БАРХАТНЫЕ РЕВОЛЮЦИИ. БЕСКРОВНЫЕ РЕФОРМЫ. ПОЛИТИЧЕСКАЯ МУДРОСТЬ. ВСЁ ЭТО, КАК ВСЕГДА, НЕ У НАС

12.10.2023
448

С таким заголовком вышла газета “Россия” №41 за 6-12 октября 1993 года. Полноценную картину событий, происходивших в Москве тридцать лет назад помогут два источника. Указанный выпуск нашей газеты, а также фрагменты уникальной документальной книги возглавлявшего телекомпанию “Останкино” Вячеслава Брагина “Правда замедленного действия”. Пусть эта правда будет услышана! Наша газета руководствовалась исключительно фактами и ее первую страницу сопровождало уведомление:

“Вниманию читателей! Пропуски текста в номере-следствие цензурных ограничений”.

Причины и следствия

Александр ЕВЛАХОВ

Комментаторы еще будут спорить о том, как квалифицировать события последних двух недель в Москве, называть ли их государственным переворотом, революцией. или заговором. Можно не сомневаться: немало слов будет сказано о Конституции, законе, и о том, кто начал первым. Дискутировать, разумеется, можно о многом.

Однако есть вещи очевидные. Фарисейство – подобно Руцкому, выступать за дух и букву Основного Закона и одновременно призывать к вооруженному захвату правительственных зданий. Ложь – называть народной антиельцинской революцией провокационные демонстрации на Садовом кольце и Калужской площади. Безумие – оправдывать какими бы то ни было соображениями кровопролитие на улицах столицы, вооруженные погромы в московской мэрии и Останкине. Наивно, наконец, предполагать, будто все было бы абсолютно спокойно, не будь Указа № 1400. Вряд ли можно серьезно утверждать, что отряды боевиков, появившиеся на улицах Москвы, образовались стихийно, так сказать, в ответ на злополучный президентский Указ. Ведь использование ими булыжников и заточек против сил правопорядка было апробировано еще в мае, когда никаких заявлений о «сентябрьском наступлении» Президентом не делалось. Штурм Останкина, пусть и без оружия, так называемой «Трудовой Москвой» предпринимался еще раньше.

Истоки событий, свидетелями и участниками которых мы являемся, – в более отдаленном прошлом. По сути с 1989 года страна балансировала на грани между демократической тенденцией и установлением авторитарного режима. Его «левый» вариант попытались осуществить члены ГКЧП и те силы, которые за ними стояли. Они были разгромлены, но не ушли с политической арены. Не имея социальной базы, они стали искать точку опоры во властных структурах – Верховном Совете РФ и местных советах. Если бы состоялись их досрочные перевыборы, то можно не сомневаться – представители национал-коммунистов оказались бы в них в меньшинстве и большинство мест досталось бы центристам и правым. Однако на досрочные перевыборы пришедшие к власти идти не хотели и специально все делалось для того, чтобы реабилитировать членов ГКЧП. Их же сторонники в ФНС все более вольготно чувствовали себя стенах Верховного Совета, который чем дальше, тем сильнее трансформировался из законодательного и представительного органа в штаб непримиримой оппозиции.

Президентской командой ничего не было сделано ни для обеспечения постоянного контакта с здравомыслящей частью депутатского корпуса, ни для создания властно – правовой сетки безопасности от политического экстремизма. Президентская сторона все время говорила о решительных действиях, оппозиция же молча, но уверенно действовала. В то же время логика политических событий все более подводила общество к альтернативе – или установление левой диктатуры под водительством А.Руцкого и Р.Хасбулатова, или правоавторитарный режим, введенный президентской стороной. Еще в марте этого года мы писали о том, что личные взгляды того же А.Руцкого будут играть все меньшую роль и он окажется в полной зависимости от стоящих за ним сил, которые в итоге неизбежно заявят: «Полно ребячиться, идите царствовать». Так и случилось. Не приходится сомневаться: если исходом борьбы эти дни стала бы победа Верховного Совета, то дальнейшие события определяли бы не депутаты, не Р.Хасбулатов и А. Руцкой , а лидеры так называемой «Трудовой Москвы» и командиры боевых групп во главе с А.Макашовым

. Нам еще предстоит детально проанализировать то, что произошло в Москве в конце сентября начале октября. Сегодня важнее другое – как можно быстрее нормализовать жизнь, не допустить эскалации насилия. Но прежде всего необходимо нейтрализовать реальные и потенциальные источники опасности. Выборы скорее всего придется перенести на более позднее время, когда обстановка успокоится. Кроме того, нужно время чтобы детально разобраться со всеми общественными объединениями, причастными к террористическим акциям. Партии и движения, имевшие, вопреки закону, вооруженные формирования безусловно будут распущены и лишены права выдвижения своих кандидатов. Скажется ли это на расстановке сил в новом парламенте? Безусловно Спектр представленных в нем сил скорее всего будет в диапазоне «центр» – «правые». В более отдаленной перспективе, возможно, не псевдо, а подлинно «левые» будут играть более активную роль в нашей политической жизни. Но это потом. Формула же нынешних выборов скорее всего, перефразируя преданного ныне забвению поэта будет: «Правой, правой, правой! Кто там шагает, левой?».

Ельцин в сентябре: легитимен или законен?

 Сергей МИТРОХИН

Понятие легитимности сегодня широко эксплуатируется в российском политическом жаргоне. При этом в его применении отсутствует какая – либо ясность. В большинстве случаев оно употребляется как синоним слова «законность». А между тем использование термина «легитимность» имеет смысл только в силу противопоставления его понятию «законность».

Под легитимностью можно подразумевать любого рода санкцию на власть , которую лидер и правящая элита получают от подвластного им сообщества по разным мотивам.

Одним достаточно того, чтобы власть была просто-напросто эффективной. В императорском Риме это требование заключалось в известной формуле «Хлеба и зрелищ!». Россияне формулируют его сегодня так же кратко: «Хлеба и безопасности!». Другие сохраняют лояльность к власти только потому, что она находится в руках привлекательной для них личности, названной Вебером харизматической. Третьих устраивает толь ко та власть, которая обеспечивает преемственность определенной традиции, – например, монархической или коммунистической. Наконец, для четвертого главным основанием для признания власти является ее соответствие нормативным процедурам и идеальным правовым моделям, то есть «законность». Для этой группы авторитетна только законная власть, даже если она не всегда эффективна и не обладает общепризнанной харизмой. И наоборот, все прочие группы готовы поступиться законностью в пользу более ценных, с их точки зрения, преимуществ: эффективности, преемственности и харизмы.

 Таким образом, мы видим, что законная власть – это только одна из разновидностей легитимной власти.

 Действия, предпринятые Президентом Ельциным 21 сентября 1993 года, являются формально незаконными. На этом основании, однако, нельзя отказывать установленному им режиму в легитимности. Этого нельзя делать прежде всего потому, что новый режим поддерживается двумя могущественными и тесно связанными между собой группами: одна из них охарактеризована выше как группа эффективности, другая – как группа харизмы.

 Группа эффективности распадается на две основные категории. К первой относятся так называемые «простые люди», желающие спокойствия, требующие стабильности ради нее самой и готовые получить ее из рук какой угодно политической силы. Вторая категория – восходящий средний класс, которому стабильность нужна как необходимое условие обогащения. Особо следует выделить либеральную интеллигенцию: она выступает в качестве идеологического авангарда этого нового класса и требует стабильности на условиях подавления своих политических оппонентов.

Не следует сбрасывать со счетов и группу харизмы. Разумеется, ее ряды сегодня уже не столь плотны, как в те времена, когда Ельцин был героем противоборства с КПСС.

 Все эти группы в той или иной мере готовы поступиться формальной законностью ради своих интересов и ценностей. Благодаря им Ельцин сохраняет тот достаточно мощный запас легитимности, который он получил на президентских выборах и закрепил на референдуме.

 Группа преемственности в настоящее время составляет легитимационную базу Верховного Совета. Благодаря ей парламенту удается сохранить тот минимум легитимности, который не позволяет ему уйти из политической жизни незаметно и бесследно. На первый взгляд может показаться, что, отстаивая соблюдение конституционных норм, именно данная группа остается на сегодня основным оплотом законности. Это, конечно же, иллюзия. В своей апелляции к законности парламент идет по пути, проторенному демократами, которые ставили в вину Горбачеву пренебрежение юридическими процедурами, но сочли необходимым «временно» забыть о них, как только привели к власти своего ставленника.

 Группа законности в современной России не просто малочисленна: она почти отсутствует. В брежневские времена она громко заявила о себе в лице правозащитного движения. Но можно ли считать ее сколько-нибудь значительной сегодня, когда даже бывшие правозащитники предпочитают закону целесообразность, открыто занимая проельцинскую позицию?

Россия всегда была воспринимающей стороной в неравномерном и прерывистом процессе распространения западной цивилизации. Некоторые инновации западного мира были усвоены ею очень рано, другие, наоборот, чрезвычайно поздно. К числу последних, несомненно, относится и принцип верховенства закона над государственной властью. Принять подобную расстановку приоритетов для России тем труднее, что в русской государственной традиции всегда господствовала презумпция легитимности – необходимая предпосылка абсолютной монархии. Свидетельством запаздывающего проникновения идеалов законности является наша «прогрессивная» интеллигенция, которая, будучи главным транслятором западного влияния, охотно поступается этими идеалами в угоду традиционным комплексам: российскому холуйству перед легитимным монархом и советской нетерпимости к идеологическим оппонентам.

ЦЕНЗУРА

«Рано или поздно это бы произошло, считает Георгий САТАРОВ, член Президентского совета, директор центра «Информатика для демократии»

Георгий Александрович, cоветовался ли с вами Президент до Принятия Указа № 1400? Знали ли вы о нем заранee? .

– Больше чем за неделю состоялся Президентский совет. Но вопрос так не стоял: ребята, а как лучше сделать переворот? Повестка была сформулирована достаточно обще: политический кризис и пути его преодоления. Если и были радикальные высказывания – а они были – то очень неконкретные. Слов «разгон парламента» или что – то в этом духе там не звучало.

Конечно, еще до совета после выхода Президента из отпуска и потом велась интенсивная аналитическая работа и готовились всякие варианты, в том числе – и разрыв со съездом по инициативе Президента, но на самом ПС говорилось больше о возможностях, которые можно было бы предпринять, чтобы мирно решить конфликт.

 О самом указе я узнал ровно в 20.00 вместе со всеми.

– А чем же завершился тот Президентский совет?

-Как обычно. Президент поблагодарил всех. Особо поблагодарил за критику …

– Вы тоже критиковали?  

– И я, и другие. Говорили о нереализованных возможностях. Критиковали за бездействие. А. те действия что были квалифицировали как нескоординированные судорожные, импровизационные. Импровизация же подготовлена, как правило, плохо.

– Какие чувства вызвал у вас Указ?

– Тревожные, конечно. Сна чала была легкая обида. Но это мимолетное чувство, потому что такие действия не готовятся при широком стечении народа. Очень узкий круг людей был посвящен в это дело. Близкое окружение. И потом, по моим представлениям, это надо было делать не так. В первый же вечер, вы помните, Кремль абсолютно изолировался от журналистов. Таким образом, всех репортеров «выгнали» в Белый Дом. Оттуда информация идет, а из Кремля – нет. Это плохая ситуация для тех, кто делает переворот.

Я, естественно, на следующее утро приехал в Кремль и спросил у помощников Б. Ельцина- Пихоя и Илюшина, почему нас не позвали без четверти восемь и не сказали, что сейчас будет обнародован указ, давайте подумаем, что будем делать. Мне ответили так: поскольку шаг этот отчаянный, рез кий, то Президент не хотел никого связывать, пусть люди определяются сами. А 22-го с утра началась конкретная работа: что надо делать, чтобы минимизировать вред. Был предпринят ряд «мозговых штурмов». Меня очень резанули в тексте, который произносил Президент, слова о том, что депутаты теперь могут вернуться по месту работы. Тем самым мы их отталкивали от себя. Первое, с чего я начал, – предложил максимально вовлекать депутатов в палату законодательных предположений, в подготовку выборов … Ведь отталкивание сплачивает противников

-После Указа Президента многие полагали, что он предпринят для того, чтобы скорее подтолкнуть парламент к досрочным выборам. Согласен ли с этим был Президентский совет?

 – Во вторник 28 сентября на заседании совета мы с Миграняном выступили против разнесения выборов по срокам. Вообще я про такой возможный политологический сюжет писал Борису Николаевичу давно, до IХ Съезда народных депутатов, когда еще не было ясно, будут ли перевыборы или референдум, и все эти «за» и «против» анализировал. Давайте представим, что состоялись асинхронные выборы, и мы получаем парламент Российской Федерации и Президента Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. Где гарантии, что у нового парламента тут же не возникнут к Президенту те же требования, которые предъявлялись им к бывшим депутатам. Про то, что социологи ему не советуют сильно оттягивать выборы, тоже известно. Хотя Президент считает, что к лету экономическая ситуация изменится к лучшему, а значит, и его шансы поднимутся. Это очень трудная задача, я не уверен, что на нее надо надеяться. Кроме того, еще не «нарезаны» избирательные участки. Да и выборы в Думу, проведенные в декабре, могут не дать квалифицированный парламент из – за того, что многие проигнорируют их. Поскольку нет уверенности, что они пройдут демократично, в разумные сроки. Такое скептическое отношение к ним я слышал от людей, чье мнение высоко ценю и уважаю. В результате Борис Николаевич может получить озлобленный против себя парламент.

-Полагали ли вы, что события будут развиваться именно так . Или у вас было другое представление о развитии событий?

-Я не занимался прогнозированием. У нас было много другой работы.

– А какие задачи ставились перед вами?

Это была ежедневная, непрерывная работа в «коллективном Распутине», куда входили не только члены Президентского совета, но и представители аналитических центров Президента, правительства, в общем, «сборная Солянка».

-Чего добивался Президент своим Указом и сумел ли он достичь своей цели?

– Ситуация была тупиковая. Хотя я искренне могу сказать, что не считаю решение Президента оптимальным. Именно в тот момент все возможности еще не были исчерпаны. Правда, не было и никаких гарантий, что они привели бы к оптимальному результату. То есть рано или поздно, но эта мера была бы неизбежна. Сейчас есть много всякого рода рассуждений, что это гигантский удар по демократии. Я так не считаю. Обычно демократия сводится к идее представительства. Этот миф эксплуатировался Р.Хасбулатовым и многими подхватывается некритически. Достаточно напомнить, что верхняя палата законодательного органа Канады назначается, и никто из – за этого не считает Канаду недемократической страной. На самом деле важная функция демократии – раздробить политические элиты и создать такие правила игры, чтобы максимально застраховать гражданское общество от монополизации власти одной из них. Этому же служит и многопартийность. Существенный пафос демократии – в создании страховочного механизма от всякого рода узурпации. В этом смысле у нас никакой демократии нет. По Конституции был монопольный орган власти – съезд, а Верховный Совет в последнее время пытался монополизировать даже власть съезда.

Давайте заглянем в историю. Демократия нигде, никогда не рождалась эволюционно, постепенно, в виде планового процесса легитимного перехода от менее совершенных форм к более совершенным. В природе и обществе в принципе не существует монотонных процессов. Достаточно вспомнить, как развивалась демократия Соединенных Штатов, как переходили от одной конституции к другой во Франции. Всегда это были некие качественные скачки, сопровождающиеся разрывами в правовом пространстве. Это общая закономерность, которую мы почему – то, как считают некоторые, должны миновать.

– Но ведь ваши примеры взяты из ХVIII – XIX веков- времени, когда полагалось, что насилие – это нормальное средство для разрешения общественных проблем. И, кроме того, в истории можно найти и другие примеры. Но сейчас конец ХХ, и человечество больше склоняется к переговорным процессам, к эволюционным, нежели революционным мерам.

– Вы абсолютно правы, когда говорите о насилии, но я – то имел в виду другое – скачкообразность процесса перехода из одного состояния в другое.

 – Значит, Президент полагал, что можно разорвать существующее правовое пространство без насилия?

 – Президент очень долго стремился перейти из одного правового состояния в другое пре дельно легитимными средствами, идя на компромисс настолько, насколько это разумно. Но поняв, что он зашел в такую зону, где речь идет не о компромиссе, а о поражении, он принял свой Указ. Здесь последним сигналом было получение от депутата В.Исакова поправок к Конституции, когда стало ясно, что отступать некуда.

-Чем завершится, на ваш взгляд, это противостояние?

-Выборами.

– Одновременными?

– Думаю, что да. Не позже марта 1994 года.

 – И как вы полагаете, Ельцину удастся победить или он не будет участвовать в выбоpax?

– Мне кажется, он выставит свою кандидатуру. Из всех обсуждаемых ныне претендентов он имеет наибольший шанс.

– А есть ли какие -нибудь шансы у других: Явлинского, Шахрая, Руцкого, Жириновского …

– Думаю, что у Жириновского больше шансов, чем у Явлинского. Его больше знают. У Руцкого был второй рейтинг, но события последних дней должны изменить все. Я не исключаю появление в этой ситуации такого кандидата, как Горбачев.Он может просто сказать: вот видите, меня нет – началось насилие, а я был – все было тихо. Горбачев мог бы конкурировать. Вряд ли он, конечно, победил бы, но других претендентов потеснил бы точно. Имеют ли шансы на победу центристы? Крупные центристские силы – да. Они наверняка могут занять второе место.

-После радикальных демократов?

-Я уверен, что президентский блок не будет идентичен радикальным демократам. Он оттянет на себя часть центристов, и в частности Республиканскую партию, Российское движение демократических реформ, Партию экономической свободы … Вообще, центризм позитивен. Это линия на прагматизм, точное соотношение политики и экономики – их сложную взаимосвязь. Конечно, центризм не абсолютная ценность. Общественная жизнь движется подобно маятнику. Крайние его положения указывают на основные направления развития страны. Центризм же чутко улавливает, когда маятнику надо возвратиться из положения «право» или  «лево».

Беседу вела ЛИДИЯ ТИМОФЕЕВА

«Из Белого Дома нас вывела «Альфа»

Наталья КОПОСОВА

Сдавшиеся мятежники выходят из Белого дома. Фото Олега Власова /ИТАР-ТАСС/

В ночь с 3 на 4 октября Белый Дом спал. И даже настораживающая информация о том, что «вроде бы намечается штурм в 7 утра», прозвучала от одного из немногих бодрствующих защитников Белого Дома как-то вперемешку с зевком. А в 6.45 к зданию бывшего Верховного Совета РФ подъехали первые БТР и началась стрельба

Cначала стреляли по периметру вокруг здания Белого Дома. Собравшиеся в зале Совета Национальностей бывшие депутаты ВС РФ, аппарат, участники ФНС и митингов «Трудовой России» в общей сложности около тысячи человек – слушали выступления бывших депутатов. Было отвергнуто предложение доверить руководство страной человеку, пользующемуся доверием той и другой стороны, типа Скокова. Наиболее часто повторялись слова, что надо умереть, но не сдаться, но, похоже, далеко не все их одобряли.

Однако события, происходившие здесь, не имели принципиального значения для тех полутора тысяч сторонников разогнанного парламента, которые с автоматами и пулеметами разместились у окон Белого Дома … Сначала очереди по окнам были редкие. Первый серьезный обстрел с первой жертвой произошел около десяти утра. Группа журналистов, появившаяся из коридора шестого этажа на площадке напротив мэрии (здание которой перешло в руки правительства), только успела услышать «Ложись!», и автоматные очереди ударили по окнам. Ранена в ногу корреспондент «Постфактума» Лариса Солодухина. В зале Совета Национальностей в это время читали стихи и пели песни патриотического содержания. Около половины двенадцатого к автоматам добавились гранатометы, пушки БТР и танки. Шестой этаж, на котором находился пресс-центр, был расстрелян одним из первых и окутался сильным дымом.

 Информация, поступавшая по радиоприемникам, создавала впечатление, что за пределами Белого Дома не знают о гражданских лицах, находящихся в здании. Около двенадцати часов про шел слух, что коллегу из «Интерфакса» Вячеслава Терехова (позже эту информацию опровергли) убили при попытке выйти с белым флагом. Якобы стреляли в спину. Из Белого дома. Сотрудник бывшего Верховного Совета сообщил о том, что есть возможность вывести женщин и журналистов. Но никто особого желания уйти не выразил. Не было никакой гарантии, что колонной не пойдут люди Макашова. К тому же одна из женщин от имени всех находящихся в Белом доме заявила: «Мы не уйдем».

Около 12.30 еще один корреспондент «Постфактума» Максим Хрусталев получил тяжелое черепно-мозговое ранение. В это же время стало известно, что группа санитаров, выходившая с белым флагом за ранеными, была расстреляна.

Около тринадцати часов на пятачке у зала СН появился Руслан Хасбулатов. Говорили, что у него плохо с сердцем. Находившийся в подавленном состоянии Хасбулатов сказал испуганным людям, что, если мы погибнем, дело продолжат другие, а съезд будет перенесен в иной город. Олега Румянцева, предложившего около 13.30 сдать Белый Дом, освистали.

Стало известно, что переговоры возобновились. И женщины с журналистами, да и остальные желающие будут выведены. В составленном списке оказалось 76 человек. Обстрел не прекращался. Хотя отдельные группы все же выходили из двадцатого и двадцать четвертого подъездов.

 В 13.45 Александр Руцкой позвонил Зорькину (в распоряжении Руцкого и Хасбулатова оставался единственный пока еще работающий радиотелефон все остальные давно «сдохли»). Руцкой умолял Зорькина приехать к Белому Дому вместе с представителями посольств, присутствие которых могло бы обеспечить гарантии неприкосновенности людей при выходе.

Трудно сказать, кого более имел в виду Руцкой, говоря, что они нас в живых не оставят – «мы- живые свидетели». Однако Валерий Зорькин, который собирался принять участие в этой акции у здания бывшего парламента, так и не появился. И бессильны были слова Руцкого о том, что это грех и что он, Зорькин, верующий, должен понимать, что это грех …

Около 15 часов в зале CH появился один из руководите лей группы «Альфа», который был уполномочен передать, что они готовы обеспечить вывод людей из здания, «открыть» коридор.

Однако в 15.30 возобновился сильный обстрел. Мы – журналисты группой человек в пятнадцать – отползли в тупичок третьего этажа. Вот когда последняя надежда стала оставлять всех …

Мы были первой группой, которую вывела «Альфа». И первое, что мы услышали: «Можете не бояться». Предельно корректное обращение. А главное – совершенно другие лица и действия. За считанные минуты были выведены сотни людей. Не знаю, будут ли говорить об этом мои коллеги, но я уверена, что этот эпизод в памяти сохранят все, кто был там в этот день.

Мы виноваты…

Галина МАШТАКОВА

«Горячие точки» все чаще ставят последние точки в чьей – то неспокойной журналистской жизни. «Зачем вы туда лезете?!» – негодуют знакомые и незнакомые нежурналисты. Это как приговор: «Сами виноваты!»

 Виноваты. В том, что живем, а не только работаем по своей профессии. Виноваты. В том, что, однажды попав на войну, уже не можем мыслить «мирными» категориями, столкнувшись с трагедией в крайнем ее проявлении. Виноваты. В том, что не верим ни «белым», ни «красным», ни абхазам, ни грузинам – верим только своим глазам и ушам. Верим себе. 

– И еще виноваты перед своими детьми. Их уже не обманешь, что очередная командировка – в Тамбов или Тверь. И рано эти дети начинают понимать, что программа «Вести» важнее американских мультиков …

В Сухуми погиб фоторепортер ИТАР – ТАСС Андрей Соловьев. И неважно, какой национальности был подонок, выбравший «легкую» мишень -забинтованную голову безоружного человека с фотоаппаратом. Он, нелюдь, знал: один снимок с ЭТОЙ ВОЙНЫ опаснее ста ручных гранатометов.

Московская братоубийственная вакханалия пополнила список тех, кто был убит и ранен, выполняя свой профессиональный долг. Погибли: видеоинженер «Останкино» Сергей Красильников, тележурналист Игорь Белозеров, оператор телекомпании ТФ -1 Иван Скопан, корреспондент «АРД» Рори Пек, журналист из Йошкар-Олы Александр Смирнов. Тяжело ранены оператор «Вестей» Рустем Софронов, французские журналисты Владимир Сычефф, Патрик Бурра и Пьер Селарье, американский – Отто Поль, фотокорреспондент «Нью – Йорк таймс» Джули Брукс, корреспонденты «Постфактум» Максим Хрусталев и Лариса Солодухина, фотокор РИА Игорь Михайлев, фотокор «Балтик Ньюс сервис» Георгий Шабад. Зверски избиты сотрудниками органов правопорядка журналисты Владимир Филатов, Владимир Косенчук, Евгений Ерошенко, Савелий Ласков, Майя Скурихина, Александр Красик, Майкл Джонсон, Данила Гальперович, Александр Кокоткин, Александр Цыганов, Роман Уколов, Дмитрий Павлов, Лаура Ильина, Александр Куденко, Руслан Линьков, Дмитрий Флешков …

Похоже, никто не хочет слышать отчаянный призыв: «Не стреляйте в журналистов!». Опять «сами виноваты?!» А кто же всем вам расскажет правду о том, что происходит? ..

… А у нас в редакции радость. Вернулся с абхазо-грузинского фронта объявленный пропавшим без вести наш спецкор Александр Мнацаканаян. Редакция газеты- все мы благодарим Фонд защиты гласности, (В настоящее время внесен Минюстом РФ в реестр Иностранных агентов), СЖ России  Международную конфедерацию журналистских союзов, ГКЧС РФ и коллег за действенную помощь в розыске Александра. —

Если бы экран погас…

 События трагических октябрьских дней обрастают все НОВЫМИ подробностями. Работе Российского телевидения 3-4 октября была посвящена пресс конференция, которая состоялась на днях. Представьте себе, что экраны наших телевизоров вообще погасли. Что бы произошло? Этого не случилось благодаря действиям руководства канала «Россия» и его коллектива

Вера КОЛОСОВА

 Kогда погас экран «Останкино», говорит председатель Всероссийской телерадиокомпании Олег Попцов, в Белом Доме было ликование. Но когда в 20 часов в эфир вышли «Вести», кто – то там сказал: «Это конец». Они рассчитывали на хаос, на то, что общество не будет информировано.  Если бы были вырублены все каналы, то именно это и произошло бы.

 После заявления Хасбулатова: «Мэрия взята», когда была поставлена задача штурмовать. «Останкино» и взять Кремль, при мерно в 17 часов мы стали проводить работу по подготовке запасного эфира. Держали связь с «Останкино» и в 19.25 поняли, что будем выходить отсюда, с Ямского поля. Когда начались события на улицах Москвы, все работники компании были уже на работе. В эти дни уже многое было сказано о работе «Останкино». Многие еще в ту трагическую ночь, когда были вырублены первый, третий и четвертый каналы, удивились: неужели невозможно организовать вещание, даже если бои идут на первом этаже?

Теперь действительно ясно, что «Останкино» могло работать. – Не будем судить наших коллег, не каждый день нам приходится работать в условиях штурма, – прокомментировал вопросы журналистов по поводу отключения эфира О. Попцов. – Но факт есть факт. Работал только канал «Россия». Именно сотрудники этого канала проявили себя и как мужественные люди, и как сплоченная команда. Это не случайность. «Останкино» всегда было в полном смысле государственной компанией. «Россия» же создавалась как оппозиционный канал. Трижды Российское телевидение выходило в условиях экстремальных, в условиях ЧП. – Нам не давали работать, когда Российское телевидение только еще создавалось, второй раз – в дни путча в августе 91-го и в третий раз – вот сейчас, сказал генеральный директор Всероссийской телерадиокомпании Анатолий Лысенко.

Обсудить свою работу в условиях ЧП для работников телевидения важно не столько для выяснения того, кто герой, а кто нет, сколько для того, чтобы разобраться, почему не работали каналы «Останкино», почему не шло вещание из здания на Пятницкой, и т.д. Это имеет значение для всех нас. Еще с конца девяностого года руководителем Российского телевидения ставился вопрос о необходимости вещания из разных точек. К ним не очень – то прислушивались, но своими усилиями они создали возможность, сыгравшую колоссальную роль в эти трагические дни. Более того, на пресс-конференции было заявлено, что, если бы взяли здание на Ямском поле, вещание бы не прекратилось.

Оперативно были подготовлены еще несколько точек. Кстати, в течение восьми часов единственная на всю Россию точка вещания практически не охранялась. На восемьдесят сотрудников, которые находились в здании на Ямском поле, было восемь почти безоружных милиционеров. Лишь ночью подошли войска железнодорожной охраны и группа ОМОНа.  Конечно, работу Российского телевидения по техническому уровню трудно сравнить с работой, скажем, CNN. Но нельзя сравнить и уровень оснащенности. CNN, предполагая, как будут развиваться события вокруг Белого Дома, запросило технику и людей со многих своих европейских корпунктов. Штурм Белого Дома был снят, например, объективом 20- 2000. Таких у нас просто нет. И все же представьте себе, если бы экран вообще поrac…

А теперь фрагменты книги Вячеслава Брагина, в которой автор скрупулезно фиксирует события тех дней
.

29 сентября 1993 года

В «Московском комсомольце», статья известной диссидентки Валерии Новодворской «Их надо сбросить с перевала».

Коммунистическая агитация, коммунистические демонстрации, коммунистический митинг – они по определению не могут быть мирными. Нельзя мирно призывать к гражданской войне, к грабежам и красному террору, к восстановлению сталинского Гулага, к войне с Украиной из – за Крыма, к войне с Балтией – из – за восстановления СССР …

30 сентября 1993 года.

В 8-00 мне положили на стол Указ и.о. Президента России А.В. Руцкого о том, что с 25 сентября Б.Н.Ельцин утратил полномочия Президента РФ. Также утратили свои полномочия все назначенные им лица. Самозваный Президент предлагает им всем «покинуть незаконно захваченные Кремль, радио и телевидение. В противном случае они будут привлечены к уголовной ответственности. Ельцину Б.Н. предлагается объявить по телевидению о сложении с себя полномочий. В противном случае прилегающие к Москве области начинают продовольственную и энергетическую блокаду Москвы! .. Лица, не передавшие данный указ в эфир, несут уголовную ответственность! .. ».

 *** Не менее жесткую тональность из дня в день демонстрирует и спикер осаженного в Белом Доме Парламента Р.И. Хасбулатов.

431907 01.10.1993 Председатель Верховного Совета РФ Руслан Имранович Хасбулатов и генерал-майор, Герой Советского Союза Александр Владимирович Руцкой на пресс-конференции. Виталий Савельев / РИА Новости

-Я не намерен идти ни на какие компромиссы ! .. Верховный Совет будет работать до подавления путча. Если системы жизнеобеспечения Белого Дома будут отключены. Верховный Совет перенесет свою деятельность в один из городов России. («Вести», 8-00, 26.09 )

*** «Советская Россия» дает подборку высказываний Р.И. Хасбулатова, сделанных 27 и 28 сентября 1993 года. По ним можно сделать однозначный вывод: Председатель Верховного Совета РФ нацелен на конфронтацию, на схватку. и не стыдится открыто заявлять об этом: -… сейчас Вам должно быть ясно: всякий здравомыслящий человек, уважающий себя, своего избирателя, свою страну, не может идти на какие – то компромиссы, – это действительно от лукавого, это ослабляет ряды и депутатов, и защитников Дома Советов, да и всех людей, солидарных с нами.

Поэтому хочу сказать ясно, определенно: я – не сторонник какого – либо компромисса.

Страна немедленно должна быть возвращена к конституционному правлению.

(«Советская Россия». 30 сентября 1993 г.)

***

Для дезертиров – омоновцев А.В. Руцкой учредил «Спецудостоверение». Настоящее удостоверение дано военнослужащему отдельной мотострелковой дивизии особого назначения Ф.Э. Дзержинского в том, что он перешел на сторону конституционных органов власти и отказывается выполнять преступные приказы против народовластия, против конституции и закона. Обладатель данного удостоверения освобождается от ответственности за свои действия по выполнению противоправных приказов до момента добровольного согласия не участвовать в акциях по государственному перевороту в Российской Федерации и вручения ему данного удостоверения.

(Там же.) ***

«… Руцкой и Ачалов провели возле Белого Дома торжественный смотр созданного ранее «добровольческого полка»; призванного защищать парламент». И во время этого смотра «Президент» снова «… заявил, что с 18-00 военнослужащие, перешедшие на сторону ВС, освобождаются от ответственности за неисполнение приказов Ельцина и его силовых министров

 1 октября 1993 года.

В московском Свято-Даниловом монастыре при посредничестве Его Святейшества Патриарха Московского и всея Руси Алексия II начались переговоры противоборствующих сторон. Со стороны Президента –С.А. Филатов, О.Н. Сосковец и Ю.М. Лужков. От Р.И. Хасбулатова В.С. Соколов и Р.Г. Абдулатипов.

Эти переговоры могли стать началом мирного разрешения конфликта.

 Однако такой шанс генералами В. А. Ачаловым, В.П. Баранниковыми и А.Ф. Дунаевым на заседании так называемого военного Совета обороны Белого Дома был отвергнут. В.С. Соколов и Р.Г. Абдулатипов были отстранены от участия в переговорах, а их место занял агрессивно настроенный Ю.М. Воронин.  «Ястребы» Белого Дома, очевидно, абсолютно уверенные в своей скорой победе, фактически потребовали от Кремля капитуляции и первым условием начала переговоров выдвинули «обеспечение широких возможностей по изложению позиции съезда народных депутатов в средствах массовой информации”.

(Новая ежедневная газета», 15 октября 1993 г.) *

1 октября 1993 года. Телекамеры Останкино в сердцевине конфликта. В середине дня Президент России Б.Н. Ельцин дает интервью Первому каналу: – Договоренность была такая: включается свет, они сдают: оружие. Свет включили. а они оружие сдавать отказались. Не сдают. Понимаете, сложно с ними дело даже иметь. Вроде даже протокол подписали ночью. И вдруг утром они посчитали, что этот протокол недействителен и оружие сдавать не будем … Ни к кому, кроме руководства бывшего Верховного Совета, мы претензий не имеем, подчеркнул Президент. Все переговоры должны начинаться со сдачи оружия. Любой, пусть даже нечаянный, выстрел- это провокация, которая приведет к крови, и это недопустимо. Мы не будем прибегать к силовым методам, потому что не хотим крови. Но и не хотели бы, чтобы боевики из Приднестровья, рижского ОМОНА проливали российскую кровь. Надеюсь, что здравый смысл восторжествует и проведенные минувшей ночью переговоры в итоге приведут к положительным результатам”

. (Москва. Осень – 93. Хроника противостояния. Издание 2 -е, исправленное и дополненное. Москва. Издательство Республика 1995. Ответственный за выпуск А.П. Сурков. Стр. 278.)

. 2 октября 1993 года

… После заседания правительственного штаба, чтобы более реально представить себе степень разраставшегося конфликта, непосредственно, я решил сам проехать на Смоленскую площадь. … Поперек Садового кольца нагромождены баррикады, горят костры … Кольцо перекрыто. … Смоленская площадь, МИД в дыму. Через оцепление я прошел в самую сердцевину буйства противников ельцинской власти. одурманенных разрушительными лозунгами, алкоголем и наркотой. Капитан милиции, стоявший на подходе к МИДу, узнал меня, и в тревоге предупредил: – Товарищ Брагин!.. Зря Вы туда идете!.. Ведь Вас многие знают!.. Если разберутся. кто Вы, может быть серьезная неприятность!.. Самое малое, что изобьют!.. Эта моя прогулка едва ли не один к одному напомнила мне мое посещение палаточного городка анпиловцев летом прошлого года у телецентра «Останкино». … Люди в большинстве своем с дикими лицами …

*** 2 октября 1993года.

Вечер. Ночь с субботы на воскресенье. Я, как и в предыдущие ночи, остаюсь в гигантском стеклянном кристалле – в телецентре «Останкино». Апофеозом многих человеческих драм, в том числе и моей, потрясением всей России. станут события завтрашнего дня. Сражение возле останкинской телебашни станет кульминацией схватки за власть в стране. Но пока внизу, на улице Королева, как я могу видеть с десятого этажа, почти безлюдно. Тишина …

*** Приступая к освещению самого драматического события в новейшей истории России, должен особо подчеркнуть, что глубокого и объективного освещения событий, в центре которых в те дни было «Останкино», до сих пор нет …

Никакой импровизации со стороны Верховного Совета РФ и сидельцев Белого Дома в походе на «Останкино» 3 октября 1993 года не было. Никакого случайного, непроизвольного, непредвиденного стечения обстоятельств, якобы, вынудивших Белый Дом пойти войной на «Останкино», не было!.. Была реализация давно задуманного «черного дела»!.. Оно сознательно было намечено на выходной день, на воскресенье, в расчете на неожиданность для «Останкино» , на его неподготовленность к нападению , на отсутствие многих и большинства сотрудников телецентра на рабочих местах, на панику , на ослабление бдительности со стороны милиции , и , наоборот , – на незанятость больших масс людей трудом на предприятиях и в учреждениях , т.е. на наличие у них « свободного времени » для участия в шествиях и митингах …

Впоследствии станут известными и некоторые другие высказывания лже – президента А.В. Руцкого, в полной мере характеризующие его «офицерские» качества. … Во время беседы с постовыми возле Белого Дома: – Переходите, ребята, к нам – офицерами будете!.. Все равно мы всех выше капитана – расстреляем!..

(«Столица». № 47 (157) 1993 г.

 С балкона Белого Дома лже-президент провозгласил: -Новая Октябрьская революция победила!..

(«Труд», б октября 1993 г.)

Он уже видит себя полководцем, увенчанным лавровым венком истории. Он командует: ... Молодежь!.. Боеспособные мужчины ! .. Вот здесь в левой части строиться, формировать отряды, и надо сегодня взять штурмом мэрию и «Останкино»! (Крики толпы: «Ура!».)

… Не упускать инициативу, вперед, на мэрию, там у них гнездо! («Московские новости». 10 октября 1993 г.)

А.В. Руцкой ставит перед своим подельником генерал – полковником А.М. Макашовым очередную задачу «по защите Конституции»: – Надо развивать успех!. Взять мэрию, Кремль, Останкино! .. Вперед, генерал ! .. (А.В. Островский. 1993. Расстрел Белого Дома. М. Яуза. Эксмо, 2008. стр. 261)

*** Из воспоминаний генерала В.А. Ачалова:Я пытался как – то удержать Александра Владимировича, … На мэрию отряд был отправлен без промедления, благо недалеко. Это дело по указанию Руцкого возглавил Макашов. Я пытался удержать Александра Владимировича, просил сосредоточиться, не делать опрометчивых шагов, не принимать скоропалительных решений. Но он уже слушать никого не хотел: назначал, считал, давал указания. (Владислав Ачалов. Мера воздействия – расстрел. Я скажу Вам правду. Книга вторая. Москва. Книжный мир. 2010, стр. 211.)

... Гремит над площадью микрофонный голос Руцкого, призывая мужчин выдвинуться для штурма мэрии. Толпа вскипает, по ней судорога и вот уже грозная лавина покатилась вперед. С Горбатого моста мы видим, как, выскочив из подъезда Руцкой бежит в первые ряды штурмующей колонны. С ним четверо или пятеро автоматчиков охраны. (А.В. Бузгалин, А.И. Колганов. Кровавый октябрь в Москве. Эребус, 1994, стр. 54.)

*** . Генерал А.М. Макашов, с автоматом в руках, облаченный в пятнистую полевую форму – в бронежилете, черном берете «ультра», в окружении вооруженных боевиков врывается в законодательный орган российской столицы. В мэрии Москвы, захваченной головорезами генерала А.М. Макашова, «были расстреляны два солдата, отказавшихся перейти на сторону мятежников» («Голос», № 41, 11-17 октября 1993 г.)

Брагинский Александр Павлович

( Через некоторое время станет и известно об испытаниях выпавших на долю Александра Павловича Брагинского ( почти моего однофамильца ! В.Б). министра правительства Москвы, руководителя департамента общественно- политических связей, доктора физико- математических наук, профессора, члена – корреспондента Российской академии естественных наук, взятого в плен боевиками А.М. Макашова при штурме мэрии столицы.

3 октября 1993 года А.П. Брагинский находился в мэрии. Он был дежурным по городу. Когда начался штурм он попытался связаться с Ю.М. Лужковым собрал бумаги, но покинуть здание не смог, «попался в руки нашим молодцам». – как впоследствии любовно назовет cвоих ушкуйников генерал–гэкачелист В.А. Ачалов (Владислав Ачалов. «Мера воздействия – расстрел. Я скажу вам правду» . М. 2010, стр. 213)

Во входную дверь мэрии въехал грузовик (NB!.. – B.Б), а у охраны мэрии не было приказа стрелять. Находившийся среди нападавших, депутат Моссовета Вячеслав Григорьев указал разъяренной толпе на А.П. Брагинского, как на члена «лужковского правительства».

 (В.И. Григорьев не испытал за свою подлость ни малейшего угрызения совести, не принес извинений А.П. Брагинскому, не покаялся публично и после октябрьских (1993 года) событий продолжал заседать в Мосгордуме. Имя В.И. Григорьева в силу этого должно остаться в истории октябрьского (1993) мятежа в числе таких его отвратительных персонажей как А.М. Макашов, В.И. Анпилов, И. В. Константинов, И.О. Маляров. Э. В. Лимонов …)

Хотя А.П. Брагинский не оказывал сопротивления, сторонники Верховного Совета набросились на него с кулаками, дубинками, железными прутьями. После того, как к месту расправы над депутатом города Москвы подошел народный депутат России И.В. Константинов и выстрелом из пистолета в воздух предотвратил возможное убийство, пленника потащили к штабу мятежников …

Из интервью Александра Брагинского:

-… Меня повели в Белый Дом, постоянно при этом избивая. Ввели в кабинет к Руцкому. Он приказал меня обыскать, связать и бросить в подвал!.. В кабинете на его глазах продолжали избивать, сбили на пол, пиная ногами, связали и поволокли в подвал. Там надели наручники и бросили на полу в луже крови. Регулярно приходили какие – то люди в форме и без, избивали. Охранники передергивали затворы, угрожали расстрелом.

 Только ночью А.П. Брагинский был отпущен и смог добраться до здания на Тверской 13 … Вскоре он тяжело заболел. Стал инвалидом. Диагноз – травматическая ансорсома (разрыв внутримозгового сосуда) . В ноябре 2001 года он скончался.

 *** … А генерал А.М. Макашов уже орет с балкона захваченной мэрии Москвы – Теперь ни мэров, ни сэров, ни хе…! («Российская газета, 3 октября 2003 г)

Затем «Макашов приказал поднять на флагштоке флаг СССР, а российский триколор немедля сжечь!..». (С. Чарный. Тайны октября 1993 года. М. Яуза. Эксмо, 2004, стр. 171)

Победная истерика А.М. Макашова подхватывается на другом, самом высоком законодательном балконе России, на балконе Белого дома: Р.И. Хасбулатов – Председатель Верховного Совета РФ: – Ельцин сегодня же должен быть заключен в «Матросскую тишину».

Вслед за спикером Парламента лже-президент А.В. Руцкой, в непутевую голову которого ударяет адреналин, а вернее всего, другая, всем известная жидкость, провозглашает не менее авантюрный призыв: «Мэрия взята! . Вперед! . На «Останкино»!.». (А.В. Островский. 1993. Расстрел Белого Дома. М. Яуза. Эксмо, 2008. Стр. 280.)

Часы показывают 16-20 по московскому времени …

*** Отдав этот приказ , А.В. Руцкой приговорил себя к вечному позору в истории России !.. Даже сами боевики, близкие к А.В. Руцкому , свидетельствовали о его неадекватном поведении на тот момент : … Выскочив на улицу , Руцкой матерился и метался из стороны в сторону , как институтка, как – то нервно сам строил колонны и командовал, отмахиваясь рукой от Ачалова. Приказывал ему, Макашову и Тарасову формировать роты … (И. Иванов. Анафема. (Хроника государственного переворота) . СПб. Палея. 1995. стр. 162. )

*** – А как же депутаты, народные избранники, «сидельцы» Белого Дома?.. – возникает вопрос … В большинстве своем и их охватила эйфория близкого и легкого успеха!.. С.Н. Бабурин – генералу В.А. Ачалову: – Народ нам помог! .. Теперь дело за Вами! .. («Московский комсомолец», 14 октября 1993 г.)

*** -В  «Останкино» ! .. Это приказ Руцкого ! .. Там дадут эфир! .. («Российская газета». 3 октября 2003 г.)

Означенный приказ А.В. Руцкого подтверждает и сам А.М. Макашов в книге «Знамени и присяге не изменил» ( Изд . Алгоритм , 2006 , 208 с . , стр.155-156 . )

 *** … При всеобщем ликовании группа боевиков во главе с Макашовым отбыла в «Останкино». («Век», N 39, 8 октября – 14 октября 1993 г) (в газете «Московский комсомолец», номер от 26 октября 1993 года, опубликован снимок: генерал – полковник А.М. Макашов на балконе Белого Дома целует православный крест. Как говорится: Бог ему судья !..)

*** Стараясь твердо следовать взятому на себя моральному обязательству быть максимально объективным в освещении позиций всех сторон, задействованных в общественном конфликте октября 1993 года, я не могу не познакомить читателя хотя бы с фрагментами статьи моего друга и во многом политического оппонента Владимира Верина: «И умом – понять , и аршином – измерить», написанной полтора месяца спустя после описываемых событий: – … Сейчас легко и , главное , безопасно называть этих людей « красно – коричневыми коммуно-фашистами». Нет, это были наши с вами соотечественники, которых два последних года лечили «шоковой терапией», а два последних дня – омоновской хирургией. Им было больно, и не только потому, что вчера их били, а сегодня в них стреляли. Им было очень больно еще и потому, что в течение долгого времени государственные радио и телевидение беспощадно оскорбляли и унижали их человеческое достоинство, их лидеров, их парламент, который они избрали вместе со всем народом России. И потому так решительно, грозно и мощно скандировали тысячи голосов одно слово – ОС – ТАН – КИ – НО ! .. … Почему Руцкой приказал идти на «Останкино»?.. Почему Макашов с легким стрелковым оружием бросился в атаку на столь мощное инженерное сооружение, как телевизионно-технический центр?.. И до сих пор у меня нет других ответов, кроме одного: это не Руцкой и Макашов командовали массами. Это массы командовали Руцким и Макашовым. Трагедия парламентской оппозиции в том – то и заключается, что не было на балконе Белого Дома ни одного государственного деятеля, который смог бы успокоить людей, остановить их от всех последующих действий и неизбежного кровопролития … Владимир Верин («Литературная Россия» , 12 ноября 1993 г.)

Правильно сказано о А.В. Руцком, что он не может открыть рот, чтобы не соврать. («Профиль», № 10, 1997 г.) (Нельзя не обратить внимание и на эпиграф, которым сопроводил свою же книгу А.В. Руцкой. Он взял для этого слова дуче итальянских фашистов, Бенито Муссолини: – Политик, облеченный доверием народа может стать выше закона.

 В этом весь Александр Владимирович – несостоявшийся диктатор человек самонадеянный и недалекий, (как говорят, без царя в голове.)

Непреложная истина в том, что А.В. Руцкой не только не отменял своего приказа о захвате телецентра «Останкино», но, наоборот, на всем продолжении его штурма осуществлял непосредственное руководство действиями своих ландскнехтов. Сегодня мы знаем оценки действий А.В. Руцкого относительно организации им похода на «Останкино» даже среди людей из его окружения …

Ниже на вопрос «Чем можно мотивировать призыв Руцкого штурмовать мэрию и идти на «Останкино»?  -отвечают:

Анатолий Крючков: -Психологически его помять можно. Человек оказался психологически неустойчивым когда надо было решать проблемы в экстремальной ситуации, показавшейся ему победной, он принял неграмотное решение, не просчитав последствия такого шага. ( А.В. Бузгалин , А.И. Колганов . Кровавый октябрь в Москве. М. Эребус, 1994. стр. 50)

Сергей Слойкин: Как бы это помягче сказать … личной необузданностью Александра Владимировича скорее всего. Он быстро поддается эйфории … (Там же, стр. 35.)

Есть некоторые свидетельства о том, что были и возражения против решения А.В. Руцкого. Например, со стороны народного депутата России Андрея Головина … Однако голоса протеста, называвшие решение Руцкого авантюрой, аргументы и политического и военно-технического характера не были приняты во внимание … » (Там же, стр. 38)

УТРО З ОКТЯБРЯ 1993 ГОДА В «ОСТАНКИНО» (в той суматошной обстановке последовательно, поминутно отслеживать хронологию своих действий и происходящих событий я, конечно, не мог. Не до летописи было!.. Но отдельные пометки, обрывки записей на попавших под руку листках бумаги у меня сохранились … Да и память что – то удержала!.. Сильно горячи были те мгновенья!.. )

*** Все дни , начиная с 21 сентября 1993 года , т.е. с момента принятия известного Указа Президента Б.Н. Ельцина № 1400 и до трагических событий начала октября 1993 года, днем и ночью. я практически неотлучно находился в своем рабочем кабинете на десятом этаже телерадиокомпании «Останкино», лишь в самых крайних случаях выезжая в Кремль и на Старую площадь, в полной мере ощутил во всех элементах нарастание политического и вооруженного напряжения …

Воскресенье, 3 октября 1993 года, наметил провести по полной трудовой форме. Как и все предыдущие дни, я ночевал в комнате отдыха, размещавшейся по – соседству со своим служебным кабинетом. Утром я привел себя в порядок, сделал гимнастику, легко позавтракал, и к 9-00 был за рабочим столом.

Несмотря на тревогу, которая, кажется, уже висела в московском воздухе и пропитала каждого из нас, мы все – таки не предполагали, как и большинство москвичей, что до кровавой трагедии в «Останкино» осталось всего несколько часов.

Михаил Барсуков- комендант Кремля и начальник Главного управления охраны (ФСО)

…По спецсвязи позвонил Михаил Барсуков и сообщил о резком обострении ситуации у Белого дома.

(Б.Н. Ельцин. Записки Президента Издательство Огонек, М, 1994, стр. 378.).

 «…Президент не был достаточно информирован о зреющем терроре в столице. О штурмовых группах красно – коричневых, уже делавших вылазки из – за баррикад, он узнал лишь в воскресенье» (т.е. 3 октября 1993 г. – В.Б.) ( Голос » , № 41 , 11-17 октября 1993 г. )

*** ( А.С. Куликов генерал армии, заместитель Министра внутренних дел РФ справедливо заметил:

 –Казавшаяся сильной при объявлении ультиматумов власть не захотела пожертвовать даже уик-эндом. Даже когда решалась судьба России и судьбы миллионов ее граждан. (А.С. Куликов. Тяжелые звезды. Москва. «Война и мир», 2002, стр. 170)

 Через несколько дней. 6 октября 1993 года, начальник ГУВД Москвы генерал В.И. Панкратов вынужден будет признать:

-Сотрудники московской милиции были не готовы к происшедшим в столице событиям)

 («Московская правда». 7 октября 1993 года.)

*** События 3-4 октября были для нас неожиданкостью. Никто и мысли не допускал, что все так повернется … – повинится по истечении нескольких лет и генерал – лейтенант В.В. Огородников – начальник главного управления по охране общественного порядка МВД.

(«Московский комсомолец». 3 октября 1998 г)

 – А чем занималось министерство безопасности?  – зададут вопрос А.В. Коржакову. – Охраняло само себя!.. – был его ответ .

(«Московский комсомолец». 3 октября 1998 г)

М.Н. Полторанин обратил внимание на такой факт:

– Когда я ехал в Кремль мимо Лубянской площади (вскоре после начала мятежа – В.Б.), во всей громаде здания Министерства безопасности горело, может быть, 3-4 окна.

(«Аргументы и факты», 12 октября 1993 г.)

В полной беспомощности своего ведомства, бездействии, но не исключено, что и в более серьезных прегрешениях, расписался Министр Государственной безопасности России Н.М. Голушко: …Сотрудники МБ сделали все возможное, чтобы решить конфликт мирным, цивилизованным путем.

(«Гудок». 16 октября 1993 г.):

*** А.С. Куликов – заместитель Министра внутренних дел РФ:

– … Особую тревогу вызывало у нас отсутствие в Москве Президента страны. Во всяком случае, на заседании Совета Безопасности его не было … ... В сложившейся обстановке отсутствие президента было ничем не оправдано и не сомневаюсь, впоследствии оно сыграло свою трагическую роль. … общество, нуждавшееся в ежедневном общении с президентом страны, вдруг ощутил о слабость верховной власти. … именно слово президента и его присутствие среди народа могли резко понизить температуру в обществе. Все это было, без сомнения, еще одним проявлением свойственного Борису Ельцину царственного эгоизма, который часто мешал ему трезво просчитывать последствия стратегических решений. (А.С. Куликов. Тяжелые звезды. Москва, «Война и мир» . 2002, стр. 170.)

 ... Сумятица охватила в тот момент все общество. -Когда началась бешеная пальба у телецентра, я целый час с симпатией думал о Грачеве. Но подкрепления все не было и не было. Симпатия пропала. Я смотрел в ящик и ждал президента. В студии (ВГТРК В.Б.) появлялись совершенно неинтересные мне люди, a Бoрис Hикoлаевич вce нe появлялся...

(Новая ежедневная газета 6 октября 1993 г.)

 Журналист П. Гутионтов вопрошал на пределе чувств:

-Где был едва ли не сутки Президент, когда убивали его сограждан?..

– Как получилось, что милиция с такой легкостью оставила огромный город лицом к лицу с бандами вооруженных (кем ?..) подонков?..

Почему опять нас, законопослушных граждан, негодная власть подставила защищать себя от еще более негодной?..

(Там же.)

Узнал, что в Москву вызваны воинские части, но с опозданием, так как долго не могли найти министра Грачева, – напишет в 2000 году в своей книге «Совершенно несекретно» (стр. 313) С.А. Филатов.

*** Все это на тот момент свидетельствовало о самой элементарной расхлябанности и безответственности в «коридорах» высшей власти России. Как можно было в те часы, вообще, покидать Кремль и спокойно обедать в «семейном кругу или в сугубо «товарищеской» обстановке!..

Вот еще одно признание:

Вячеслав Костиков пресс-секретарь Президента России Бориса Ельцина.

В.В. Костиков – пресс – секретарь Президента России: в течение долгих месяцев вести напряженную, изнурительную борьбу со смертельным врагом, чтобы в последние, решающие часы фактически полностью довериться традиционному русскому «авось». В Кремле, тем не менее, похоже, все еще не улавливали предельной остроты момента. Сразу после скомканной поездки на Арбат Борис Николаевич уехал за город, на дачу.

 (2 октября 1993 года Б.Н. Ельцин решил демонстративно пройти по Арбату, отмечавшему свое 500-летие, однако был встречен прокоммунистическими демонстрантами и «прогулку пришлось спешно прервать – В.Б.)

Помощники, с учетом того, что был субботний день, уехали часа в три – четыре. Предполагалось, что следующий воскресный день будет нерабочим. В Кремле не было никакого совещания, никакой дополнительной информации.

Вспоминая эти дни сегодня, не могу не думать об удивительном сочетании решимости и крайнего легкомыслия, если не сказать – некомпетентности … Политический механизм Службы помощников Президента и Совета Безопасности в эти дни был, как бы отключен. От первого помощника (В.И. Илюшина – В.Б.) не исходило никаких импульсов к действию, никакой информации. Все, что мы знали в эти дни, скорее от журналистов, которые были повсюду, в том числе и в Белом Доме, в кабинетах Руцкого и Хасбулатова.

Поразительное дело. 3 октября в 15-45 Руцкой отдает приказ о начале штурма здания мэрии, а помощники Президента узнают об этом из телевизионных репортажей, находясь, кто дома в Москве, кто на дачах (выделено мной – В.Б.)

Захаров Геннадий Иванович

Даже в службе безопасности Президента, похоже, такого быстрого развития обстановки не ожидали. Например, контрадмирал Геннадий Иванович Захаров, работавший в непосредственном подчинении у Коржакова, 3 октября весь день провел на даче и о том, что идет штурм «Останкино», узнал вечером, когда включил телевизор. В Кремль он приехал на электричке, потратив на дорогу три часа.

Звучит нелепо, но в Службе помощников не была предусмотрена даже возможность быстрого возвращения в Кремль. Все шоферы были отпущены по домам. Когда Виктор Илюшин распорядился, наконец, собрать помощников в Кремль, то долго пришлось разыскивать водителей … вертолет, доставивший Президента в Кремль, не ушел на место стоянки, а был оставлен на Ивановской площади. (Выделено мной – В.Б.) Это не успокаивало.

Между тем в Сенатском корпусе, где размещались кабинеты Президента и помощников, все было на редкость буднично.  Были такие ощущения, что попал в больничный корпус во время всеобщего сна. Вызваны были только помощники, но и они не владели полной информацией о ситуации. Царила напряженная тишина. … Никого из помощников в тот вечер в Кремле, во всяком случае, на президентском этаже я не видел, так что разговоры о том, что кто – то из них приехал в Кремль и «спас ситуацию», лишены оснований.

… В течение вечера я несколько раз заходил к Коржакову в попытках ответа на вопрос: где войска, о подходе которых мы постоянно информировали москвичей?.. Ответа у Александра Васильевича не было, и он не скрывал этого. У меня нет оснований укорять Коржакова в том, что он ввел меня в заблуждение. Он был сам дезориентирован рапортом Министра обороны Президенту. ... Могу сказать по этому поводу только одно – никто в президентском окружении не только не планировал, но, видимо, и не готовился к силовым контрмерам в ответ на провокации сторонников Верховного Совета … (В.В. Костиков. Роман с Президентом. М. Вагриус. 1997, стр. 247.)

 Ясно, что, когда непримиримая оппозиция перешла к активным силовым действиям, какое-то время адекватного сопротивления им просто не было. Власть находилась в растерянности, отчасти в параличе.

 (Там же, стр. 261.)

Справедливости ради следует, однако, сказать, что и сам автор, весьма ярко представивший нам обстановку полной неготовности руководства страны к чрезвычайным событиям 3-4 октября 1993 года, как высокий государственный чиновник, находившийся возле центра принятия решений и призванный в силу своей должности быть одним из самых информированных людей, тоже пребывал в состоянии не меньшего благодушия и беспечности.

– В субботу, 2 октября, – пишет он, – я уехал к родственникам в Перхушково, что в 30 километрах от Москвы, и отпустил шофера, полагая, что до понедельника машина не понадобится …

(Там же, стр. 248) …

В таком же безмятежном состоянии находились и многое другие «опорные фигуры» президентской команды:

 -3 октября Чубайс находился за городом. В лесу от «случайного прохожего» он услышат о том, что в Москве что – то происходит, поэтому немедленно бросился туда … после чего отправился к Е.Т. Гайдару на Старую площадь

 (А.В. Островский. Расстрел Белого дома М. Яуза ЭКСМО, 2008, стр. 342)

 *** Некоторые дополнительные штрихи к пониманию ситуации, сложившейся в Москве к утру 3 октября 1993 года, может дать и высказывание на сей счет заместителя Главы администрации Президента РФ В.В. Волкова:

 – … мы не ожидали именно такого поворота событий. Все в президентской команде считали, что основные силы защитников распущенного Верховного Совета локализованы внутри кольца окружения Белого дома. И представить не могли, что вне этого кольца есть столько хорошо организованных и вооруженных групп, с которыми поддерживается постоянная связь. координируются их действия. Плохо сработала наша разведка. Вполне возможно, что подлинная информация о подготовке кровавой акции имелась у прежнего руководства службы безопасности, но была преднамеренно скрыта от президента и тех , кто этой информацией должен располагать.

(«Труд». 5 октября 1993 г)

(Как говорится, все вещи должны быть названы своими именами. Высшая власть обстановку не чувствовала. ФСБ, МВД, Администрация Президента, все пропрезидентские и проправительственные аналитики неправильно определяли развитие ситуации в Москве, буквально, под своим носом, а, может быть, и сознательно утаивали от Главы Государства объективную информацию.

Из – за того, что своевременно, с упреждением, не были предприняты соответствующие меры по защите «Останкино» и Москвы в целом, были понесены многочисленные человеческие жертвы. И они в немалой степени на совести, прежде всего, силовых структур, персонально В.Ф. Ерина, Н.М. Галушко. П.С. Грачева, а также и самого Президента Б.Н. Ельцина и ближайших к нему лиц из его команды: А.В. Коржакова. М.И. Барсукова, С.А. Филатова, В.В. Илюшина …

Председатель Правительства России В.С. Черномырдин тоже проспал все на свете, а может быть сознательно позволял событиям развиваться, не вмешиваясь в их течение.)

 3 октября 1993 года. «Останкино» … Воскресенье!.. Вторая половина дня ... Если кто – то из ответственных работников и был в компании с утра, то – уже убыл … Фактически активно действующих, с распорядительными функциями людей из руководящих структур компании, – нас было всего трое – пятеро!.. И в том кипятке, который вдруг забурлил вокруг нас в «Останкино», мы едва успевали реагировать на самые взрывные, горящие ситуации.

Сам я ни на секунду не мог оторваться от средств связи, соединяющих меня с Кремлем, со Старой площадью, с Администрацией Президента, с Правительством!..

 Когда в 15-45 мне поступил звонок от директора Информационного Телевизионного Агентства (ИТА) Б.В. Непомнящего о том, что А.В. Руцкой только что призвал штурмовать мэрию и Останкино, я уже, в полной мере оценив обстановку, отдал необходимые команды, потому что все, что происходило рядом с Белым Домом и на его балконе, с которого выступал лже-президент А.В. Руцкой, видел своими глазами с мониторов в своем останкинском кабинете …

… На дежурстве в приемной Председателя «Останкино» 3 октября 1993 года был Юрий Яковлевич Птицын. Он разделил со мной все нелегкие хлопоты того дня: -Срочно ко мне начальника охраны телецентра!.. -Немедленно сюда самых старших руководителей ТТЦ по инженерной части!.. -Срочно на телефон Министра связи Булгака!.. -Ищите на связь Полторанина, Филатова, Черномырдина…. Узнавайте, на месте ли Президент!.. Кто есть из помощников Ельцина?.. – Но поперед всех – соедините с Министром внутренних дел Ериным!..

*** .. ГЕНЕРАЛ А. М. МАКАШОВ C ABTOMATОМ И УЛЬТИМАТУМОМ

Не успел я испытать даже малого успокоения от найденного решения по защите телеэфира «Останкино», как поступило сообщение, что боевики во главе с генералом А.М. Макашовым уже едут от Белого Дома в направлении «Останкино»!.

– Как едут?!. А где же милиция?!.

..Министр внутренних дел России В.Ф. Ерин снова недоступен. (В тот день было много руководящих кабинетов, в которых, технические секретари и помощники отвечали мне, что их VIP – имярек был все время «вышедшим из кабинета»

Наконец , удается выйти на какого – то милицейского начальника . Я буквально кричу ему: – Остановите боевиков! . Не дайте им прорваться к «Останкино»! .. Загородите автобусами дорогу!.. Прострелите колеса!..

Удалось соединиться с вице- премьером России Е.Т. Гайдаром. Объясняю ему ситуацию, прошу помощи. Ответ от него приходит быстро. Он переговорил с Министром В.Ф. Ериным и тот заверил его, что «команда уже дана, силы направлены, все будет в порядке.)

Кабинет Председателя телерадиокомпании «Останкино» на десятом этаже гигантского стеклянного блока телецентра, словно аквариум. Одна его стена выходит на улицу Академика Королева. Вдоль этой стены, на линии с кабинетом, расположены: приемная, зал заседаний, комната отдыха в угловой части этажа со стороны Ботанической улицы. Все эти помещения образуют как бы гигантскую смотровую площадку, с идеальным обзором пространства перед ТТЦ (Телевизионным Техническим Центром).

*** Я еще не закончил свои звонки по милицейским инстанциям, как К.Б. Игнатьев, находившийся в тот момент у меня в кабинете и стоявший возле окна, выкрикнул: – Они уже здесь!..

– Как здесь?!. За двадцать минут от Белого Дома – до «Останкино» ? !. – Кто же их пропустил?!.

(Позже появятся некоторые свидетельства о том, что на отрезке Садового кольца, между площадями Восстания и Маяковского, колонна «демонстрантов», сформированная у Белого Дома и движущаяся в «Останкино», уперлась в преграду из автомашин дивизии МВД, однако «макашовцы» были быстро пропущены по распоряжению какого – то милицейского начальника!..)

… Я подбежал к огромному стеклу, глянул вниз и увидел картину, которая никогда уже не потускнеет в моей памяти!.. … Сквозь распахнутые ворота в металлической ограде, окружающей ТТЦ, на его территорию в районе подъезда № 17 въезжает колонна военных автомобилей. Впереди – новехонький, блестящий свежей краской, словно прямо с парада на Красной площади, командирский «УАЗ». На нем укреплено большое красное бархатное знамя с гербом «СССР» посредине полотнища, обрамленного золотой бахромой и кистями. «УАЗ» (№ 66-11 МКМ) круто подъезжает почти к самому входу, останавливается, все четыре дверцы его распахиваются , из чрева автомобиля выпрыгивают люди в военной форме , среди которых я признаю генерала А.М. Макашова , и направляются к подъезду . Следом въезжают другие «УАЗы» , военные грузовики , автобусы … Вся колонна заехать на внутреннюю территорию ТТЦ не смогла, два или три автобуса остановились у бровки подъездной дороги. Из всего этого транспорта тоже разгружаются пассажиры в камуфляжной и разномастной гражданской одежде, и вскоре вся площадь оказывается заполненной множеством народа!.. Как и многие другие люди, мы не могли не задаться вопросами: – Как же могло случиться, что оказались возможными захват мэрии, свободное передвижение под «зеленый свет» через пол – Москвы автомашин с боевиками к телецентру «Останкино» и его штурм?

 (Есть данные, указывающие на то, что колонна с боевиками к «Останкино» шла в сопровождении передовой милицейской машины») (Oroнек, № 40-41, 2-18 октября 1993г., стр. б.)

Почему у столичной милиции не нашлось безопасных слезоточивых газов, чтобы раcceять митингующих?..  Почему не применили «черемуху» и резиновые пули?.. Почему не задействовали водометные установки?.. Они были на вооружении МВД! (А.С. Куликов. Тяжелые звезды. М. Изд. «Война и мир букс», 2002, стр. 151)

Где были дозоры, разведка?.. Почему ни одна силовая структура не среагировала должным образом на то, что происходило в Москве в последние дни!..  

Почему на улицах Москвы после введения Чрезвычайного Положения не появились военные патрули?.. Почему у телецентра в начале событий не было оцепления? Почему, вообще, у Кремля и у Старой площади, у силовых структур не было здравой и заблаговременной оценки ситуации?..  Почему пришлось прибегнуть к крайнему средству – к вооруженной силе и боевому оружию?

 Снова обратимся к воспоминаниям генерала А.С.Куликова, который, как видно, тоже не находил ответа на подобнее вопросы:  

После одной из ночных проверок я пришел и прямо высказал министру, что служба сотрудниками МВД выполняется плохо. Почему мало милиции вообще и где конная милиция в частности?.. Задачи на местах никто не выполняет. Нет единого и четкого руководства действиями подразделений ГАИ, патрульно-постовой службы, ОМОНа и других. Почему не задерживают за антиобщественные действия активных организаторов беспорядков? …

 (А.С.Куликов. Тяжелые звезды. М. «Война и мир», 2002, стр. 160)

К сожалению, А.С. Куликов не приводит ответа министра В.Ф. Ерина …

 ***

Что касается готовности к чрезвычайным событиям непосредственно службы охраны телецентра «Останкино», то об этом «Известия» в статье Игоря Андреева «Оборона телецентра: взгляд изнутри» сообщали, в частности, следующее:

-… на посту сначала находилась лишь четверть штатных сотрудников плюс незначительный резерв. …

во время штурма на посту оказалось не более трети штатного состава охранников («Известня»,12 октября 1993 года)

Пресса откровенно недоумевала:

… Милиции, которая меня бережет, не было нигде со вчерашнего вечера. Они разбежались, попрятались, предав своих же товарищей, нашедших мужество противостоять толпе и пролить в этом противостоянии кровь. Город славный количеством милиционеров на квадратный метр, как – то разом остался без этих самых стражей порядка. Куда – то исчез решительный ОМОН, любящий позировать прессе, пропали спецназовцы, еще недавно демонстрировавшие президенту свои эффектные трюки. («Известия», 5 октября 1993 г.)

О СОБЫТИЯХ З ОКТЯБРЯ 1993 ГОДА В «ОСТАНКИНО» ВСПОМИНАЕТ Е. В. ПОПОВИЧЕВ ЗАМЕСТИТЕЛЬ КОМАНДИРА ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ МИЛИЦИИ ПО ОХРАНЕ ТЕЛЕЦЕНТРА

 … А затем подкатился день 3 октября 1993 года. Информация по обстановке в Москве поступала очень скупая, противоречивая. От высокого начальства разъяснений не было. Мы созванивались со своими коллегами из других отделов, чтобы понять, в какую сторону склоняется чаша весов в противостоянии двух ветвей власти. Но там тоже мало что знали. Где – то в районе шестнадцати часов нашего командира полковника А.П. Якушина срочно потребовал к себе Председатель телерадиокомпании В.И. Брагин. Он быстро от него вернулся, собрал офицеров: Надо готовиться к самому худшему!.. К «Останкино» на машинах двигается группа вооруженных людей от Белого Дома!.. Они уже захватили мэрию Москвы, есть убитые и раненые среди милиционеров!.. Срочно привести все наличные силы в боевую готовность!.. Расставить личный состав по самым опасным участкам!

: Мы еще, кажется, не успели выйти из кабинета своего командира, как поступило донесение: – Вооруженная группа у подъезда № 17 …

У входа в подъезд №17

Я бросился туда!.. Генерал – полковника А.М. Макашова и сопровождавших его лиц я остановил на площадке у входа в подъезд. В небольшом отдалении от них, почти от самых ступеней крыльца, – огромная людская толпа, уже заполнившая всю улицу Академика Королева. Генерал и его телохранители вооружены автоматами. Сначала, как положено по форме обращения к старшему по званию: – Товарищ генерал – полковник!.. Ответственный дежурный по охране телецентра «Останкино» майор милиции Поповичев!.. Прошу пояснить цель Вашего прибытия на объект!..

Рядом с А.М. Макашовым два телохранителя … Оба в камуфляже и с автоматами. Сразу ко мне: – Почему с автоматом? .. – Обстановка требует!..

… Генерал совсем не был расположен разговаривать со мной «по форме»: –Слушай, майор! .. Вся власть в стране перешла в наши руки!.. Вторая группа пошла на Кремль!.. Ты остался один, который не сдался!.. Нам нужен эфир! .. Телецентр принадлежит народу!..

*** … Многое свидетельствует о том, что мятежники А.М. Макашова были, без преувеличения, шокированы отпором, который они получили уже у «порога» «Останкино». Что происходит?.. Мэрия столицы им сдалась!.. Сотни милиционеров перед ними разбежались у Белого Дома!.. И вдруг безоружное «Останкино» не сдается!.. Путчисты кричали с улицы о том, что они – представители законной власти и прибыли с официальными полномочиями от Верховного Совета РФ и исполняющего обязанности Президента, что они прибыли с «обращением» к народу России!.. Через стекла они показывали милиционерам бумаги со своими полномочиями!.. Но все было напрасно!..

 .. *** … В конце концов «… до Макашова доходит, что никакого эфира ему никто предоставлять не собирается.

После того, как я срочно доложил Председателю «Останкино» о требованиях А.М. Макашова, после того, как В.И. Брагин, с целью еще больше потянуть время и дождаться подкреплений, направил своего заместителя К.Б. Игнатьева на разговор с генералом, мы начали спешно возводить баррикады внутри телецентра, на направлениях возможных атак. Заваливали проходы у «семнадцатого» и центрального подъездов всем, чем только было можно: шкафами, столами, стульями, креслами, вешалками, тащили туда сейфы …

… А за нашу «марксистскую» обработку, между тем, взялись «демонстранты», прибывшие вместе с генералом А.М. Макашовым: народный депутат России И.В. Константинов, лидеры большевистской партии «Трудовая Россия» и др. -Вы же русские люди!.. Патриоты!.. Что же Вы служите предателю Ельцину, который вместе с кучкой олигархов грабит, распродает Россию!.. Переходите на сторону народной власти! …

Ситуация вокруг «Останкино» далее стала круто меняться. Рассчитывать на мирный исход происходившего у телецентра было уже нереально. Нужно было срочно эвакуировать людей из телецентра!  Жесткое указание об этом от Председателя телерадиокомпании В.И. Брагина мы получили сразу же, как только стало известно о призыве А.В. Руцкого захватить телецентр. Мои сотрудники обежали все этажи, простучали все кабинеты, приказывая людям немедленно покидать ТТЦ. Все, кто попадался им навстречу в коридорах, тоже предупреждались об уходе из здания. Эвакуация персонала организованно осуществлялась через подъезд № 8 (противоположный главному входу), через транспортный коридор второго этажа, по пандусу. … Трудно мне сказать сегодня, сколько сотрудников «Останкино» было эвакуировано нами тогда, но, полагаю, что около двухсот человек, не меньше …

 «Генерал грозит через три минуты начать штурм…  » . (Сергей Медведев. Документальный фильм «Штурм «Останкино». 2010 г.)

И.В. Константинов:

В эфире отказано, в переговоры с нами вступать не хотят. Эфир мы не получим. Какой смысл может иметь занятие «Останкино» для нас?.. Только один – пусть не будет нашего эфира, но пусть не будет эфира и противоположной стороне … (Там же)

Такое заявление И.В. Константинова целиком базировалось на следующем заключении аналитической записки о развитии политической ситуации, представленной Р.И.Хасбулатову

На телевидении и радио фактически существует раскол, надо всеми средствами усилить нажим и «дожать» ситуацию во чтобы то ни стало: информационная блокада должна быть пробита любой ценой, регионы должны, наконец, получить полную правдивую информацию о решении Верховного Совета и Президента.

 В противном случае, НАДО ПРИНЯТЬ РЕШЕНИЕ О ПРЕКРАЩЕНИИ ВЕЩАНИЯ ИЗ «ОСТАНКИНО» И РЕАЛИЗОВАТЬ ЕГО ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ Чисто технически прервать энергоснабжение вполне возможно – в самом худшем случае это решение продемонстрирует жесткость и решимость новой власти …

 (А. Куликов. Тяжелые звезды. Изд. «Война и мир». 2002, стр. 180 )

***,

К этому следует добавить, что так называемый Аналитический центр, обслуживавший Парламент высказал рекомендацию «не останавливаться перед самыми крайними средствами вплоть до нарушения электроснабжения «Останкино». (Там же.)

Ситуация для нас складывалась предельно неблагоприятная. Хотя количество милиционеров – защитников «Останкино» через некоторое время возросло до 46 человек (А.П. Якушин созвал своих подчиненных, находившихся на отдыхе) силы наши в связи с подъездом все новых групп «демонстрантов» . становились все более неравными и обстановка под окнами ТТЦ и ИТА накалялась с каждой минутой.

По всему чувствовалось, что трагическая развязка неизбежна. Толпа на площади перед двумя корпусами телекомпании становилась все плотнее, густела на глазах. В эту возбужденную, галдящую массу людей, продолжали вливаться новые организованные отряды экстремистов, вооруженных боевиков, прибывавших на грузовиках и автобусах от Белого Дома! ..

Без ужаса нельзя было наблюдать, как в этом людском море беззаботно исхитрялись раскатываться на велосипедах мальчишки – подростки …

Свидетельство прессы: ... начиная от метро «ВДНХ» на всем пространстве улицы Королева не было ни одного милиционера или гаишника. В течение пяти – шести часов шла отчаянная стрельба, но не был перекрыт выход из метро, и люди валом валили поглазеть. Не было даже перекрыто движение рейсовых троллейбусов и автобусов, и те подъезжали прямо под выстрелы. («Новая ежедневная газета». 6 октября 1993 г.) ***

 ( Кроме А.М. Макашова , В.И. Анпилова и И.В. Константинова, в нападении на «Останкино» активно участвовали , возглавляли его , такие одиозные «политики», как Э.В. Лимонов – председатель запрещенной в России национал – большевистской партии , С.Г. Парфенов в камуфляжной форме и с автоматом » – «МН» – 10.9.93 г.) – бывший заместитель командира Рижского ОМОНа. И.О. Маляров – лидер молодежной коммунистической организации народные депутаты России Б.В. Тарасов, Н.А. Павлов, В.Г. Уражцев, А.Л. Головин, С.А. Полозков; В.И. Скурлатов – председатель исполкома либерально – патриотического движения. Позже экстремист В.И. Скурлатов публично подтвердит своё участие в штурме телецентра.

 – Мы честно сражались и погибали 3 и 4 октября 1993 года в «Останкино» и у стен «Дома Советов». (О.П. Мороз. Так кто же расстрелял парламент, М. ИД «Русь» . «Олимп», 2007, стр. 54)

Позже станет известно, что в свите Макашова были ведущие программы «Парламентский час». Сценарием предусматривалось, что к 20 часам Информационный Центр будет захвачен, а в 21 час «победители» выйдут в эфир с обращением к гражданам России». («Куранты» , 15 октября 1993 года).

(В соответствии с этими планами и грузовик в «расчетное время» ударит в АСК – 3, и будет произведен «макашовцами» выстрел из гранатомета … )

 ... По планам, обнаруженным в московских райсоветах, утром во вторник планировалось захватить вокзалы. К этому времени в руках «повстанцев» по плану уже должны были находиться «Останкино», ИТАР – ТАСС, телеграф, телефон и ряд издательств. («Московский комсомолец», б октября 1993 г.)

**

 … Митинг, который шел у телецентра непрерывно (с 17-45 минут до 19-10) становился все злее и агрессивнее … Каждую новую колонну, прибывающую в «Останкино», встречали криками «Ура» … … Лидер ФНС (Фронта Национального Спасения) И.В. Константинов назвал взятие «Останкино» «ключом» к победе »

( « Коммерсантъ – Daily », 5 октября 1993г.) …

На всю площадь через мегафон. усиливавший его грубость и хамство, орал генералище А.М. Макашов:

-Крысы , выходите ! .. Крысы ! .. Крысы ! .. Каждому, кто выйдет добровольно , будет сохранено одно … яйцо ! .. Крысы ! .. Выходите ! .. Сопротивление бесполезно, Ельцин Вас предал . Вы окружены превосходящими силами противника.

(«Независимая газета». 16 октября 1993 г) (А.В. Бузгалин , А.И.Колганов . Кровавый октябрь в Москве. М. Эребус. 1994, стр. 65 )

– Пленных не берем … – рубанул в заключение своего ора «отвязанный» генерал.

(«Куранты», 15 октября 1993 г.)

*** Среди демонстрантов начали действовать «экстремисты и отдельные провокаторы». От митингующих отделились группы людей, которые, заблокировав движение, стали останавливать проходящие по улице троллейбусы и высаживать оттуда пассажиров.

(Л. Прошкин. Штурм, которого не было. Неизвестные страницы уголовного дела № 18 / 123669-93.

Некоторые люди, не сознавая опасности происходящего и возможных последствий для себя, захваченные буйством толпы, впадали в неконтролируемое, эйфорическое состояние: «кто – то орал в мегафон, явно для придания храбрости: Взяли Лужкова !

A толпа неистовствовала: Расстрелять!.. Нет, сначала пытать, а потом повесить!..». («Огонек» . № 40-41, 2-18 октября 1993 г. стр. 5.)

 *** – Брагин должен уйти!.. – психологически подготавливая себя к атаке, начала скандировать толпа … ( А.В. Бузгалин, А.И. Колганов . Кровавый октябрь в Москве. М. «Эребус», 1994, стр. 60.)

 *** В тот вечер, когда уже начнется стрельба у телецентра, несколько пулевых ранений на 1 – й Останкинской улице получит случайно заехавший в пекло сражения «в дупель» пьяный тракторист, к своему несчастью, не реагировавший ни на какие предостережения. Его занесут в концертную студию «Останкино» и там окажут помощь …

–*** … Дежурный Юрий Яковлевич Птицын соединяет меня с мэром Москвы Юрием Михайловичем Лужковым (по его просьбе):

Привет, Вячеслав!.. Ну, как там у тебя?.. -Сказать откровенно – хреново, но держимся!.. -Сколько у тебя милиции, сколько надежных штыков?.. -На все двери по одному человеку и то, наверное, не получится! -Я тебе помогу!..

… Ю.М . Лужков твердо остался на стороне Президента Б.Н. Ельцина, и он был единственным руководителем высокого уровня, кто конкретно поддержал «Останкино» …

Через некоторое время он снова сам позвонил: – Вячеслав!.. Я тебе из своих сил послал сто милиционеров! Больше не могу!.. Держись!

 *** Да простится мне, если я погрешу против исторической истины, но все прошедшее с той поры время меня не оставляет ощущение, что кому – то для подкрепления мотивации заранее запланированного танкового воздействия на Белый Дом очень была бы кстати самая жестокая расправа «макашовцев» над нами в «Останкино».

Этой же целью, на мой взгляд, могли быть продиктованы и звонки с требованием немедленно прекратить работу Первого канала. Несколько раз, не стесняясь ненормативной лексики, звонил Председатель Правительства России Виктор Черномырдин: Вячеслав!.. Закрывай на х … экран, уничтожай оборудование!.. Я тебя предупреждаю, ты понесешь ответственность перед государством, если эти… прорвутся к эфиру!..

– Да. Виктор Степанович!.. – отвечал я премьеру, – я лично и единственно несу ответственность за канал и поэтому сам приму решение, когда почувствую, что такой момент наступил!.. … При этом терять хладнокровие, поддаваться настроению подобных эмоциональных и взбалмошных наскоков. нам было никак нельзя!..

 Мало ли кто чего потребует или посоветует со стороны!.. Ни за чью спину прятаться не будем!..

Расположение кабинета Председателя Останкино известно всем. Среди «макашовцев» и «анпиловцев», и это нам известно, есть немало бывших и нынешних сотрудников «Останкино», которые прекрасно осведомлены, что здание телецентра не имеет никакого значения, поскольку в нем только администрация да три-четыре десятка студий. Когда толпа узнала, что на ее стороне и эти останкинские предатели, то раздались аплодисменты и восторженные крики … ) 

Реально все передачи идут из здания техцентра “АСК – 3” – напротив нас через улицу. Один из таких предателей сообщил нападавшим, что аппаратные техцентра охраняют всего несколько милиционеров что они готовы перейти на сторону парламента и согласны хоть сейчас сдаться его официальным представителям.

Из окон моего кабинета, расположенного несколько выше уровня крыши «АСК – 3», мы видим, как человек в униформе прыжками, словно кенгуру, пронесся по этой крыше, поочередно разбивая все светильники, установленные по ее периметру, и после этого верхняя часть здания Информационного Телевизионного Центра сравнялась с ночью, слилась с небом … Зачем это было сделано?.. По чьей команде?.. Зачем кому – то нужна темнота на крыше?.. Для нашей защиты или для снайперской стрельбы по тем, кто находится внизу, на площади?.. Мы, обитатели всех этажей телецентра, лицевой стороной, выходящего на улицу академика Королева, с крыши «АСК – 3», из темноты, видны, как рыбки в аквариуме …

Где – то после 18 часов в «Останкино» прибыл генерал – майор внутренних войск П.В. Голубец. Он, одетый в обычную («мирную») форму, решительно и быстро зашел ко мне, в кабинет и доложил, что прибыл на защиту «Останкино» со спецподразделением «Витязь», которым непосредственно командует полковник С.И. Лысюк.

 – Все бойцы уже получили приказ по предотвращению проникновения боевиков и демонстрантов внутрь телецентра!..

Я сердечно поблагодарил генерала, но тут же поспешил сказать ему, что главная позиция защиты, это не телецентр и не мы, перед ним стоящие. Основная цель обороны «АСК – 3»! Оно – напротив! Там находится эфирная зона! (Я подвел генерала к окну и показал ему этот объект.) 

Для П.В. Голубца мое сообщение оказалось совершенно неожиданным и вызвало у него немалое беспокойство в связи с тем, что ему в связи с моей информацией теперь предстояло передислоцировать часть подразделения на защиту ИТА через возбужденную толпу демонстрантов. Однако я обрадовал его, сказав, что наши два здания соединены тоннелем, проходящим под улицей академика Королева и поэтому бойцы спецназа могут быстро и незаметно для людей, собравшихся на площади. занять новые позиции.  Я дал ему проводников и все они буквально бегом покинули мой кабинет ..

.  Это стало весьма важным моментом в дальнейшем развитии событий. Законы чрезвычайного положения полностью вступили в свою силу. Все переходы и коридоры на этажах были блокированы. Передвижение внутри телецентра было запрещено Тоннель между ТТЦ и “АСК – 3” перекрыт. ОМОН строго контролировал оба здания …

 … Спецназовцы С.И. Лысюка в количестве 35 человек вместе со своим непосредственным командиром, и генералом П.В. Голубцом едва успели стремительным броском переместиться в здание Информационного Центра и рассредоточиться за бетонным балконом первого этажа, как обстановка на площади перешла через кульминационную точку!..  … В ту минуту, когда я разговаривал по телефону с кем – то из высоких должностных лиц как вдруг с площади сначала раздался звон разбитых стекол, заскрежетал металл, потом последовал сильный взрыв, за которым началась ожесточенная, длинными очередями, стрельба из автоматов! .. Донеслись дикие человеческие вопли!.. Я бросил трубку и кинулся к окну!.

. Господи!.. Спаси и помилуй!..

Никогда не думал, что мне в жизни придется увидеть такое!.. Это был апофеоз Гражданской войны!.. Вся площадь перед ИТА, ставшим центром боя, была усеяна павшими людьми! Чувствовалось, что многие из них мертвы, многие были ранены, некоторые пытались двигаться, старались уползти за любые укрытия … Остальные, в кого еще не попали пули, в страхе разбегались в разные стороны. сталкиваясь друг с другом и падая на бегу, будучи настигнутыми жалами смерти!.. А стрельба продолжалась, не только не стихая, а, словно бы, нарастая!.. Пулеметные и автоматные очереди, начинались и прямо над нами, на крыше ТТЦ. Пули оттуда были нацелены вниз. в человеческую массу. Они оставляли в воздухе прямо перед нашими глазами трассовые следы … Ужас происходящего дополняла картина искореженного входного портала Информационного центра с врезавшимся в него и застрявшим там армейским грузовиком!..

КАБИНЕТ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ «ОСТАНКИНО» КОМАНДНЫЙ ПУНКТ ОМОНА …

Заместитель командующего внутренними войсками МВД, генерал-лейтенант П. В. Голубец

Мой кабинет в самый разгар боя превратился в своеобразный командный пункт ОМОНа Сквозь витринные окна с большой высоты прекрасно просматривалась вся территория перед «АСК – 3», все пространство влево и вправо от информационного Центра. Как на ладони были видны мечущиеся по площади люди, убитые и раненные, лежащие перед разрушенным входом «АСК – 3», перемещающиеся бронетранспортеры.

Голубец быстро оценил все преимущества управления боем моего кабинета и, видя через окна диспозицию боевых действий, через радиомикрофон вел переговоры со своими подразделениями и БТРами.

В те горячие минуты мы поделили мой просторный кабинет на двоих. П.В. Голубец руководил боем, а я продолжая реагировать на происходящее в политическом пространстве – за рабочим столом. И если бы в кабинет влетел снаряд  из гранатомета или пулеметная очередь, что было более, чем возможно, то мы тоже разделили бы их поровну …

В какой-то момент, когда П.В. Голубец отдавал приказание бронетранспортеру №86   занять соответствующую позицию и ударить по скоплению боевиков в районе трансформаторной подстанции, в его разговор по радиоволне вклинился А.В. Руцкой и начал грубой форме угрожать, как самому П.В. Голубцу, так и командиру бронетранспортера. Лже-президент требовал выполнять только его указания, стращал трибуналом, лишением погон, обвинил в предательстве, нарушении присяги.

 … Я, слыша все это, увидел, что П.В. Голубец под словесным натиском А.В. Руцкого откровенно «поплыл», можно сказать, растерялся … Я подскочил к П.В. Голубцу: -Ну – ка, дайте мне трубку!.. Руцкой! Это Брагин говорит!.. Это ты – главный предатель России!.. И ты, сученок. будешь отвечать перед трибуналом!.. Х … тебе в грызала, а не эфир!.. «Останкино» ты не возьмешь!..

Затем я обратился к командиру бронетранспортера: -86-й 86-й!.. Не слушай этого преступника!.. Выполняй команды  своего начальника! .. Помогай оторвать яйца Руцкому!..

*** Вот как об этом вспоминает сам П.В. Голубец: -В 3-00 в сквере появился автомобиль. Наблюдатели мне доложили, выгружают ящики с гранатометами. По радиостанции ставлю задачу командиру полка на уничтожение этого автомобиля. … У меня был позывной «Утес». Вдруг вмешивается в радиообмен Руцкой и говорит: «Утec», мы тебя казним, мы тебя расстреляем. – и так далее. – Дай команду отставить. Я его сначала не узнал по голосу, радиостанция все – таки искажает тембр, но Брагин В.И узнал, попросил у меня радиостанцию и прочитал ему нотацию в понятных выражениях. Больше тот на связь с нами не выходил.

 «Издательство Республика». Москва. Осень – 93. Хроника противостояния. Издание 2 – е, исправленное и дополненное1995. стр. 412).

Газета «Известия» так сообщила об этом эпизоде боя у телецентра «Останкино». ...В самый разгар штурма, около полуночи, на частоте «милицейского канала». которым пользовались защитники «Останкино», раздался голос Александра Руцкого. Специалисты утверждают, что это возможно только в случае личного присутствия бывшего вице – президента на месте боя. Руцкой обращался к омоновцам, защищавшим телецентр. Он грязно матерился и требовал сдаться на милость своим штурмовикам. После отбытия Руцкого интенсивность обстрела пошла на убыль. («Известия», 5 октября 1993 года.)

Впоследствии лже-президент А.В. Руцкой в попытке хоть как – то отомстить мне за пощечины, которые я отвесил ему в радиоэфире. напишет: «Брагин струсил», ( А.В. Руцкой . Кровавая осень, стр. 414-416)

Что можно сказать на это?.. «Перепуганного» В.И. Брагина никто никогда и нигде, в том числе и во время штурма «Останкино», не видел, а вот насмерть перетрусившего за свою шкуру при аресте в Белом Доме 4 октября 1993 года и призывавшего на свою защиту иностранные посольства генерала А.В. Руцкого видела и слышала вся Россия!.. … Когда его (А.В. Руцкого – В.Б) и Хасбулатова сажали в автобус, чтобы везти в Лефортово, Хасбулатов был спокоен, а Александр Владимирович плакал. (А.В. Островский. Расстрел Белого Дома. М. Яуза. Эксмо, 2008. стр. 452)

Приведем и свидетельство Генерального прокурора РФ А.И. Казанника о психологическом состоянии А.В. Руцкого во время его пребывания в Лефортово: – Руцкой даже перестал узнавать людей. И фразы у него состояли почти из одного мата. (О.П. Мороз. Так кто же расстрелял парламент? М. ИД. «Русь», 2007. стр. 681)

Командир спецподразделения «Витязь» подполковник Сергей Иванович Лысюк узнал о том , что происходит в центре столицы из сообщений телеэкрана. Бросив все домашние работы, , срочно по рации связался с отрядом : …-Немедленно за мной машину ! .. (Она же доставила командирский автомат с полным боекомплектом! .. ) Родное подразделение С.И. Лысюк догнал и принял под свою команду в центре Москвы , на площади Восстания

  Но исполнить команду и продвинуться непосредственно к Белому Дому бронеотряду «Витязя» не удалось потому что ему навстречу по Девятинскому переулку, от Российского Парламента, говоря словами моих собеседников, осуществлялся массовый «кросс»!.. Ища спасения от «демонстрантов» В.И. Анпилова и боевиков А.М. Макашова, захвативших к тому моменту мэрию столицы, бес порядочными толпами в сторону Садового кольца бежали милиционеры, как рядовые, так и офицеры, в том числе и высшие!..

– В этой лавине отступающих войск были и безоружные бойцы дивизии Дзержинского … Спецподразделение вынужденно остановилось в районе площади Восстания. Обстановка непредвиденно и быстро менялась. Все ближе слышалась стрельба. Необходимо было незамедлительно эвакуировать эту потерявшую управление безоружную милицейскую массу из опасной зоны!.. Прибывший в этот район Заместитель командующего Внутренними Войсками России генерал – лейтенант Анатолий Александрович Романов скомандовал подполковнику С.И. Лысюку: – Каждому бронетранспортеру взять под охрану два – три грузовика с личным составом бойцов дивизии и следовать в место их постоянной дислокации!..

Когда построенная в соответствии с данной командой колонна двинулась в обратный путь и когда она едва миновала площадь Маяковского на Садовом кольце, поступила новая команда, теперь от Заместителя Министра Внутренних дел России, командующего Внутренними войсками РФ генерал – лейтенанта Анатолия Сергеевича Куликова : – Построиться в прежний боевой порядок, осуществить срочное выдвижение в район телецентра «Останкино» и взять его под охрану! ..

Маневрирование и перестроение боевых машин было произведено в процессе движения и головной БТР, в котором находился командир отряда «Витязь» С.И. Лысюк, не снижая скорости , успел на Сухаревской площади дать левый поворот и круто вписался в Проспект Мира, чтобы по оптимальному маршруту двигаться к улице Академика Королева и далее -к ТТЦ. За ним устремились другие БТРы спецподразделения и грузовики с бойцами.

Где – то на середине пути «Витязя» обогнала разношерстная колонна из полутора десятка транспортных средств, которую вел к «Останкино» от Белого Дома генерал А.М. Макашов. Какое – то время обе колонны даже шли рядом. Из автобусов, из милицейских грузовиков, захваченных ватагой «демонстрантов», спецназовцам, полагая, что они перешли на сторону Белого Дома и тоже едут штурмовать «телеимперию зла», что – то кричали одобрительное, махали руками!..

С. И. Лысюк вспоминал в одном из интервью: На проспекте Мира нас обогнала колонна «ЗИЛов» с эмблемами внутренних войск. это к телецентру ехали мятежники. Я запросил по радио руководство: «Что нам делать?» … «Следовать в «Останкино». «А если они откроют огонь?» – «Отвечать огнем!..» Я переспросил два раза – специально, чтобы окружавшие меня люди слышали. Командование подтвердило. «Отвечать огнем» .

Командир спецподразделения внутренних войск “Витязь”, защитившего “Останкино” Герой России Сергей Иванович Лысюк

Это был приказ. Благополучно достигнув телецентра, рассредоточились, взяли под охрану здания. Прибыл заместитель командующего ВВ генерал Голубец и принял на себя общее руководство операцией. Хотя во время марш-броска к телецентру по рации шли переговоры с командованием, ситуация у «Останкино» оставалась совершенно неясной: захвачен телецентр или нет?.. Где концентрируются боевики? – тоже вопрос!.. С.И. Лысюк принял решение – прорваться внутрь телевизионного комплекса не с главного входа, перед которым уже собралась огромная толпа, а со стороны останкинского пруда. Командирский БТР обогнул водоем справа, по 1 – й Останкинской улице, пролетел мимо Троицкой церкви и Шереметьевского Дворца, снес невысокое металлическое ограждение, сломал несколько деревьев и по ступеням пандуса подъехал вплотную к витринной стене концертной студии «Останкино» …

Буквально секунды потребовались для того, чтобы пробить вход внутрь гигантского корпyca «ACK – 1». Спецназовцы прибыли на подмогу милицейской охране ТТЦ в самый критический момент ее объяснений с А.М. Макашовым у входа в подъезд № 17. Подполковник С.И. Лысюк решительно распорядился, обращаясь к «парламентариям» от Белого Дома: – Всем немедленно покинуть здание!..

При виде столь очевидной силы возражений не последовало. После того, как выдавили на улицу всех до единого «переговорщиков», двери замкнули и забаррикадировали. Прибытие спецподразделения «Витязь» в «Останкино», казалось бы, могло породить надежду на мирное разрешение конфликта. Однако лидеры оппозиции: А.В. Руцкой и Р.И. Хасбулатов – засевшие в Белом Доме и направившие в «Останкино» боевиков А.М. Макашова и В.А. Ачалова -изначально делали ставку на массовый бунт и вооруженную конфронтацию со сторонниками Президента. Спецназовцы «Витязя» с полной серьезностью воспринимали своих противников у теле центра.

Через разведку они имели полную информацию о том, из каких регионов России, в каком количестве, каких военных специальностей и на чьи деньги поступает боевое пополнение Белого Дома. К примеру, командованию «Витязя» было известно, что незадолго до событий 3 октября 1993 года в Москву, из Приднестровья в количестве 80 человек, в полном вооружении и экипировке прибыли добровольцы из Приднестровья. Их командир, нынешний депутат Парламента этой Республики, (мои собеседники просили меня не называть публично его фамилию) лично доложил об их прибытии генералу В.А. Ачалову и тот распорядился, чтобы их приняли на довольствие и расквартирование в Белом доме.

Несколько отрядов по 25-30 человек по «запросу» Р.И. Хасбулатова прибыли из Чечни … И поэтому гранатометный выстрел со стороны боевиков – «макашовцев», направленный в защитников телецентра «Останкино» в конце концов прозвучал! . … Не скрою, как мне было тяжело задавать моим собеседникам последующие вопросы, связанные непосредственно с боевыми действиями подразделения «Витязь» у телецентра «Останкино», так и им отвечать мне.

Прошло столько уже лет, а тяжесть от сердца не отлегает с того дня- 3 октября 93года. Ведь не во врагов – чужеземцев пришлось стрелять, а в своих сограждан, русских мужиков, ставших вдруг под воздействием политических страстей непримиримыми врагами …

Прости нас, Господи!

Но главная, снижающая вину наших бойцов и нас, их командиров, правда в том, что не мы пришли их убивать!.. Это они, ослепленные лозунгами авантюристов, пришли захватывать и разрушать, а, если им не отдадут, то и убивать тех, кто не отдает!

Мы верные присяге, выполняя приказ, прибыли в «Останкино» защищать людей, защищать государственную собственность, работающую на миллионы людей! . А они пришли убивать нac!.. Видит Бог, мы хотели и делали все, чтобы избежать кровопролития!..

Мы многократно призывали их не брать оружие, опустить стволы!.. Требовали, чтобы они увели людей и не предпринимали никаких мер для штурма. Предупреждали, что если будем штурм, мы будем вынуждены открыть ответный огонь!..

Но это их выстрел из гранатомета был первым!..

Этот выстрел начал боевые действия в «Останкино»! ..

Этим их выстрелом был убит наш боец Николай Ситников. Он был одним из лучших бойцов «Витязя». Сибиряк. До увольнения в запас ему оставалось служить меньше месяца. Как позволите мне, командиру, и моему боевому подразделению реагировать на провокационное поведение наглого противника, убивающего моих бойцов?..

 – После этого я отдал разрешение на открытие ответного огня, – говорит полковник А.И.Лысюк. Генерал П.В. Голубец поддержал мое решение. Об остальном много написано. Коротко можно сказать, что мы профессионально выполнили поставленную перед нами задачу – защитили «Останкино». Хотя численный перевес был на стороне боевиков: десять к одному, мы успешно отразили три их ожесточенные атаки. Где – то к 23-00 мы полностью овладели инициативой, вытеснили атакующих от АСК – 3, с площади и из сквера … Многие наши бойцы за храбрость и мужество получили государственные награды.

Многие СМИ, особенно прокоммунистические издания, в стремлении обелить руководителей Белого Дома – инициаторов штурма «Останкино» и откровенных бандитов, выполнявших их волю, написали много неправды о подразделении «Витязь». Нам нет нужды в чем – то оправдываться. Мы честно исполнили свой долг и честь солдата России не посрамили ! ..

*** С.И. Лысюк (из воспоминаний).

.. Происшедшее в Москве 3-4 октября тоже было войной, двухдневной гражданской войной. И в ней был свой переломный момент. На мой субъективный взгляд, это противоборство у телецентра «Останкино». Логично предположить, что если бы мы не устояли перед натиском мятежников, то резко активизировались бы и силы, укрывшиеся в цитадели на Краснопресненской набережной. … все офицеры, сержанты и солдаты «Витязя», равно как и другие воины дивизии действовали уверенно, смело, решительно.

(«Труд». 8 октября 1993 г.)

 … Мои разговор с А.И. Лысюком дал мне возможность узнать и о некоторых малоизвестных эпизодах в событиях 3 октября 1993 года.

8 октября 1993 г. в «Известиях» был помещен материал под заголовком:

«МВД России заявляет: «У нас предателей не было».

 Это было заявлено, что называется, но горячим следам. Но давно замечено, что геройство и предательство в крупных исторических схватках рядом ходят.

Полковник Владимир Александрович Васильев – командир 21 – й Софринской отдельной бригады оперативного назначения внутренних войск, который тогда запятнал себя предательством, переходом а сторону А.В. Руцкого и Р.И. Хасбулатова был не единственным Иудой в воинских рядах сторонников Президента России.

 (Полковник В.А. Васильев, которому Заместителем Министра Внутренних дел генерал полковником А.С. Куликовым было приказано лично доставить оружие и боеприпасы для 180 безоружных его (В.А. Васильева) подчиненных, уже несколько часов лежавших под огнем, на земле, возле корпуса АСК – 1, этого приказа не выполнил, «бросил своих людей», «спрятался с оружием и боеприпасами в двух километрах от телецентра …». Позже он «признался в трусости и обещал смыть позор кровью»)

(А. Куликов. Тяжелые звезды. Изд. Война и мир букс, стр. 185)

Вслед за В.А. Васильевым по дороге предательства последовал и заместитель командира 21-й Софринской отдельной бригады по работе с личным составом подполковник Владимир Николаевич Енягин.

Без приказа командования он «поднял» под знамена Верховного Совета РФ едва ли не тысячу военнослужащих, плюс 30 бронетранспортеров, и двинул эту мощную группу на Москву, на «Останкино», на поддержку В.А. Васильеву.

Ситуация для подразделения С.И. Лысюка, для всех защитников «Останкино», для судьбы Москвы, да и России приобретала критически опасный характер. Им против группы В.Н. Енягина было бы не устоять и телецентр «Останкино» наверняка оказался бы в его руках, а также во власти генерала – бунтовщика А.М. Макашова! .. Катастрофическое развитие обстановки, без преувеличения, совершив воинский и гражданский подвиг, предотвратил бывший командир дивизии внутренних войск имени Ф.Э Дзержинского, заместитель командующего Московского округа Внутренних Войск по чрезвычайным ситуациям генерал – майор Игорь Николаевич Рубцов.

 Именно ему генералом А.С. Куликовым была поставлена задача: во что бы то ни стало остановить воинскую колонну В.Н. Енягина, не пропустить ее в Москву. Выбор И.Н. Рубцова для выполнения такой задачи был неслучаен. Игоря Николаевича знали в войсках как мужественного и волевого командира, и в тоже время как исключительно порядочного человека. И.Н. Рубцов остановил колонну, ведомую В.Н. Енягиным, уже на подходе с Ярославского шоссе к Московской кольцевой автодороге… До «Останкино» оставался небольшой отрезок пути! .. Это едва не закончилось для него трагически … В.Н. Енягин в бешенстве угрожал ему расстрелом на месте, прямо на дороге! .. Но это не поколебало решимости И.Н. Рубцова . Он обратился непосредственно к бойцам:

– Вот он, я – русский офицер перед Вами, стреляйте в меня!.. И проезжайте прямо по мне к своему предательству!.. Вы будете презираемы нашим народом, если выполните незаконный приказ этого самозванца – политрука!..

После этого , несмотря на все попытки В.Н. Енягина обеспечить дальнейшее продвижение колонны к Москве, она повернула назад, в свое расположение, в поселок Ашукино! ..

*** В воспоминаниях генерала армии А.С. Куликова мы находим комментарий к означенному эпизоду:

 Безусловно, мы провели тщательное расследование. Беседовали со всеми офицерами, прапорщиками, солдатами. Васильев со своим заместителем Енягиным стали взваливать вину друг на друга, что вызвало возмущение всех офицеров. Формально можно было Васильева и Енягина отдать под суд. Но, учитывая, что их действия не повлекли вредных последствий, мы ограничились их увольнением из внутренних войск.

 ( А. Куликов. Тяжелые звезды. Изд. «Война и мир бук», стр. 185)

*** ПОПЫТКА ЗАХВАТА ОСТАНКИНСКОГО ТЕЛЕЦЕНТРА СТАЛА КУЛЬМИНАЦИЕЙ ПОЛИТИЧЕСКОГО СРАЖЕНИЯ С ОРУЖИЕМ В РУКАХ .

(«Независимая газета», 5 октября 1993 года)

… ИЗ ЗАПИСКИ ГЕНЕРАЛ – ПОЛКОВНИКА А. С. КУЛИКОВА – КОМАНДУЮЩЕГО ВНУТРЕННИМИ ВОЙСКАМИ МВД РОССИИ

Макашов привел человек 500 в «Останкино». Многие из них были вооружены. Сейчас же некоторые пишут, что там вроде ничего страшного не было, да и гранатомет был в руках человека, не умеющего стрелять, и прочее. И чуть ли это ни игрушки. Но кадры зафиксировали, как люди с автоматами делали проходы в 19 часов.

Итак, Макашов стал собирать толпу, блокировать дороги, останавливать троллейбусы, выгонять оттуда гражданское население и сосредоточивать здесь тоже толпу для того, чтобы под ее прикрытием можно было взять «Останкино» … Вот такой варварский прием.

Зная, что солдаты не будут стрелять по безоружным, они решили взять массой людей. С их помощью проделать проходы. … если бы тот же Макашов, как военный, оценил бы свои бесперспективные возможности, крови у «Останкино» могло не быть. Макашова предупреждали.

Примерно в 18.30 к нему вышел начальник караула, командир взвода по охране телецентра и у дверей третьего студийного комплекса (АСК – 3 – В.Б.) предупредил Макашова, что прибыл дополнительно отряд специального назначения. Спецназовцы заняли оборону и будут выполнять приказ.

 «Поэтому я, – сказал старший лейтенант мотострелкового полка генералу, – Вас официально предупреждаю, прошу увести людей и не предпринимать никаких мер для штурма, военнослужащие будут выполнять приказ. Если будет штурм, будет ответный огонь».

Макашов проигнорировал предупреждение. Более того, он стал убеждать военнослужащих, что уже все внутренние войска перешли на сторону Белого Дома, что они последние, кто остался, что на подходе Софринская бригада и т. д. Таким образом, Макашов, как военный человек, не мог не знать, что попытка штурма телекомплекса будет обречена на провал, прольется кровь. Как военный человек, не мог не знать, что такое подразделения специального назначения, что это люди, умеющие применять и специальные средства, и оружие и поражают, как правило, с первого выстрела и т. д.

 Тем не менее он дал команду на проделывание проходов в студийном комплексе номер три. Захваченными боевиками машинами были проделаны с 19 часов до 19.10 проломы на первом этаже. Причем, эта операция прикрывалась вооруженными людьми. Когда сопоставляем съемки французского телевидения, которое находилось там непосредственно , и наши сьемки , очень хорошо видно одних и тех же людей, как они руководят этими действиями с оружием в руках , готовятся к штурму … ( Из записки А.С. Куликова , направленной 24.5.1994 г. в администрацию Президента РФ А.П. Суркову. ответственному за выпуск книги « Москва . Осень – 93) …

*** Первые мгновения этого страшного боя описаны пером журналиста Вадим Белых : … два армейских грузовика стали таранить входные двери , бить в стеклянные проемы . Вблизи хорошо было видно, как внутри здания забегали люди в касках и с автоматами. Одни из нападавших, встав перед прекратившим разрушительную работу грузовиком, с улыб кой игрался гранатометом, его товарищи клацали затворами перед разбитыми дверь ми и окнами. Непонятное мельтешение, радостные вопли и … гранатометчик нажал на спуск (выделено мной – В.Б.). Внутри грохнуло так, что заложило уши, и я на время оглох. Потом все, как в замедленном кино. Стрелок раненый осел, вдоль столба сполз, закатывая глаза, по всей видимости, командир отряда … И тут же с обеих сторон открыли ураганный огонь из автоматов …

(«Известия», 5 октября 1993 г)

Александр Королев:

Вообще же спецназовцы на протяжении всего боя прицельно стреляли только по вооруженным нападавшим.

 («Труд», 8 октября 1993 г.)

 .. После первых же минут от начала штурма «макашовцами» корпуса Информационного Телевизионного Агентства, когда грузовик ударил в парадное крыльцо здания, для людей, находившихся в нем, начались драматические, смертельно опасные минуты. Нельзя обойти вниманием и такой принципиально важный для понимания многих обстоятельств штурма «Останкино» факт, что после первого тарана здания ИТА (АСК – 3) почти сразу же состоялся и второй таран. Другой грузовик разбил правый от главного входа оконный проем …

В отличие от основного блока телецентра, который по выходным дням казался опустевшим, в ИТА телевизионная жизнь продолжалась весьма интенсивно , практически круглосуточно . И поэтому 3 октября 1993 года в «АСК – 3» , как и во все другие дни, на всех его четырех этажах было немало людей , как непосредственно занятых подготовкой программы «Время», так и из числа обслуживающего персонала. Было много женщин, машинисток и стенографисток, монтажниц, работников столовой. Вместе с телевизионщиками Первого канала «Останкино» в корпусе «АСК -3» имели свои рабочие помещения журналисты «Вестей», радиостанции «Маяк» и «Радио России».

По данным Елены Мартыновой из «М – Э» на момент штурма в здании ИТА находилось, в частности, 40 сотрудников «Вестей» и 20 работников «Радио России» Все они были блокированы там нашествием «макашовцев».

Хотя армия, в конечном счете, и поддержала Президента России Б.Н. Ельцина, но сделано это было с большой неохотой, с большим «скрипом». Вспомним, что еще на пресс – конференции 23 сентября Павел Грачев сказал, что «готов к решительным действиям, в случае, если ситуация у Белого Дома примет угрожающий оборот».                   ( « Коммерсант – Daily » , 25 сентября 1993 года.)

При этом нужно квалифицировать доклады Министра обороны РФ П.С. Грачева Верховному Главнокомандующему об отношении армии к происходящему в Москве, как самое зауряднее вранье!..

Последуем за записями в дневнике Президента России … В шесть часов вечера Указ («О введении чрезвычайного положения в Москве» – В.Б.) был подписан. Он давал дополнительные полномочия силовым структурам для прекращения бунта и кровопролития в городе.

(Напомним читателю, что Министерству обороны Российской Федерации (П.С. Грачеву) названным Указом, в частности, предписывалось: … принимать все меры, необходимые для обеспечения режима чрезвычайного положения в скорейшей нормализации обстановки, восстановления правопорядка и ликвидации угрозы безопасности граждан. С этой целью могут устанавливаться меры, предусмотренные статьями 22, 23, 24 Закона Российской Федерации «О чрезвычайном положении». – В.Б.)

… Сразу же позвонил Ерину и Грачеву.Грачев сообщил, что войска в любую минуту готовы прийти на помощь милиции, что он уже переговорил с рядом командующих, командиров полков и дивизий. В полной боевой готовности соединения готовы войти в Москву, чтобы защитить законную власть (выделено мной – В.Б.).

 (Борис Ельцин. «Записки Президента». Издательство «Огонек». Москва. 1994. Стр. 379.)

Ситуация была совершенно позорная для Минобороны России . Через одну телефонную трубку П.С. Грачев гнал «чернуху» Президенту России Б.Н. Ельцину о том, что войска готовы придти на защиту Кремля «в любую минуту», а через другую трубку тут же расписывался в своей полной беспомощности …

Вспоминает А.В. Коржаков: -… Грачев пребывал в растерянности. Как только ему сообщили, что часть боевиков «Тереховского» «Союза офицеров» собирается штурмовать Министерство обороны, он позвонил Барсукову и попросил о помощи. Михаил Иванович послал ему роту кремлевских солдат и десять офицеров «Альфы».

Голушко Николай Михайлович-министр безопасности РФ

Примеру Грачева последовал министр безопасности Голушко – тоже запросил солдат … Когда Президент услышал о кремлевских солдатах, посланных на защиту Грачева, то сильно разозлился на Барсукова: :

Вы что не знаете, что кремлевский полк должен охранить Президента , а нe министра обороны! 

Действительно странно – вся страна в войсках, а Министерство обороны само себя защитить не может

( А.В. Коржаков Борис Ельцин от рассвета по заката. М. Интербук. 1997. стр. 164)

… (Пресс – секретарь Президента России В.В. Костиков в половине пятого утра 4 октября1993 года, возвращаясь в Кремль из ВГТРК после прямого эфира , своими глазами убедится что единственным местом в Москве с хорошо организованным воинским заслоном , оказалось здание Министерства обороны России …. )

( « Голос » , № 41. 11-17 октября 1993 г. )

 После 19 часов 15 минут 3 октября 1993 года.

 Б.Н. Ельцин:

Грачев сообщает, что дал команду воинским частям идти в Москву .. (выделено мной – В.Б)

 Борис Ельцин. «Записки Президента». Издательство «Огонек». Москва. 1994. Стр. 380 .

После 20-00

 … – Я снова, видимо, уже в третий раз за этот вечер созвонился с Грачевым. Павел Сергеевич сказал, что в Москву входят войска, они будут направлены на защиту стратегически важных объектов, а также на помощь телецентру «Останкино» (выделено мной – В.Б.)

Я спросил, через сколько они будут. Он твердо ответил, что в самое ближайшее время они войдут в город.

( Там же.)

… понял со всей очевидностью, что судьба страны повисла на волоске. Армия еще не вошла в Москву – не хотела или не успела? ..

(Там же, стр. 381.)

 Еще раз позвонил Грачеву, – далее пишет Президент- Он сообщил, что войска уже в Москве, двигаются по Ленинскому проспекту, Ярославскому, другим шоссе Москвы …. К «Останкино сейчас подойдут мощные подразделения армии (выделено мной – В.Б.). Boт-вот телецентр будет полностью освобожден …

(Там же. стр. 382)

А войск в Москве не было ! ..

... Я прошу созвониться с дежурным ГАИ по Москве, чтобы он уточнил, на каком километре от «Останкино» находятся боевые части. Через несколько минут звонит начальник ГАИ России генерал Федоров. Он сообщает, что никаких войск в Москве нет. Все они остановились в районе Московской кольцевой дороги. (Выделено мной –В.Б)

Хотелось грохнуть кулаком по столу, – вспоминает Ельцин. – и крикнуть ему, как остановились, они же должны быть рядом с телецентром (выделено мной – В.Б). Но причем тут начальник ГАИ?

(Там же.)

Я старался вывести из состояния стресса, паралича своих боевых генералов (выделено мной – В.Б.). Я видел, что армия, несмотря на все заверения Министра обороны, по каким то причинам не в состоянии немедленно включиться в защиту Москвы.

... армия, численность которой составляет два с половиной миллиона человек, но в которой не нашлось и тысячи бойцов, хотя бы одного полка, чтобы оказаться сейчас в Москве и выступить на защиту города.

 (Там же, стр. 383)

*** … армия фактически с пяти до десяти часов вечера 3 октября не выполняла Указ Президента о Чрезвычайном положении. Армия колебалась. Армия не решалась поднять оружие против мятежников и фашистов. В этой ситуации достаточно было еще одной пушинки – чаша весов качнулась бы в иную сторону. То есть Президент мог оказаться абсолютно без опоры. А это означало бы конец. Армия нейтральна, милиция бессильна. Министерство безопасности хранит гордое терпение.

 (« Огонек», № 40-41, 2-18 октября 1993 г. Стр. 2.)

*** В Кремле, естественно, все больше тревожились за развитие ситуации. Коржаков остался в задней комнате, пытался управлять ситуацией. Военные уверяли его в том, что в Москву входят верные президенту части , однако руководство ГАИ докладывало, что никаких колонн нигде не наблюдает.

За полночь явился зам. А.В. Коржакова Геннадий Иванович Захаров (начальник центра спецназначения Службы безопасности Президента РФ, контрадмирал – В.Б.)  отправленный в Минобороны с заданием прояснить истинное положение дел. Посланец Кремля выглядел удрученным. По его словам, военное ведомство было парализовано. А.В. Коржаков так описывает полученную информацию:

Было около двух часов ночи. Геннадий Иванович успешно миновал все кордоны, ни разу не предъявив своего удостоверения. Дежурный проводил его до апартаментов Министра Грачева. В кабинете был полумрак, горела только настольная лампа. Из задней комнаты появился Павел Сергеевич в голубом десантном тельнике, в бриджах с подтяжками и в домашних тапочках. Заметив в комнате Захарова, удивленно спросил: – Ты кто такой? ..

( А.В. Коржаков . Борис Ельцин: от рассвета до заката. М. Интербук. 1997, стр. 167.)

… Ни на один вопрос толком доложить не мог. (Выделено мной – В.Б) («Российская газета», 3 октября 2003 года.)

*** … Б.Н. Ельцин, примерно после 2 часов 30 минут 4 октября 1993 года лично прибывает в Министерство обороны для того, как написано в его книге, « . чтобы понять , что же на самом деле случилось у Грачева . Почему войска, которые, по его словам, уже почти два часа как должны были освободить «Останкино», блокировать Белый Дом, подготовиться к штурму, на самом деле в Москву так еще и не вступили». (Борис Ельцин. «Записки Президента». Издательство «Огонек». Москва. 1994. Стр. 384.)

…. Буквально, следом за Ельциным … прибыл Черномырдин со своей охраной. Затем, в Министерство обороны приехали В.Ф.Ерин, Ю.М. Лужков, В.И Панкратов и С.А. Филатов

*** Заседание закончилось в 3 часа 40 минут.) –А совещание … – вспоминал Г.И. Захаров , – это нужно было видеть . Длинный стол, во главе Ельцин. Никто из генералов не поднимает головы …

(«Московский комсомолец». 3 октября 1998 г.)

*** В.В. Костиков – пресс – секретарь Президента РФ:

Между утверждениями Грачева о том , что он отдал приказ войскам идти в Москву и их реальным входом в столицу прошло долгих и мучительных 11 часов . Все эти часы демократия в России висела буквально на волоске.

 (В.В. Костиков. Роман с Президентом. М. Вагриус. 1997, стр. 254.)

Столь драматический коллапс в отношениях Президента страны и его Министра обороны в момент попытки государственного переворота послужит основанием крайне неприятного для Б.Н. Ельцина вопроса, который ровно через год ему задаст главный редактор газеты «Московский комсомолец» П. Н. Гусев в «ОТКРЫТОМ ПИСЬМЕ»:

– Разве не Грачев предал Вас и свой народ в октябрьские дни прошлого года , не вводя войска и не оказывая помощи задыхающейся демократии ? ..

 («Московский комсомолец » . 22 октября 1994 года)

Подобные настроения в те октябрьские дни охватили многих: – П.С. Грачев, конечно, не мог не знать реального положения вещей. Почему же этот «лучший министр обороны», как назвал его Б.Н. Ельцин. водил своего начальника за нос? Только ли потому, что, не хотел огорчать шефа «плохими новостями», как это вообще заведено у чиновников?.. Нет, конечно, не только поэтому. Думается, все три ельцинских силовика во время сентябрьско – октябрьских событий не проявляли излишней прыти по понятной причине. П.С. Грачев, В.Ф. Ерин. Н.М. Голушко – просто выжидали, чья возьмет, на чью сторону склонится чаша весов. Не исключаю: еще чуть – чуть, и они – а вместе с ними и их подчиненные – могли бы оказаться на другой стороне баррикад. 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *