«Женская история Битлз»

01.12.2023
396

В распаде «Битлз» виновата Йоко Оно? В издательстве «НЛО» выходит книга Кристины Фельдман-Баррет «Женская история Битлз» в переводе Ольги Новицкой. Arzamas публикует фрагмент о том, почему фанаты так и не смогли принять и полюбить жен Леннона и Маккартни — Йоко Оно и Линду Истман

Самой заметной и обсуждаемой женщиной в истории «Битлз» считается японская художница-концептуалистка Йоко Оно (1933 г. р.). В каждой биографии «Битлз», написанной после распада группы, Йоко Оно посвящено больше страниц, чем любой другой даме битловского сердца. В книжной версии «Антологии „Битлз“» вхождение Йоко в жизнь Джона, а затем и группы занимает целых четыре страницы, в то время как прочие подруги и супруги упоминаются лишь походя и постольку-поскольку. Будучи главной женской персоной битловского нарратива, Оно также остается самой неоднозначной из всех их возлюбленных. Она — единственная героиня этой битловской сказки, которая одновременно позиционируется и как желанная принцесса (Джон Леннон), и как злая колдунья (некоторые инсайдеры и фанатки «Битлз»). В лаконичном изложении историка культуры Эрин Торкелсон Вебер это звучит так:

«В истории „Битлз“ Йоко Оно — персонаж, вокруг которого не утихают распри. Несмотря на всплеск настроений „за Йоко“, который начал набирать силу в декабре года после убийства Леннона, и последовавшую за этим переоценку ее творчества и музыки — особенно усилиями пред­ставителей панка, постпанка и других альтернативных и андеграундных сцен и сообществ, — некоторые поклонники „Битлз“ и музыкальные критики по-прежнему не понимают и не любят Йоко Оно» .

Эта полярность также свидетельствует о степени напряжения и хаоса, захлестнувших мир, где пребывали подруги и жены «Битлз» как во время активной творческой деятельности группы, так и после ее распада.

Джон Леннон и Йоко Оно. 1970 год© Mondadori Portfolio by Getty Images

Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр признавались, что поначалу постоянное присутствие Йоко Оно на сессиях звукозаписи в году их удивляло, а порой раздражало. Это отношение заметно в документальном фильме Let It Be (1970), который тогда снимали. Приглашать в студию постоянных посети­телей не полагалось, и это правило распространялось на жен и подруг. Хотя Йоко Оно и не думала разрушать «Битлз», после распада группы можно найти огромное количество намеков на то, что она все-таки приложила к этому руку. Так, образ «лезущей не в свое дело подруги», который в битловском нарративе якобы ассоциируется с Йоко Оно, можно найти, например, в This Is Spinal Tap (1984) — художественно-рокументальном фильме о вымышленной рок-группе и в американо-новозеландском телесериале HBO «Полет конкордов» (Flight of the Conchords) (2007–2009). В первом сезоне этого сериала есть серия под назва­нием «Йоко», одного из участников музыкального дуэта без конца склоняют за то, что он связался с новой девицей, которая отзывается на имя Йоко. Кроме того, предположение, что Оно каким-то образом удалось в оди­ночку прикон­чить обожаемую во всем мире рок-группу, активно высмеивается в английском псевдодокументальном фильме-пародии «Убитлз, или Ливерная четверка: Все, что нужно, — это бабло» (The Rutles: All You Need Is Cash) (1978), Рон Злобник (Ron Nasty) (персонаж с говорящей фамилией — пародия на Лен­нона) предстает перед нами со своей новой барышней, у которой тоже гово­рящее имя — Янетакая (Chastity), по сюжету — «простой немецкой фройлен, отец которой изобрел Вторую мировую войну» (внятная отсылка к Гитлеру), и к тому же художницей, ратующей за «деструк-арт»; она создает скульптуры, просто сбрасывая их с крыш многоэтажек. В единственной сцене, где появ­ляется Янетакая, на ней фашистская форма. По словам соавтора сценария, британского комика и актера Эрика Айдла, члена комик-группы «Монти Пайтон», Джону и Йоко такое превращение архетипической «Йоко» в дочку Гитлера показалось феерически смешным. Поношение Йоко Оно во время и после распада «Битлз» было настолько гипертрофированным, что, вероятно, ей и Леннону оставалось только смеяться над абсурдностью происходящего.

Ради Йоко Оно Джон Леннон в 1968 году оставляет свою жену Синтию. В том же году, вскоре после точки в отношениях Маккартни и Джейн Эшер, начнется роман Пола и американской фотожурналистки Линды Истман (1941–1998). К марту 1969 года обе пары поженились: оба рок-короля обрели своих королев. Многие поклонницы, едва ли не большая часть аудитории, отнеслись к этим союзам в высшей степени неодобрительно. Если Джейн Эшер и Патти Бойд публично воспринимались как идеальные партии для битлов, то и Йоко Оно, и Линда Истман считались, по крайней мере вначале, совершенно не пригодными для этой роли. Как позднее отметит Пол Маккартни: «Народ предпочитал Джейн Эшер… Вот Джейн Эшер годилась» . Подобно Эшер с Бойд, Оно и Истман происходили из знатных семей и профессионально состояться попытались не на самом типичном для женщины поприще: Истман — в фотографии, а Оно — в мире искусства. Обе моментально подверглись шовинистским нападкам. Истман была в разводе и одна воспитывала дочь. У Оно тоже была маленькая дочь, кроме того, Йоко была на семь лет старше Леннона. Некоторым поклонницам «Битлз» казалось, что Линда Истман буквально свалилась Маккартни как снег на голову, а он и опом­ниться не успел, как уже оказался на ней женат. Большинство фанаток не были в курсе, что Пол и Линда познакомились в 1967 году и два года продолжали общаться. Зато достоянием общественности стали матримониальные статусы Джона и Йоко: они сошлись, когда каждый из них официально еще находился в браке. У многих это вызывало осуждение, если не возмущение. И конечно, английская публика точно была не в восторге от того, что Линда не англичанка, а американка, несмотря на «особые отношения» «Битлз» с Соединенными Штатами, а также на развитие в 1960-х мировой глобализации, которая способствовала росту межнациональных и межкультурных романов.

Линда Истман и Пол Маккартни в день свадьбы. Лондон, 12 марта 1969 года© C. Maher / Daily Express / Hulton Archive / Getty Images 

Пол Маккартни и Линда Истман поженились 12 марта 1969 года. Статус Маккартни как последнего холостого битла, которого женили — в комплекте с якобы внезапностью этого решения, — стал огромным ударом для поклонниц Пола. Как пишет в своих мемуарах Кэрол Бедфорд, входившая в ждавшие битлов у студии ряды Apple Scruff , «каждая поклонница Маккартни надеялась, что он никогда не женится. Даже если бы он это сделал, они все считали, что избранницей имела право стать только Джейн Эшер, его подруга на протя­жении многих лет» . Если битломания была замешана на безграничной радости и энергии, то толпа, встречавшая новоиспеченных мистера и миссис Маккартни, когда они появились на пороге Старой Мэрилбонской ратуши в Вестминстере, была охвачена отчаянием и агонией. В ночь накануне свадьбы Пол слышал за воротами своего дома женские рыдания. Но были и такие поклонницы, которые рыданиями не ограничились.

Нападки прессы, преследовавшие Линду Маккартни в течение нескольких лет после ее свадьбы с Полом — особенно когда она присоединилась к нему в группе Wings, — отчасти могли быть инициированы именно этой группой поклонниц.

Дерек Тейлор, который был первым «пресс-атташе» «Битлз», а позднее отвечал за взаимодействие с прессой в основанной группой компаний Apple Corps, вспоминал, что материалы в ежемесячном малотиражном фанзине «Apple Scruffs мансли бук», который начали выпускать некоторые из этих фанаток, иногда становились «особенно ядовитыми, когда речь заходила о Линде». Журналист Пол Дю Нойер с полным основанием утверждает, что, в отличие от Джейн и Пола, которые, как «золотая парочка», купались во всеобщей любви, Линду с порога встретили так же, как и приснопамятную американскую «разведенку» Уоллис Симпсон, из-за которой потерял голову король Эдуард VIII. Несмотря на то что Линда Истман была еврейкой, этот штрих ее биографии прошел практически незамеченным. Эрин Торкелсон Вебер отмечает, что в прессе было несколько упоминаний о ней как о «еврейской принцессе» — так уничижительно называют избалованных и очень богатых девушек из американских еврейских семей, тем не менее в фокусе внимания ее национальность не находилась. И пусть очаги антисемитизма в мире никогда не исчезали полностью, можно с уверенностью заявить, что хотя бы этот предрассудок в отношении брака Маккартни публично никем не муссировался.

Йоко Оно и Джон Леннон. 1968 год© Susan Wood / Getty Images

С куда более злобным приемом столкнулась из-за своего японского происхождения пассия Леннона. Первоначальные обвинения в том, что она расчетливая проходимка, стремящаяся получить деньги и еще большую популярность через «постель битла», со временем дополнились расистским подтекстом, когда ее «уродливость» стали противопоставлять «красоте» блондинки Синтии Леннон. Если к Истман приклеился ярлык янки-соблаз­нительницы, то Йоко Оно изображали «азиатской ведьмой». Феминистка-исследовательница Марсия Р. Либерман напоминает современным читателям, что ведьмы и колдуньи в сказках порой не только предстают в разных магических обличьях, но и часто изображаются как представительницы какой-то иной сказочной расы. В мемуарах инсайдера «Битлз» Тони Брамвелла Йоко Оно именуется «злой колдуньей Востока» (главный отрицательный персонаж классической детской сказки Фрэнка Баума «Удивительный волшебник из страны Оз») и «принцессой тьмы». Многочисленные попытки Йоко подкараулить Леннона у его загородного дома под Лондоном — часто в его отсутствие — предстают в изложении Брамвелла подлинным ужастиком:

«Необъяснимые визиты в Кенвуд продолжались в любую погоду. Время от времени, когда Джон приезжал домой, он видел фигуру Йоко, застывшую в отдалении как темный соляной столб…» 

Отношение Брамвелла к Йоко было ожидаемо неприязненным и особенно не отличалось от преобладавших в 1960-е настроений. Пренебрежительное отношение к Оно прослеживалось и в японской прессе, хотя там унизительные комментарии скорее были связаны с тем, что она роняет в глазах обществен­ности образец японской женственности. Японские журналисты также не могли взять в толк, почему такая международная звезда, как Леннон, за которого, стоило ему только захотеть, «пошла бы любая женщина в мире», выбрал в подруги сердца такую ни на кого не похожую разведенку «с прошлым», да еще и старше себя.

Джон Леннон и Йоко Оно поженились 20 марта 1969 года. После ряда неудач­ных попыток заключить брак в разных странах Европы бракосочетание состоя­лось на Гибралтаре. Казалось бы, свадьба — дело глубоко частное, но это собы­тие и то, что ему предшествовало, с документальной точностью воспро­изве­дено в песне The Ballad of John and Yoko, которую «Битлз» выпустили отдель­ным синглом 30 мая 1969 года. Он станет последним синглом группы, поднявшимся в британских чартах до первого места, и отныне единственной вдохновитель­ницей творческих устремлений Леннона будет Йоко. Леннону вре­залось в память, что местом проведения церемонии стал один из «…Геркулесовых столпов, причем одно время считалось, что это самый край света, что симво­лично». Древние названия этой скалы подтолкнули Леннона и Оно к играм с более широкой метафорой; здесь был не только «предел мира», но и вход для обоих в новую жизнь. По мнению Джона, этот путь должна была возглавить Йоко. Позднее Леннон будет утверждать, что в 1965 году написал для «Битлз» композицию Girl о своем идеале женщины, а когда встретил Йоко, то распознал в ней лирическую героиню. В дальнейшем появятся песни, уже посвященные именно ей: наиболее известные из них — Oh, Yoko! (1971) и Woman (1980).

Йоко Оно. 1967 год© Mirrorpix via Getty Images

В неопубликованном интервью с Оно — его выход предполагался в амери­канском женском журнале «Космополитен» в 1974 году — должна была появиться заповедь художницы и журналистки Кэролайн Кун: «Йоко Оно — образец бесстрашной художницы и женщины нового мира; ни за что не при­соединяйтесь к мизогинистской клевете против нее». Йоко Оно действительно была женщиной нового типа, как, кстати, и Линда Маккартни, пусть даже совершенно в ином роде. Отличия между ними зиждились на том, как каждая воспринимала себя и свой путь в мире. Подобно Астрид Кирхгерр, Истман и Оно чувствовали уверенность в себе и с гордостью несли собственную индивидуальность. Обе воспитывались в привилегированном круге, посему родительские ожидания им следовало оправдывать традиционными для представительниц высшего общества способами, что обе до определенного момента и делали: и та и другая получили высшее образование в США (а Оно еще и в Японии), и та и другая вышли замуж в первый раз в возрасте примерно двадцати лет. Однако, подобно героиням книги Бетти Фридан «Загадка женственности», и ту и другую манило нечто большее, чем брак и семья.

ИСТОЧНИК: Арзамас https://arzamas.academy/mag/1204-feldman

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *