«Саманта Смит из штата Мэн — земное воплощение Элли из Канзаса»

24.05.2023
402

Чтобы сегодня удивить читателей литературным кроссовером и мэшапом, нужно замесить нечто по-настоящему невообразимое. Даниил Алексеев, сказочник из Владивостока, в этом преуспел — большой поклонник книг Александра Волкова, он радикально переосмыслил их мир: в его продолжениях «Волшебника Изумрудного города» Элли Смит из Канзаса идентична Саманте Смит из штата Мэн, реальной американской школьнице, которая в 1980-е не без успеха боролась за мир во всем мире.

По просьбе «Горького» Глеб Колондо пообщался с Даниилом и выяснил, почему в его произведениях Железный Дровосек не рубит головы котам, колдунья Гингема и Людоед остаются в живых и влюбляются друг в друга, а заброшенный в Волшебную страну агент Эл Смит устраивает в ней цветные революции — голубую, фиолетовую и изумрудную.

— Вселенная Изумрудного города и вселенная Саманты Смит прежде, кажется, никогда не пересекались. Как вам пришло в голову их объединить?

— Начнем с того, что вселенная Саманты — это наша вселенная. Напомню, что Саманта Смит — реальная американская девочка, моя ровесница. В 1982 году, в условиях международной напряженности, когда многие опасались прямого столкновения СССР и США, она написала письмо Юрию Андропову с вопросом: вы за войну или нет? В ответном письме Андропов написал, что никто в СССР не хочет войны, и пригласил ее приехать в нашу страну, чтобы в этом убедиться.

В июле 1983 года Саманта с родителями посетила Москву, Ленинград и пионерский лагерь «Артек» в Крыму. За этим визитом с надеждой следили во всем мире.

Сегодня Саманте было бы уже 50 лет. Она могла бы стать президентом США, видным дипломатом и общественным деятелем, ее умение наводить мосты очень бы пригодилось в сегодняшнем мире, но в 1985 году она погибла вместе с отцом в авиакатастрофе.

Саманта стала символом борьбы за мир. Я много лет интересовался ею и рассказывал о ней другим, а потом написал художественное произведение «Саманта и тайный враг». В нем сторонники войны представлены в собирательном образе миллионера Милитаризмуса, который разбогател на торговле оружием. Милитаризмус хотел помешать миротворческой миссии Саманты, он всячески старался ее опорочить, а когда это не удалось, подстроил авиакатастрофу (версия, что гибель Саманты была неслучайной, существует на самом деле).

В детстве моими любимыми книгами были сочинения Александра Волкова из цикла про Изумрудный город. Главная героиня первых трех книг — американская девочка по фамилии Смит, которая в третьей части предотвратила войну жителей Подземной страны с верхним миром. Я подумал: а что если это одна и та же девочка, которую в Волшебной стране знают под именем Элли, а в нашем мире под вторым именем — Саманта? Кстати, от некоторых увлеченных людей мне и раньше приходилось слышать, что Саманта Смит — земное воплощение Элли.

— Воплощение в переносном значении или в буквальном, мистическом?

— Это надо спрашивать у тех, кто так считает.

— Когда появился первый текст, который предлагал взгляд Саманты Смит на Волшебную страну?

— В первый раз я соединил вселенные Элли и Саманты в проекте «Элли Саманта и Тайный агент». За ним последовала повесть «Элли Саманта в Волшебной стране», которая публиковалась по главам в сообществе Samantha Reed Smith Community. Сейчас я работаю над повестью «Элли Саманта и Урфин Джюс». В этой истории живы погибшие у Волкова Гингема, Людоед (они поженились и, возможно, у них даже родится сын) и Бастинда. Еще там другой Дровосек, уже не железный — ему удалось вернуть тело из плоти и крови.

Это не единственный мой проект, связанный с Изумрудным городом. Основной — «Тайны Урфина Джюса». Первая повесть этого цикла, «Путь к Гингеме», была опубликована в сборнике, вышедшем в 2020 году под эгидой президента клуба «Друзья Изумрудного города» Сергея Сухинова. Кстати, сейчас ее читает внучка Александра Мелентьевича Волкова, Калерия Вивиановна. Возможно, она видела и другие мои тексты: я знаю, что она заходит в нашу Изумрудную группу.

— При чтении повести «Элли Саманта в Волшебной стране» на ум приходят христианское учение и толстовская максима о непротивлении злу насилием. Так и было задумано?

— Изучая существующие редакции «Волшебника Изумрудного города», я пришел к выводу, что нет предела совершенству. Например, мне казалось, что стоило бы переделать эпизод, где Дровосек, спасая королеву полевых мышей Рамину, отрубает голову дикому коту. Это совершенно не вяжется с добротой Дровосека! И возмущает меня, как и других любителей кошек.

Волков сам создал прецедент для таких исправлений. В «Удивительном волшебнике из Страны Оз» Железный Дровосек случайно раздавил жука, который переползал дорогу. Волков «спас» жука, исключив из своей версии этот эпизод. Но спасать кота ни он, ни редакторы почему-то не стали. Характерно, что в спектаклях и фильмах по книге эпизод с котом либо убирают, либо переделывают. Я тоже его переделал. Интересно будет посмотреть, как поступят с котом в снимающемся сейчас фильме «Волшебник Изумрудного города».

«Железный Рыцарь присягает Элли Саманте». Иллюстрация Натальи Коноваленко

Дискуссия об излишне жестоких эпизодах легендарного цикла дала толчок моим гуманным версиям «Волшебника Изумрудного города». Сначала появилась маленькая история «Дровосек, Рамина и кот», в которой сказочный человечек, библиотечный Книгочей, рассказывает девочке Оле (героине моей книги «Приключения Оли и Пирата»), как все было на самом деле — что никто не пострадал. Эту историю я написал по просьбе Татьяны Николаевны Карпович, которая руководит музеем Волкова в его родном Усть-Каменогорске.

В 2019 году, к 80-летию «Волшебника Изумрудного города», я попытался представить, как бы выглядела эта повесть без убийств. Так родилась гуманистическая версия, которая вызвала широкий резонанс в среде поклонников историй о Волшебной стране. От меня стали требовать обоснований новых сюжетных линий и продолжения.

Сначала я написал эпилог «Обыкновенное чудо», в котором придумал, на мой взгляд, красивую развязку истории любви Дровосека и его невесты, которой не было ни в первоисточнике Лаймена Фрэнка Баума, ни у Волкова. А потом стал постепенно расширять произведение, первоначально занимавшее лишь четыре страницы.

К юбилею педагогического образования на Дальнем Востоке в сентябре 2019 года я решил сделать акцент на педагогическом таланте Элли, который позволяет ей не уничтожать, а перевоспитывать злодеев: Гингему, Людоеда и прочих. Да и друзья у нее многому научились, особенно Страшила. На наших глазах соломенный человек проходит путь от своеобразного «Иванушки-дурачка» до мудреца-энциклопедиста, талантливого инженера и дальновидного государственного деятеля. Элли Саманте роль преподавателя очень подходит — ведь ее отец был учителем, как, кстати, и Александр Волков. Да и Элли у Волкова, окончательно вернувшись в Канзас, становится учительницей.

— То есть правильнее было бы сказать, что повесть базируется не на пацифизме как таковом, а на желании усовершенствовать исходный текст, усилив воспитательное начало?

— С текстом Волкова я работаю в разных направлениях. У меня даже есть сатирическая шпионская версия, в которой агент Эл Смит с немецкой овчаркой Тото забрасываются в Волшебную страну для совершения цветных революций (голубой, фиолетовой, лесной и изумрудной), чтобы сменить неугодные режимы, привести к власти марионеток и взять под контроль ее богатые ресурсы.

Но если говорить о мировоззрении, то я целиком согласен с пословицей «худой мир лучше доброй ссоры». Нужно стараться сделать все возможное для сохранения мира и решения всех вопросов гуманно, без насилия. Это и является основным принципом Добра с большой буквы, на котором и должно строиться воспитание. А Саманта Смит, как отмечалось выше, является символом борьбы за мир, а по сути, и воплощением Добра. Поэтому Элли Саманте не подходит прозвище «Фея Убивающего Домика» из оригинала. У меня Жевуны прозвали ее «Фея Добрых Дел». А Мигуны — «Фея Волшебного Слова», ведь она еще и символ народной дипломатии.

У Волкова в «Семи подземных королях» есть характерный момент. Друзья Элли ради ее освобождения хотят идти войной на Подземных Рудокопов. Девочка в отчаянии: если ее друзья начнут войну, они погубят тысячи жизней. «Война — это кровь, страдания, смерть!» — говорит Элли. В результате удается отговорить Страшилу и Дровосека от их плана, и они освобождают Элли мирным путем. Маленькая девочка оказалась мудрее Трижды Премудрого Страшилы и добрее Железного Дровосека. Как и Саманта Смит оказалась добрее и мудрее правителей всего мира.

— В «Элли Саманте…» отрицательные герои перевоспитываются молниеносно. Из-за этого порой кажется, что способности главной героини скорее магические, чем педагогические.

— Сказка всегда основана на чуде. В жизни, конечно, все сложнее, там, наверное, я и сам бы не поверил в исправление Гингемы, которая с помощью магии жестоко и методично отрубала Дровосеку разные части тела. Но чудеса иногда происходят и в жизни.

Гингему все боялись и никто не любил, а тут неизвестная девочка ее вдруг пожалела, проявила к ней сочувствие. И старушке вдруг очень захотелось ей поверить. В глубине души у Гингемы была потребность в понимании. Она была очень одинокой, и то, что Элли Саманта обратилась к ней «бабушка», ее зацепило. Она привязалась к девочке и стала считать ее кем-то вроде своей внучки.

«Гингема дарит Элли серебряные башмачки». Иллюстрация Натальи Коноваленко

— В конце прошлого года на русском языке вышло исследование Эрики Харбер «Страна Оз за железным занавесом». В той части, где идет речь о неофициальных продолжениях Волкова и Баума, которые создают поклонники вселенной, утверждается, что «…авторы фанфиков привносят слои дополнительных значений, которых никогда не было в оригинале, таким образом создавая интертекстуальность, которая добавляет глубины тому, что иначе можно было бы расценивать лишь как просто популярную или даже низкопробную беллетристику». Согласны ли вы с таким взглядом?

— В чем-то согласен. Естественно, фанфики и экранизации добавляют глубины. Но я категорически не согласен по поводу «низкопробной беллетристики». Сказки простым языком говорят о Добре и Зле, об основах мировоззрения, глубочайших вещах, которыми занимаются философия, религия и искусство.

Мир Волкова, по сути, уже народное произведение, только с той разницей, что известен отец-основатель. В этой вселенной что-то от Баума, что-то от Волкова, немало добавил художник Леонид Владимирский, который нарисовал карту Волшебной страны, и у нее появилась своя география. Есть у нее также история и этнография. Благодаря советскому мультфильму появился гимн «Мы в город Изумрудный…». Свою лепту внесли прочие экранизации, Сергей Сухинов, Юрий Кузнецов и другие авторы.

Поклонники Волкова мечтают о многосерийном фильме, сравнимом по качеству с киноэпосом Питера Джексона о Средиземье, «Гарри Поттером» и т. д. Он бы мог поднять популярность «Изумрудного города» на запредельный уровень. Ведь Волшебная страна проще и понятнее Средиземья, добрее и оптимистичнее.

— Тем, кто еще не читал ничего о Волшебной стране, вы бы посоветовали начать с Волкова или с вашей версии?

— Я не рассматривал свою версию как альтернативу Волкову, скорее как некую возможную реальность, ее отражение в параллельном мире. Она писалась «по заказу» поклонников Саманты, которым понравилась история «Элли Саманта и тайный враг». К тому же их известность на данный момент несопоставима, и я не думал об издании на бумаге. Но моя версия получилась более доброй и детской, так что, возможно, она больше подойдет маленьким детям, особенно впечатлительным.

— В послесловии к «Тайне заброшенного замка» Леонид Владимирский, предполагая, что так поступил бы Волков, дает слово Страшиле, и тот обращается к читателям с речью. Если бы вам с такой же целью пришлось выбрать одного из героев сказки, кто бы это был и что он или она сказали бы нам?

— В моем случае это, несомненно, была бы Элли Саманта. Она сказала бы: «Жизнь сложная штука, но добро сильнее зла, а мир лучше войны».

ИСТОЧНИК: Горький https://gorky.media/intervyu/samanta-smit-iz-shtata-men-zemnoe-voploshhenie-elli-iz-kanzasa/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *