ПОЧТИ ЗАБЫТОЕ ИНТЕРВЬЮ

17.12.2023
356

Минувшая неделя невольно объединила два события. В понедельник 10 декабря исполнилось 80 лет Юрию Светову журналисту и политологу, с которым мы знакомы не одно десятилетие. А в субботу 16 декабря на Смоленском кладбище в Санкт Петербурге был похоронен проживший только 60 лет Андрей Константинов- журналист и писатель, крупнейший исследователь и знаток криминального мира Санкт Петербурга 90-х. В 2006 году два этих талантливых человека встретились на страницах журнала “Экспресс”, выходившего тогда тиражом 500 тысяч экземпляров. Главным редактором этого журнала для пассажиров был я, а Юрий Светов заведовал нашим корпунктом по Северо-Западу.

Андрей КОНСТАНТИНОВ: «КРИМИНАЛЬНЫЕ ЛИДЕРЫ 90-х годов ТЕПЕРЬ В ИНОМ МИРЕ»

У Андрея Константинова незаурядная судьба – военный переводчик, служба в арабских странах, потом журналист, исследователь криминального мира России и Петербурга, писатель. Его книги читают взахлеб, о них спорят, равно как и о фильмах, снятых по этим книгам. Один из самых ярких персонажей носит кличку «Антибиотик», в  буквальном переводе означающую «против жизни». Ушли ли такие люди из российской жизни?

Константинов (Баконин) Андрей Дмитриевич
Писатель, журналист. Председатель совета директоров ЗАО «Ажур Медиа», главный редактор журнала «Ваш тайный советник».
Родился 30 сентября 1963 года. Окончил восточный факультет Ленинградского государственного университета по специальности «историк-арабист» (1986).
В 1986–91 гг. служил военным переводчиком в странах Ближнего Востока и на территории СССР. Подполковник запаса.
В 1991 году стал криминальным репортёром газеты «Смена», в 1993 году — заведующим криминальным отделом газеты. Был организатором агентства журналистских расследований «АРС». В 1994–96 гг. работал собственным корреспондентом газеты «Комсомольская правда» по Санкт-Петербургу и Северо-Западному региону. В 1996 году возглавил службу журналистских расследований издательского дома «Шанс». С 1998 года — генеральный директор и главный редактор информационно-аналитического агентства журналистских расследований «АИР» (сейчас — медиа-группа «АЖУР»).
Автор (самостоятельно и в со- авторстве) художественных и документальных книг, посвящённых криминальной и детективной тематике. Сопродюсер шведского телефильма «Русская мафия». Автор сценария фильма «Бандитский Петербург» (совместно с В. Бортко). Соавтор сценария фильма «Честь имею!», удостоенного премий «ТЭФИ» (2004) и «Золотой орёл» (2005) как лучший минириал.
Преподаёт на факультете журналистики Санкт-Петербургского государственного университета. Редактор учебного пособия «Журналистское расследование. История метода и современная практика». В 2004–11 гг. — председатель Санкт-Петербургского союза журналистов. Автор идеи конкурса «Золотое перо». Советник губернатора Санкт-Петербурга на общественных началах по вопросам культуры и СМИ. Секретарь Общественного совета при ГУ МВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
Лауреат премии Союза журналистов России, премии «Русский детектив».
Награждён медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, почётным дипломом Законодательного Собрания Санкт- Петербурга.
Женат, имеет сына и дочь

«Кто есть кто в Санкт-Петербурге», 2023

– Сколько книг написали?

-Тут сложная математика, некоторые выходили сначала в одном томе, потом становились двухтомниками. (открывает книжный шкаф, начинаем считать вместе). Больше 40 плюс учебник «Журналистское расследование». Совокупный тираж за 13 лет около 20 миллионов. Переводы были на шведский, финский, датский, болгарский языки.

– Что экранизировано? 

9 книг. Сейчас по «Журналисту» для «Первого канала» режиссер Александр Черняев снял 8 серий. Одновременно писалась «Рота» и снимался фильм по ней «Честь имею!». Вообще-то права на экранизацию проданы   на все книги. На последние из них права покупали  фактически до того, как они были написаны. Это сказывается на работе, пишешь в состоянии долженствования.

– Как Достоевский?

Не совсем корректное сравнение. Федор Михайлович был весь в долгах и писал, чтобы с ними рассчитаться. Я уже могу обойтись без денег, которые принесут новые книги. Работаю над тем, что по душе. Но если знаешь –   написанное будет издано, чувствуешь себя спокойнее.

– Спрос на вас не снижается?

Дело не во мне. Из-за бума сериалов существует кризис с внятным литературным материалом. Откровенно говоря, сегодня литературное и телевизионное пространство загажены халтурой. Те, кто раньше делал качественные вещи, снизили уровень своей работы. Причин тут две. Внутренняя –  самих авторов, из одного колодца нельзя черпать бесконечно, не пополняя его знанием реалий современной жизни. А внешняя – телепроизводители просто оглушают их деньгами и люди берутся за все, что ни предложи.  Не всякий способен, как мой друг композитор Игорь Корнелюк, отказываться от того, что ему не по душе.

– Вами написаны «Бандитский Петербург»,   «Коррумпированный Петербург», «Мошеннический Петербург».  Какого эпитета город заслуживает сегодня? Это вовсе не эпитеты, которые носил город в определенные периоды времени. Я постоянно выслушиваю  обвинения, будто бы из-за меня в общественном сознании утвердился брэнд «Бандитский Петербург». Поясняю. Как журналист начинал в газете «Смена», написал статью «Петербург бандитский» (с отсылкой к  есенинской «Москве кабацкой»), а редактор Влад Чертинов предложил назвать «Бандитский Петербург». В Москве в криминальном мире правили воры, в Петербурге они тоже были, но власти не имели, она принадлежала бандитам.

Я как специалист написал об одной из граней городской жизни. Петербург многогранен, существует музыкальный Петербургу, театральный, балетный и т.д. Назвать фильм «Бандитский Петербург» было идеей режиссера Владимира Бортко. Я не писал роман с таким названием, у меня есть двухтомная документальная книга с таким названием. Не моя вина, что об иных  гранях городской жизни писали скучно, а мой рассказ прозвучал ярко, выпукло, даже конъюнктурно, пришелся к месту и времени. Фильм появился, когда после убийства Галины Старовойтовой федеральные СМИ начали раскручивать брэнд Петербурга как криминальной столицы России. Это полная чушь. В нашей стране нет и никогда не было криминальной столицы, в этом мире царит феодальная раздробленность.

–  Фильм политики использовали в своих целях? 

Городские власти в то время говорили о возрождении Петербурга как культурной столицы, а им в ответ преподносили криминальную столицу. В первых 15-ти сериях «Бандитского Петербурга» была приведена  благодарность за помощь губернатору Владимиру Яковлеву. Так кое-кем она воспринималась как издевка. На самом деле я глубоко уважаю Яковлева, что он помог снять фильм. Когда мы к нему пришли за поддержкой, он сказал: «Знаю, что фильм будет использован против меня, но мне нравятся книги Андрея. Денег дать не могу, другим поспособствую». Был использован административный ресурс, дачу Антибиотика снимали бесплатно на резиденции К-5. Кстати, пресловутый черный пиар по поводу криминальной столицы помог Яковлеву выиграть выборы, ибо у петербуржцев был внутренний протест и несогласие с навешиванием такого ярлыка.

– Какой же эпитет подходит Петербургу?

Во все времена город заслуживал самых разных эпитетов. Даже культурной столицей назвать сложно, например, в Москве театральная жизнь явно ярче. Санкт-Петербург скорее духовная столица, осталась самобытность, необычность, петербуржцы не утратили оригинальность. Для меня он столица красоты, имперский город с соответствующим размахом и величием. Я поддерживаю передачу сюда части столичных функций, саммит «восьмерки» доказал, что мы превращаемся в дипломатическую столицу России.

– Были реальные прототипы у  персонажей ваших книг?

В каждой художественной книге прототипы есть процентов у 70 героев. Но трудно сказать, что в них осталось от прототипа, а что выдумано. Андрей Обнорский в «Журналисте» отнюдь не я, это калька с меня, но раскрашенная по-другому. В литературе нет 100% вымысла или  100% правды. И в документалистике есть искажения,  вызванные искренними заблуждениями автора. Недаром говорят: «Врет,  как очевидец».  Прототип Антибиотика не был вором, я взял его характер, его злую иронию. Хотя он убит, имя не назову, многие бы удивились, кто это был.

Приходилось выслушивать претензии от них, их родственников? 

Опосредовано, не от основных персонажей, а от второстепенных. Мне рассказывали. что несколько девушек примеряли на себя образ секретаря прокурора из «Адвоката». Я там описал  забавы прокурора с этой секретаршей, мне многие тогда говорили – ну, ты загнул. Потом уже стали известны развлечения в бане министра юстиции Ковалева и похождения человека, похожего на генпрокурора, получилось, предугадал.  Читатели порой сообщают мне о прототипах,  которых я никогда не знал.

Вот еще история. У Барона – его     сыграл Кирилл Юрьевич Лавров – был прототип Алексеев по прозвищу Горбатый. Когда-то давно к Лаврову на улице подошел человек, поблагодарил за актерскую работу  и предложил свою помощь, вручив визитку с надписью «главный специалист по антиквариату». Как-то после съемок фильма он рассказал эту историю, и оказалось,  что это и  был Горбатый, вот ведь как сошлось. Кирилл Юрьевич говорит, что в Америке живущие там русские до сих пор узнают его по этой роли.

–  Какова судьба криминальных героев той эпохи?

В основном все убиты, знаковых людей в Петербурге почти не осталось. Со многими из них встречались, кофе пили, новостями обменивались, они были важными источниками знаний о том мире. Потом такого человека убивают, знаешь, что был он не очень хорошим, а жалко все равно.

– Многие представители правоохранительных органов любят повторять слова Глеба Жеглова: «Вор должен сидеть в тюрьме». По вашим наблюдениям, всегда  возмездие настигает нарушителей закона?

Очень не часто. Когда милиционеры повторяют  жегловские слова, не мешало бы и себя в виду иметь. Представители правоохранительных органов и воруют, и в коррупционных схемах завязаны. Помните, Остап Бендер посылал Корейко книгу про американских миллионеров с отчеркнутой фразой, что все крупные состояния нажиты нечестным путем. Я не строю иллюзий о  бизнесе начала 90-х, он, по определению, не мог быть белым и пушистым. Тогда ничего не существовало без крыши, за нее платили огромные деньги. Так какая разница, бандитская это была крыша или милицейская?

– Существуют сегодня в Петербурге люди,  которых пресса  именует  «авторитетными предпринимателями»?

Конечно. Они легализовались, но их биография   никуда не делась, внутренне они не очень изменились. Вопросы к государству, которые разрешает такому человеку легально вести бизнес, платить налоги  и принимает от него эти налоги. С одной стороны, вроде бы есть люди, с которыми за один стол нельзя сесть, а с другой – им позволяют строить церкви, поддерживать спортивные команды, памятники ставить. Вопрос репутации в России в принципе гипотетический. Ведь порядочный человек не ворует не потому, что могут поймать. Он войдет в универмаг, где все продавцы спят крепким сном, и все равно ничего не возьмет.

– Вы  возглавляете  Союза журналистики Петербурга, преподаете в петербургском университете, читаете лекции и проводите мастер-классы в разных городах страны, учебник написали. Каков нынче уровень профессионализма питерских СМИ и работающих в них людей?

К сожалению, крайне низкий. Остался очень тонкий слой профессионалов. Понимаете, основа журналистики – просто мастеровитые люди, а их нет. Самых талантливых из молодых словно пылесосом вытягивает в Москву. Наши журналисты любят хвастать, что они из Питера, хотя  городские масс-медиа по уровню развития на пятом месте в стране, уступая не только Москве, но и Екатеринбургу, Новосибирску, Ростову. Проигрываем им по энергетике людей, работающих в СМИ. По себе знаю, что студенческая аудитория в Волгограде и Краснодаре более живая, вопросы у них умнее.

– Когда-то вся страна смотрела телевидение из Петербурга. С осени «Пятый канал» становится доступным практически всем российским телезрителям.  И что они смогут увидеть? 

Я на «Пятом канале» не работаю и за них отвечать не могу. В прошлые времена смотрели, потому что другие каналы были хуже, теперь они ушли далеко вперед. Думаю, поначалу не все будет блестящим. Но вещание «пятерки» на Россию важно и нужно для развития нашей журналистики. Невероятных рейтингов вряд ли  достигнут,  но есть надежда!

– Какова судьба жанра журналистских расследований? Весьма часто они задевают власть, а она этого не любит, в любой стране, не только у нас.

Вопреки распространенному мнению, я считаю журналистское расследование   не жанром, а методом. С его  помощью можно добыть информацию и превратить ее в материалы разного жанра.   Журналистское расследование было в царской России (Гиляровский, Дорошевич) и  в советское время (Ваксберг в «Литгазете», «Фитиль»). «Архипелаг ГУЛАГ», по большому счету, историческое журналистское расследование в виде книги. Памятник гражданскому мужеству Солженицына, написавшего его в советское время здесь на родине, а не в эмиграции. Власть властью, но у журналистов срабатывают прежде всего внутренние тормоза. На семинаре одна девочка мне пожаловалась, написала, мол, критический материал про администрацию, теперь квартиру не дают. У молодых журналистов часто такие воззрения – хотим быть независимыми и популярными расследователями, а те, кого  разоблачаем, должны давать нам деньги, квартиры, награды. Выбираешь борьбу, будь готов к ссадинам и ушибам.

– Много шума наделало участие сотрудников «АЖУР» в задержании опасных и казавшихся неуловимыми преступников.

Было несколько таких историй: «Малыш», один из убийц депутата Новоселова, банда Телепата, последняя по времени – боевая организация нацистов-экстремистов. Разумеется,  они не приходили к нам по доброй воле. Но милиция много чем загружена и перегружена, а мы могли заниматься только данным конкретным делом. Плюс очень хотели добиться результата. Не обошлось без удачи, а она пришла, потому что много чего умеем. Мой заместитель по «АЖУР» Евгений Владимирович Вышенков очень талантливый оперативник.

– Реакция милиции была болезненной?

Там разные люди работают, но восторга не было. Когда работали по банде Телепата, Вышенкова на сутки в камеру упекли.

– Что за история с награждением ваших сотрудников?

Убийство Виктора Новоселова 20 октября 1999 года

Когда убили Новоселова, рядом с местом происшествия задержали человека. Он отсидел 10 суток и вышел с изрядно пошатнувшимся здоровьем. Однако 5   милиционеров получили награды за поимку киллера.  После задержания «Малыша» меня и еще 2 сотрудников руководство ГУВД и администрация города  представили к государственным наградам. Однако полпредство ходу ему не дало. Чисто российская история, вызывающая у меня улыбку, когда награждают непричастных. Спустя много времени я и Вышенков по приказу  министра Грызлова получили   медаль «За боевое содружество». Вручили ее буквально на ходу, попросив никому об этом не рассказывать.

– Недавно вас наградил медалью Президент России. Какая формулировка в указе?

«За заслуги в области журналистики и многолетнюю творческую деятельность».

– А боевые награды у вас есть?

Два года я прослужил в учебном центре в Краснодаре, год в Южном Йемене и 3 года в Ливии.  В Йемен уехал после 4 курса, и Министр обороны СССР досрочно присвоил мне звание лейтенанта. Вернулся в университет доучиваться и военкомат никак не мог понять, почему студент должен получить офицерскую книжку. Есть ливийский орден сентябрьской революции 2-й степени, много позже получил медаль воина-интернационалиста.

 – Вы лично знакомы со всеми руководителями города в постсоветский период. Помогает это в работе? Как откликнулся Смольный на книгу «Коррумпированный Петербург»?

Была весьма быстрая реакция. Правоохранительные органы в администрации города курировал тогда некий Олейник, один из героев книги. Губернатор Яковлев вызвал его к себе, положил книгу и сказал: «Поступая на работу, ты мне об этом не говорил. Если правда, увольняйся, коли ложь – подавай в суд». Тот написал заявление об отставке. Сейчас наша книга «Коррумпированная Россия» лидер продаж среди документальной литературы. 19 мая к нам в «АЖУР» приезжала губернатор  Матвиенко поздравить с 10-летием агентства. Дарим ей эту книгу и она говорит: «Слава Богу, что не новое издание «Коррумпированного Петербурга». Валентина Ивановна тепло и по-человечески хорошо относится к нам. У нас нет прямых отношений зависимости, но журналисты тоже люди, доброе слово им приятно и это связывает больше, чем приказы. От прессы ей немало достается, но ремонту Дома журналистов она помогла как никто другой.

– Над чем работаете сейчас?

«АЖУР» расширяется, что отнимает много сил. Думаю над тремя проектами, колеблюсь пока, с чего начать. Один– легкая юморная романтическая история,  полупародия на женский детектив. Есть соавтор, раньше с ним не работали. Другая работа также в соавторстве с  Е.Вышенковым. Мечтаю об исторической вещи, может о революционере Викторе  Обнорском, это мой прадед. Могу детям показывать его персональную камеру в Петропавловской крепости. И еще в планах роман о Смутном времени, о Лжедмитрии. Вокруг этой фигуры всякого понакручено,  может получиться захватывающий авантюрный роман.

– Недавно мы встретились с вами на церемонии присуждения премии «Национальный бестселлер». По тиражам многие ваши книги подпадают под понятие «бестселлер», отчего же премия обходит  их стороной?

«Нацбест» частная премия со своими правилами игры, вроде того, что Эдуард Лимонов председатель жюри, а еще один член жюри аттестует себя просто как девушку Лимонова. По тиражам-то мои книги существенно выше,  но там, видимо,  тон задает  «настоящая литература» вроде «2008» Сергея Доренко. Любят ведь говорить, что настоящая литература не может быть тиражной, массовой. Мол, мы пишем книги не для быдла. Однако тиражи Булгакова выше,  чем у Донцовой. Не надо переоценивать значимость литературных премий, наша страна немного больна ими, как и кинофестивалями, коих больше, чем снятых фильмов.

– Несколько слов о семье. Как   думаете, ваши дети, когда подрастут, будут читать книги, написанные отцом?

С женой Натальей Кругловой

-Хотел бы, чтобы они прочитали. Мите в декабре будет 6. Лизе скоро 4 года, тянется к книгам, некоторые буквы знает.   Грех попрекать нынешнюю молодежь, что они мало читают. Прежде информационных источников было мало, сейчас шквал информации. Тем не менее, только чтение дает интеллектуальное развитие, несравнимое с посещением театра или просмотром кинофильмов. Шекспира надо прочитать, чтобы собственную постановку в голове осуществить. Жена моя Наталья Круглова работает в театре Сатиры на Васильевском острове, снималась в «Идиоте», «Агенте национальной безопасности», «Ментах», «Бандитском Петербурге». Роли у нее такие, что на улице узнают, но вот где видели, вспомнить не могут. Зато у нее премия Союза театральных деятелей за лучшую роль в детском спектакле. Это была Корова в «Каникулах в Простоквашино».

Беседу вел Юрий СВЕТОВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *