Тихо! Шахтеры думать будут…

02.02.2023
471

Похоже, что противостояние ветвей власти, как поясняет выпуск “России” №5 за 27 января- 2 февраля 1993 года, вступает в новую фазу. И по обыкновению конкурирующие лидеры в поисках союзников пытаются разыграть «шахтерскую карту». Не случайно Председатель Верховного Совета местом для проведения уикенда избирает шахтерские города Кузнецкого бассейна, а Президент среди «груды дел, суматохи явлений» не забывает отправить теплое поздравление шахтерам в связи с 50-летием образования Кемеровской области. Неужто воспоминания о все сметающей шахтерской лаве на улицах притихшего Бухареста рождают в головах российских правителей конкретные аналогии и призрачные иллюзии?

Либералы и «спасатели», соединяйтесь!

Александр КУЗЬМЕНКО

Лидер недавно зарегистрированной Минюстом России Партии консолидации Александр Тихонов, похоже, всерьез вознамерился объединить политиков, стоящих на диаметрально противоположных позициях. Во всяком случае в одной из телепередач, снятой бывшими тележурналистами «Пятого колеса», ему удалось усадить вместе депутата от «Демроссии» Виктора Шейниса и видного патриота из Фронта национального спасения Геннадия Зюганова.

Вполне возможно, на позиции собеседников оказала воздействие обстановка дворца Шереметева на Сухаревской, где находится Дом милосердия и здоровья, в котором проходили съемки, но длившийся почти полтора часа разговор обошелся без обычных колкостей и нападок. Хотя Зюганов по привычке намекал на то, что, мол, планы разгона Съезда народных депутатов вынашивались ЦРУ, а Шейнис никак не мог взять в толк, каким образом многолетней давности прогноз А.Проханова относительно распада СССР может служить индульгенцией националистическим публикациям редактируемого им «Дня», оба в основном сошлись в том, чего не надо делать. Это явилось неоспоримым прогрессом по отношению к творчеству Николая Чернышевского, Владимира Ульянова и Гавриила Попова, размышлявших в основном над противоположной проблемой, что, как известно , ни к чему хорошему не привело.

Состоявшийся после длительной беседы товарищеский ужин еще сильнее углубил консолидацию. Процесс пошел более чем успешно. Под грузинское вино говорили кавказские тосты и шутили. Геннадий Зюганов неплохо танцевал с журналистками под «Семь сорок», заявил о своих симпатиях к партии и ее лидеру и даже принял в дар от А. Тихонова, изготовленный с участием возглавляемого им «Интерурала» настенный календарь с изображением девиц, не очень отвечающим духу соборности и патриотизма.

Дело Лисина: слегка поживет, но вряд ли победит

Александр ЕВЛАХОВ

Парламентский комитет по средствам массовой информации обрел нового руководителя. Им стал выдвинутый прокоммунистической фракцией «Россия» Владимир Лисин. До своего избрания бывший корреспондент «Правды» в состав комитета не входил, занимая согласно анализу результатов поименных голосований откровенно консервативную позицию. Именно он вопреки мнению данного комитета осуществлял закулисные интриги по подчинению «Известий» Верховному Совету и в случае успеха «операции», рассматривался в качестве претендента на должность главного редактора. Мнение самого Комитета по средствам массовой информации, предлагавшего утвердить его председателем нынешнего зампредседателя Александра Копейку, Верховный Совет проигнорировал. За него проголосовала лишь пятая часть депутатов. Ка ких – либо разумных аргументов в пользу такого решения не приводилось. Преобладали кликушеские обвинения в том, что, мол, комитет при прежнем руководстве не контролировал деятельность средств массовой информации и даже инспирировал проведение в них антипарламентской пропагандистской кампании. Голоса некоторых здраво мыслящих депутатов, пытавшихся напомнить, что комитет по СМИ – это парламентская структура, а не цензура и не аналог приснопамятного Агитпропа, услышаны не были. Не прошло и предложение вернуть в свое бывшее кресло первого председателя комитета Виктора Югина. Таким образом, длившуюся не один месяц баталию против деятельности комитета, поддерживавшего прессу и оппонировавшего спикеру, можно считать завершенной в пользу последнего. Место мятежного В.Брагина в Президиуме ВС занял вполне лояльный В.Лисин. Новому председателю комитета поручено провести его реорганизацию. Однако в действительности это не победа, а поражение. Именно комитет по СМИ хоть как – то поддерживал основательно потускневший реформаторский имидж парламента. Именно эта структура еще в условиях монополии КПСС явилась эпицентром ее разрушения, становления многопартийности и независимой российской журналистики, формирования новой идеологии власти. Именно этот комитет был наиболее посещаемым отечественными и за рубежными журналистами. Теперь же кабинету его председателя вряд ли суждено стать наиболее посещаемым местом в Белом Доме. Его новому обитателю можно лишь посочувствовать. Любые попытки воздействия на «непослушную» прессу, которое, по мнению Президиума, новое руководство комитета должно осуществлять более энергично, способны лишь еще более ухудшить взаимоотношения ВС со средствами массовой информации и окончательно превратить его в глазах общественного мнения в посмешище. Это, разумеется, худший вариант. Есть более оптимистичный: о парламентском комитете «нового созыва» все просто забудут за ненадобностью.

«Вот погодите, я вернусь из Дели…»

Похоже, что на российском внешнеполитическом горизонте вновь замаячил орел о двух головах, которые якобы повернуты одна на Запад, а другая на Восток. Этому орлу с его головами можно лишь посочувствовать – разобраться сегодня, где у России Запад, а где Восток, довольно трудно, и вряд ли чисто географические понятия могут дать точный ответ на этот вопрос.

Татьяна ШАУМЯН

Свой визит в Южную Корею Президент Ельцин назвал началом прорыва на азиатско – тихоокеанском направлении. Прилетев в Пекин, российский руководитель объявил, что визит в Китай сбалансирует российскую политику, которую «обвиняют в американизации, в том, что мы смотрим все время на Запад». Сделав некоторое отступление от разрекламированного броска на Восток и отметив начало Нового года и Рождество подписанием договора с Джорджем Бушем, Борис Ельцин наконец объявил о намерении 27-29 января совершить долгожданный и неоднократно откладывавшийся (с января прошлого года) визит в Индию.

 В течение многих лет отношения с Индией – великой азиатской державой – считались одним из приоритетных и наиболее «благополучных» направлений внешней политики Советского Союза. Они определялись многими факторами – от культурно исторических до военно-стратегических. В условиях глобального противостояния с Вашингтоном Москва традиционно делала ставку на Индию как на своего главного политического союзника в Южной Азии и смотрела на все здесь происходящее как бы сквозь «индийские очки». И это было оправданно, так как определялось близостью или совпадением национальных интересов двух стран, а отнюдь не субъективными или идеологическими факторами, в чем сегодня нас пытаются убедить некоторые политики. И прагматизм, и понятие взаимовыгодного партнерства в наших отношениях присутствовали всегда в достаточной степени. Можно даже говорить об их уникальности: не так просто найти такие две страны с различными социальными системами, которые в течение более сорока лет так бы тесно и плодотворно взаимодействовали.

 С тех пор мир кардинально изменился. Союза больше нет, и Россия объявила себя его правопреемницей по части выполнения международных договоров и обязательств. На международной арене появились независимые суверенные государства, в том числе среднеазиатские республики и Казахстан. Руководители центральноазиатских государств поспешили установить личные контакты с лидерами Индии, которые откликнулись на это с большой готовностью. Были подписаны важные двусторонние соглашения. К сожалению, Россия не смогла или не захотела продемонстрировать свое правопреемство в отношениях с Индией и ограничивалась обменом визитами далеко не на высшем уровне.

 Реакция в Индии на развал Союза не была однозначной. Здесь и опасения «демонстрационного эффекта» для страны, перед которой проблемы национального единства, национальной и государственной интеграции актуальны с самых первых лет независимости. Здесь и сожаления в связи с утратой союзника, неоднократно демонстрировавшего готовность и способность прийти на помощь в трудную минуту. Здесь и опасения роста исламского фундаментализма в регионе. Нельзя не отметить и еще одного обстоятельства: вряд ли неоднократно повторяемые российскими руководителями утверждения что с коммунизмом и социализмом в России окончательно покончено, могут вызывать однозначно позитивную реакцию в Индии, где социалистические идеи были заложены в массовое сознание людей «отцами» нации – Махатмой Ганди и Джавахарлалом Неру – и не являются подражанием советскому образцу, а коммунистические партии и сегодня являются влиятельной политической силой.

 Было бы по меньшей мере наивным полагать, что в изменившемся мире российско- индийские отношения останутся неизменными и будут простым повторением прошлого. Поэтому Президенту Б.Ельцину и премьер – министру Индии Нарасимха Рао предстоит попытаться совместными усилиями вывести двусторонние отношения на реальный путь преодоления кризиса. А это не так просто. Наряду с действительными трудностями, вызванными главным образом затянувшимися поисками путей решения проблемы «рупия-рубль», в результате ликвидации ряда союзных структур и неспособности на данном этапе создать вместо них новые – российские – нарушились многие сложившиеся связи: и политические, и экономические, и культурные, и научные. Хотелось бы, чтобы российский Президент избежал восприятия Индии в соответствии со сложившимся по вине некоторых политиков и средств массовой информации стереотипом: как бедной, нищей страны, раздираемой этнонациональными и религиозными распрями, которую мы кормили и вооружали в ущерб интересам своего собственного народа. Действительно, трудности в Индии огромные, однако она обладает внутренними ресурсами, заложенными как в политической системе, так и в модели экономических преобразований. Что же касается интересов российского народа, то Индия за все, включая поставки вооружения, всегда расплачивалась сполна.

 Индийский внешнеполитический курс в основных своих направлениях достаточно стабилен и не подвержен изменениям в зависимости от того, какая партия или коалиция находится у власти. Отношение к Советскому Союзу не менялось ни в 1977- м, ни в 1989 годах, когда на выборах побеждали политические партии, оппозиционные конгрессу. Поэтому невозможно себе представить ситуацию, при которой индийский министр иностранных дел совершил бы какое-то действие (например, подписал какой-либо документ или публично выступил перед международной аудиторией с предостережением о наступлении «красно – коричневых»), которое могло быть расценено как участие во «внутриполитических играх». По – видимому, концепция внешней политики Индии была разработана достаточно продуманно и принята на основе консенсуса, что гарантирует ее преемственность при любых внутриполитических коллизиях.

Представляется, что наш Президент может подтвердить готовность России продолжать поставки Индии вооружений и запасных частей к ним на коммерческой основе и что договоренности о продаже отдельных видов оружия Китаю (а может быть, и Пакистану) никоим образом не помешают выполнению Москвой обязательств в отношении Дели. Так же, как будет выполняться и соглашение о поставках Индии криогенных ракетных двигателей, несмотря на недовольство США и даже объявления американских санкций против Главкосмоса и Индийской организации космических исследований.

Наверняка индийская сторона будет заинтересована в подтверждении российской позиции по кашмирскому вопросу. Решение этой проблемы есть суверенное право Индии, а обсуждаться она может на базе Симдского соглашения между Индией и Пакистаном. Дело это двустороннее, и вмешательство кого – либо извне скорее всего только помешает.

И еще одна международная проблема- нераспространение ядерного оружия и безъядерные зоны.  Известно, что у Индии своя точка зрения, отрицающая договор о нераспространении ядерного оружия как дискриминационный и неэффективный и безъядерные зоны как «иллюзию» безопасности. Мы можем не соглашаться с такой точкой зрения, однако и она имеет право на жизнь, тем более что и возникла она, по- видимому, не на пустом месте. Вряд ли можно упрекнуть Индию, с самых первых дней независимости последовательно и твердо выступающую за ликвидацию ядерного оружия, в нежелании участвовать в таких конкретных действиях по ядерному разоружению, к которым она не испытывает доверия. Очевидно также и то, что Россия не откажется от своей принципиальной позиции следования договору и поддержки идеи безъядерных зон. Как же быть? Скорее всего следовало бы уважать озабоченность Индии перспективой превращения Пакистана в ядерную державу, поддерживать ее стремление к разрешению проблемы на глобальном уровне. Договор об СНВ – 2 является важным этапом на этом пути. А может быть, вспомнить почти забытую Делийскую декларацию о принципах свободного от ядерного оружия и ненасильственного мира, подписанную в 1986 году? Ведь именно она содержит предложение о подписании международной конвенции, ставящей вне закона применение ядерного оружия.

Существует опасность, что визит российского Президента в Индию будет расцениваться как противовес его визиту в Китай. Вряд ли для этого есть серьезные основания – нормализация, скажем, индийско-китайских отношений не нанесла ущерба России. Политика игры с нулевым результатом, похоже, себя практически исчерпала, и Россия и Индия должны развивать свои двусторонние отношения в самых различных областях, включая военную, руководствуясь своими национальными интересами, пользуясь свободой выбора в развитии связей с третьими странами.


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *