка нaпpотив. За разговорами время прошло быстро- не заметили, как приехали. Смотрю в окно и глазам не верю-лес в снегу, поля- в сугробах, а из города уезжали – дождь, слякоть.

Подпорожье

Подпорожский район-северо-восточная окраина Ленинградской области находится на границе с Карелией. С давних времен здесь валили лес, сплавляли: eго по реке Свири, известной своими крутыми порогами (отсюда и название Подпорожье), ловили рыбу. Лес рубят по сей день, а вот рыбы почти не стало. Жителей Подпорожья, а это почти три тысячи человек-кормят совхозы, работа в порту и на судоверфи в поселке Никольский, многие заняты в леспромхозах. Сам город Подпорожье, где живет половина населения района на первый взгляд за последние два- три года почти не изменился.

Ну а для того, чтобы узнать. как обстоят здесь дела на самом деле стоит просто заглянуть на рынок и в магазины. В магазине продаются яйца-18 р за десяток, яблоки-22.50, молоко-6.54 литр, кефир – 3.65 бутылка, сметана -.23 р  за килограмм, творог-23.71. Мяса,  сливочного масла и сахара не было. За подсолнечным маслом и маргарином эти продукты – по карточкам) стояла очередь. Ни в одном из магазинов не удалось найти картофеля, но другие овощи были: редька, морковь, лук, свекла. Из деликатесов предлагалась говядина тушеная – 113 рублей за банку, замороженная клубника- 62.50килограмм, лосятина 69 рублей и шоколадные конфеты в коробке- 625 рублей. Хлеб, булки, печенье можно было купить и утром и вечером в любом магазине. На рынке продавалась свинина по 100-130 за килограмм а свежая клюква по сказочно низкой цене-11 рублей.

Такой же ассортимент, за исключением, может быть, клубники, -и в деревенских магазинах. Высокие цены и там, и здесь вытолкнули на прилавки давно забытые товары. Большинству-как в городе, так и на селе они не по карману. И это есть истинное отражение того, что происходит в нашей экономике. Но то, что явилось настоящим шоком для горожан в январе, в деревне пережили гораздо спокойнее в основном за счет подсобных хозяйств. И обратно в села потянулись те, кто когда-то уехал в город.

Юксовичи

Маргарита Александровна и Мария Бандур долго считались в деревне чужаками. Маргарита- из Петербурга, Мария-из Киева. Обе приехали в Юксовичи со своими семьями не так давно. И вот теперь решили остаться навсегда.

 До деревни Юксовичи из Подпорожья на машине часа полтора. Сотни две дворов расположились по берегу большого и чистого озера. До сих пор жители не боятся пить из него. Собирая нам на стол чай, хозяйка специально сходила к проруби и принесла ведерко прозрачной воды. У Маргариты с мужем в Юксовичах не было ни родственников, ни знакомых. Покинув город и подыскивая новое место, не одну деревню они объехали в Подпорожском районе. Случайно свернули с шоссе и… обомлели. На высоком берегу стоит деревянная церковь, пять веков назад срубленная русскими мастерами, за ней кладбище, дальше лес. Немного уцелело на Руси таких деревень, от одного вида которых щемит сердце.

Как всяких новых людей, Маргариту с мужем деревенские встретили в штыки. Сколько слез она, а потом и Мария пролили, прежде чем угомонились их острые на язык соседки. Бывало займут в сельмаг очередь, а те их незаметно оттуда вытеснят; привезут что-нибудь дефицитное им дают последним. Отношение изменилось лишь после того, как взялись строить дом. Только это убедило односельчан, что люди они здесь не залетные, обосновываются надолго. В прошлом году обзавелись скотиной, разбили огород.

-Газеты пишут о том, что может наступить голод – удивляется Маргарита. -Ну деревне-то это точно не грозит. Теперь у каждого – подсобное хозяйство, даже у тех, кто считался лентяем.

Некоторые готовы взять землю в собственность и обрабатывать ее. Они накормят себя, свои семьи, своих стариков, которых сегодня в тех же Юксовичах больше половины.

-Если, конечно, дадут такую возможность, говорит Маргарита Сегодня построить дом целая проблема. Наш сельсовет, например, ежегодно просит выделить 1000 кубометров леса для строящихся, леспромхоз дает только 300. То же самое с землей получить ее очень трудно.

Почему же так происходит? Ведь имеются законы, есть Указ Президента, согласно которым приобрести землю можно. Есть такое право у граждан. Но на деле получить ту самую бумагу, где говорится о собственности или пожизненном владении землей, почти невозможно… Глава администрации села Юксовичи Наталья Сафронова считает, что и сами крестьяне не сильно стремятся к самостоятельности.

Так, узнав о том, что приехали журналисты, в небольшой комнате сельсовета набилось много народу. Люди пришли высказать свои обиды на правительство, повышающее цены, на «власть», которая всему мешает и ничего не дает. Но когда мы поинтересовались, есть ли среди них охотники взять землю, уйти из совхоза и вести собственное хозяйство, в ответ услышали: «Среди наших вряд ли такие найдутся». Почему? – Опасаемся мы- сегодня землю дадут, а завтра отберут обратно.

 Важины

 Мы заехали в село Важины посмотреть на единственную в Подпорожье действующую церковь – Воскресенскую. В ней служит отец Михаил. Нам рассказали, что еще совсем недавно Михаил Рыбка был секретарем комсомольской организации совхоза, потом- директором дома культуры, Как стал священнослужителем? Спросить его об этом не удалось, так как отца Михаила не оказалось дома. Огорченные зашли в ближайший дом спросить дорогу обратно и познакомились с Александрой Васильевной, бывшей учительницей, прожившей в деревне всю свою жизнь. Сейчас ей 70. Жива и 95- летняя ее мать Анастасия Федоровна. Она тоже родом из здешних мест, венчалась в Воскресенской церкви. Существуют старушки на небольшую пенсию, которой едва хватает на самое необходимое. Помнит Анастасия Федоровна Важины в начале века богатым купеческим селом, где жили в достатке и купцы, и простонародье.

– Мать часто вспоминает, как еще до революции горел их дом, -рассказывает Александра Васильевна. -Сгорели дотла, а помогли заново отстроиться нам купцы Мирохины известные на всю Свирь лесопромышленники. Их потом раскулачили, сослали в Сибирь. Вот и у нас сейчас, наверное, лишь на таких купцов надежда. Да только неоткуда им теперь взяться. Нынче что за купцы? Какие-то фермеры…

Шеменичи

«Какие-то фермеры…» – это сказано и про Ростислава Рейнюка. Привез он нас в своем стареньком «уазике» в село Шеменичи, вытряхнул посреди леса на берегу озера и стал показывать: вон там будет гусиная ферма, здесь-телятник, у воды- хозяйство по разведению карпов, а вон там за лесом-земля под пашню…

Ростислав Рейнюк работал в нефтеразведке инженером-механиком. Приехал в Подпорожье три года назад, стал главным инженером совхоза. На своей, как говорится, шкуре испытал все прелести социалистического хозяйствования на селе-с тарифами, нарядами, уравниловкой. Как только появилась возможность, впятером ушли на аренду-взяли 75 гектаров земли, кредит 150 тысяч рублей. Автокран, три трактора, бульдозер и другое оборудование удалось приобрести только за счет старых связей Рейнюка. За эту зиму Ростислав Рейнюк намерен окончательно расплатиться с долгами кредит он возвращает не деньгами, а мясом. Уже сдано свинины на 26 тысяч рублей Прежние его единомышленники, не выдержав трудностей, разбежались. Остались, кроме Рейнюка, еще двое. Втроем они образовали товарищество, где у каждого свой пай-земля.

 Мечта Рейнюка развести в озере карпов, говорят, они здесь всегда водились. Товарищество собирается выращивать телят и свиней. Пока еще мало, что есть у них в хозяйстве, стоит посреди леса небольшой домик, вокруг неказистая техника, тридцать поросят и 13 бычков-вот и вся на сегодняшний день ферма. В совхозе многие считают Рейнюка с товарищами выскочками, рвачами, не понимают, зачем им нужна вся эта головная боль-работать до ночи, по выходным. Все время в грязи, что-то выбивают, требуют, просят. Недавно на ферме сгорел дом. Случайность ли? Теперь вот приходится жить во времянке.

– Вы приезжайте через год настоящую ферму,-пригласил нас Рейнюк. – А пройдет время-мы еще не только- себя, все Подпорожье накормим. увидите

Ленинградская область

Трижды кризисная Венгрия как несбыточный идеал

 Александр МЕЛЬНИКОВ

 Очередной экспромт российской экономической политики под названием «либерализация цен» восторгов не вызвал. Скучающие без публики пролетарии торговли по-прежнему чего- то ждут, а производители сливают свиньям скисшее молоко. Подобную ситуацию объясняют просто: с высвобождением цен ждать было нельзя, а с приватизацией, извините, задержались… Приватизацию мы, наверное, наверстаем.

Напомню только, что в соседней Венгрии, где приватизация идет уже не первый год, все еще считают свое состояние кризисом. В чем же дело? Сначала скупались немногие венгерские предприятия, отвечавшие мировому уровню либо отставшие от него еще не навсеrда. В числе счастливчиков оказалось процветающее – объединение источников света «Тунгсрам», купленное американской фирмой «Дженерал электрик». У новых владельцев пока есть деньги на цивилизованное разрешение проблем, связанных с неизбежным сокращением штатов.

Крупные производства создаются в стране фирмами «Судзуки», «Опель» и «Филипс». На покупаемых ими предприятиях пять тысяч человек будут производить пять процентов венгерского национального продукта. Раньше тем же занимались двести тысяч…

 В худшем положении- десятки несоразмерно крупных промышленных предприятий, построенных в маленькой Венгрии для нужд необъятной социалистической интеграции. Оказавшись в неоплатном валютном долгу, мы теперь не покупаем ни их продукцию, ни сами предприятия. Западу они тоже не нужны – по причине технической отсталости. А работают там живые люди. Например, на будапештском заводе трансмиссий и покрасочного оборудования- «ХАФЕ», где мучительная подготовка к приватизации тянется с весны прошлого года. Многие сотни рабочих и служащих уже уволены. Еще больше-остаются дома в вынужденном отпуске, получая 80 процентов заработной платы. На плечах оставшихся полутора тысяч,-задолженность в миллиард форинтов. Ее предполагают погасить, продавшись богатой фирме. Вот только пока никто не берет.

Предприятий-банкротов, – сетует генеральный директор «ХАФЕ» Лайош Станович, -явно в избытке. Деваться им некуда, и инвесторы выжидают, пока цены падут еще ниже. Казалось бы, объявленная стоимость завода в 2.3 миллиарда форинтов с лихвой должна обеспечить покрытие долгов, затрат на переподготовку, окончательный расчет с увольняемыми.

Однако печальный опыт таких известных гигантов, как «Видеотон», «ДИГЕП», не оставляет места для иллюзий. Председатель профкома одного из филиалов «ХАФЕ» Карой Молнар считает, то ему повезло- устроился слесарем в небольшом гараже. Хотя и согласился бы подметать двор на заводе, где проработал 33 года. Настроения рабочих и служащих приватизируемых предприятий на удивление знакомы. Кадры прежней закалки якобы «продают» страну, «воруют, растаскивают» госсобственность. В действительности, как утверждает статистика, это не подкрепляется конкретными цифрами: в сфере государственных предприятий так же, как и повсюду, идет интенсивная смена кадров. Хотя любой из собеседников может привести известный ему убедительный пример происков бывших партократов.

Дает о себе знать и стремление пришедших к власти сил произвести «Генеральную уборку» политической арены. Венгерские рабочие надеются на обещания политических партий, заинтересованных в голосах избирателей, или, по-старому, в «массовой базе». Но всерьез в старые политические заклинания уже верят мало. Поскольку в конечном счете решать будет форинт, прагматический расчет.

Вероятно, именно это имеет в виду и Петер Цвак владелец фирмы «Цвак Уникум», производящей популярный лечебный ликер. Решив вопрос о приобретении Будапештского ликерного завода, он обещает самым серьезным образом вместе с профсоюзами заняться проблемами новых работников фирмы. Но места для пустых надежд не оставляет. «Главным работодателем буду не я, а рынок»,- без излишней дипломатии заявляет венгерский бизнесмен, известный своими нелицеприятными оценками и в адрес ведущих политиков страны.

Подавляющее большинство венгерских граждан уже давно поняли, что разрыв Венгрии с Варшавским Договором и отказ- от «братства» с Советским Союзом отнюдь. не стали пропуском в благополучный западный мир. Из множества дорог, открывшихся перед ней, остались практически две: либо сползание в категорию развивающихся стран, либо включение в западноевропейскую интеграцию. Хотя российский наблюдатель вряд ли посчитал бы ситуацию драматичной.

Так и хочется сказать: нам бы ваши проблемы! А именно заваленные товаром магазины, сытые лица прохожих, не до конца забытье традиции предпринимательства. И все же проблем хватает.

В начале нынешнего года венгерские политологи предсказывают значительную активизацию масс под влиянием растущей безработицы, усиления насилия и преступности в обществе, резкое снижение жизненного уровня, спонтанное сопротивление неизбежной, радикальной перестройке общества, ведущей к усилению популистских политических группировок.

В этой стране на семнадцать лет раньше нас перестали считать нецензурным выражение «рыночные отношения», с двухлетним опережением похоронили социалистический выбор, давно отпустили цены и приступили к приватизации. И тем не менее сегодня всерьез намереваются взяться за находящихся у власти демократов. Что ж, эти уроки, несмотря на огромные различия, по крайней мере интересны. Вернувшись на родину, зашел в соседний универсам и вновь убедился, что даже трижды кризисная Венгрия еще долго останется для нас несбыточным идеалом.

Будапешт- Москва

– и

 –
— —
— —-



—–


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *