НОМЕНКЛАТУРНАЯ ДЕМОКРАТИЯ И КОМПРАДОРСКИЙ КАПИТАЛИЗМ – ИТОГИ ТРЕХ ЛЕТ

27.06.2024
252

По существу, это одна из ключевых тем, объединившая в “России” № 23 за 22-28 июня статью нашего постоянного автора – ректора РГГУ Юрия АФАНАСЬЕВА и публикацию о ситуации в Калмыкии.

Презентация сборника
К слову сказать, в те дни исполнилось шесть лет появления в книжных магазинах сборника “Иного не дано” под редакцией Ю.Н. Афанасьева. Он вышел накануне XIX Всесоюзной партконференции, продавался там и на ближайшие годы стал едва ли не самой читаемой книгой.
Её авторами были многие, как их называли, “прорабы перестройки”, в том числе академик Андрей Сахаров. Очень образно: “Сталин умер вчера…”называлась в нем статья историка и философа Михаила Гефтера, ставшего впоследствии советником Президента РФ Бориса Ельцина, но сложившего свои полномочия в знак протеста против октябрьских событий 1993 года.
Есть и еще одна веха, связанная с Ю.Н. Афанасьевым. Это пятилетие его выступления на Первом съезде народных депутатов СССР, в котором он назвал часть зала, “захлопывавшую” выступления А.Сахарова и других членов Межрегиональной депутатской группы “агрессивно- послушным большинством”.

Фото его выступления- на “открытии” выпуска

Перестав думать, мы рискуем умереть

Юрий АФАНАСЬЕВ, профессор, доктор исторических наук

«Oтцы-основатели» демократического движения в России сегодня пребывают в глубоком раздумье: что представляет собой установленный в России политический режим? К чему привели реформы в экономике?

Мне очень близки идеи, высказываемые сегодня в прессе Григорием Водолазовым («Россия», № 14, с. г.) и Юрием Буртиным. Помнится, об этом писал и я 1992-м, через год после августовского путча, и мои единомышленники, близкие к «Гражданской инициативе»: Леонид Баткин, Кронид Любарский и другие (см. «Время после августа. Горечь и выбор», («Россия», № 30, 1992 г.).

Так что же мы утверждаем, если отвлечься от частностей? В политике сегодня установилась номенклатурная демократия, а в экономике – компрадорский и номенклатурный капитализм. Власти своеобразно отреагировали на эти наши выступления, мол, есть – де в России люди из породы «вечных критиков», которые склонны придираться к любой власти независимо от того, кого и что она представляет. А некоторые демократические газеты поспешили представить нас этакими добрыми стариками, которые ни на что не влияют и от которых ничего не зависит.

Таким образом, была нейтрализована суть высказываний, существо наших идей. Сегодня власти полагают, что период реформ уже завершился, и мы переходим к периоду стабилизации. Я считаю необходимым кое – что к этому добавить. Власть совершила ряд серьезных ошибок Она либерализовала внешнюю торговлю для частных предприятий, что обернулось оттоком из России порядка 20 млрд. рублей. Льготы и лицензии в этой области только усугубили положение. Власть как бы выступила в роли провокатора той неслыханной коррупции, которая проявилась в стране. А то, что у нас называется приватизацией, фактически является узаконенным разделом государственной собственности среди номенклатуры, который начался еще в эпоху Хрущева – Брежнева и стал экономической основой для современного режима. Иначе как компрадорским нынешний режим не назовешь.

Что же касается внешней политики, то нынешняя военная доктрина внушает некоторые опасения бывшим советским республикам вновь быть втянутыми с помощью железного кулака военной силы – в орбиту жесткого диктата России. Об этом свидетельствует наше активное военное присутствие в среднеазиатском и закавказском регионах.

К каким же выводам мы приходим? Одни полагают, что итоги реформ вполне удовлетворительны. Другие, и я разделяю эту точку зрения, что то, что было сделано, заслуживает самой суровой критики. Не реформировано то, что в первую очередь должно быть изменено. Демократических реформ пока не было, ибо оформляется лишь тот лагерь, который и был у власти, превращаясь в стан откровенных российских нуворишей, сильных мира сего. Поднимается верхушка трех мощных лобби: военно- промышленного, аграрного и нефтегазового. Они сегодня кристаллизуются организационно и политически. Одновременно идет -оформление национал – социалистического фланга.

Выпадает главное – серединная Россия, которая не находит себе места в новом политическом поле страны. Как известно, на роль организаторов этой серединной России громко заявили себя Гайдар, Явлинский, Шахрай, отчасти – Попов. Но, на мой взгляд, ничего у них не получится. И прежде всего потому, что ни у кого из них язык не поворачивается членораздельно сказать, что в России мы имеем ту власть, по отношению к которой люди, называющие себя демократами, могут быть только в оппозиции. Кроме того, все они или были замешаны, или продолжают оставаться в той самой политике, которую проводит эта власть. И претендовать на успех, скажем, Гайдару, совершенно бессмысленно. Будь выборы сегодня, Гайдар и его сторонники не набрали бы даже тех голосов, которые были у них в декабре. Иными словами – серединную Россию еще предстоит завоевать, организовать, структурировать.

Что же в таком случае ожидает нас в ближайшем будущем? Наиболее вероятен национал – социалистический исход. Второй путь- это еще большая фальсификация технологии политики России и выборов, в частности. Властям надо будет еще больше занижать голоса, собираемые Жириновским, еще больше фальсифицировать итоги опросов, референдумов, как это было до и во время принятия Конституции. Уверен, что серединная Россия только в том случае проголосует за настоящие демократические преобразования, если в них поверит.

Ну а пока половина наших потенциальных единомышленников не голосовала, а часть из них отдала свои бюллетени за Явлинского, за которым, увы, нет никакой реальной политической организации. Работать на серединную Россию можно сегодня только вкупе с прессой. Сейчас же наиболее уважаемые мной газеты «Сегодня» и «Коммерсантъ-daily» говорят, что они не против и не за режим. И это подается как величайшее достоинство. Они анализируют деятельность отдельных ветвей власти: парламента, Правительства, суда, но никогда не рассматривают вкупе саму сущность режима, сердцевину власти, отношение к ней общества. Таким образом, они объективно, несмотря на свое желание быть ни «про», ни «контра», остаются прорежимными.

По всему выходит, что нам еще предстоит создать ту среду, в которой свободно будет «вариться» всякое инакомыслие и инакодействие, как основа действительно демократического режима

Это противное слово «конституция».

Как известно, Кирсан Илюмжинов, избранный президентом Калмыкии 11 апреля 1993 года, во время своей предвыборной кампании обещал ввести в республике президентское правление, упразднить Верховный Совет и разогнать оппозицию . Обещания эти были выполнены в отличие от обещаний создать свободную экономическую зону, поднять промышленность, сделать Калмыкию центром мировой торговли и туризма.

26 АПРЕЛЯ 1993 ГОДА Совет Министров республики и главы районных администраций сложили свои полномочия. Президент приступил к формированию правительства и назначению в районы представителей президента. Только двое из 13 бывших глав администраций стали такими представителями. Упразднение Верховного Совета прошло достаточно тихо и внешне безболезненно для республики. Верховный Совет на своей последней сессии просто принял решение о само-роспуске,против проголосовали только два депутата. С каждым депутатом была проведена работа: практически со всеми встретился президент и, нажав на одних, пообещав что – то другим, добился нужного исхода голосования. На базе ВС был создан профессиональный парламент из 25 человек – список был представлен президентом и состоял в основном из его сторонников.

За 11 месяцев своего существования парламент ни разу не выступил против президента даже по самому мелкому поводу. В республиканской прессе этот парламент в 1994 году стали называть ручным. Члены парламента на это не обижались, что неудивительно – известны случаи отмены некоторых решений парламента, которые чем – либо не нравились президенту.

 Районный уровень остался даже без каких- либо формальных представительных институтов – хозяевами там стали представители президента. Структура власти в республике превратилась в пирамиду, подчиненную президенту, чьи малейшие прихоти не только исполнялись структурами исполнительной власти, но и легитимизировались квазипарламентом .

Оппозиция в республике после выборов оказалась раздробленной и деморализованной. Партии демократической ориентации – РПРФ и ДПР первоначально выступили в поддержку президента, согласившись даже на добровольный самороспуск (это было одним из положений предвыборной программы кандидата Илюмжинова), казаки и религиозные объединения тоже. В реальной оппозиции президенту оказались движение «Славяне Калмыкии», калмыцкая организация КП РФ и Свободная партия Калмыкии партия Ассоциации фермеров Калмыкии, единственная из перечисленных организаций, имеющая материальную базу и некоторое влияние.

Уже к осени 1993 года становилось ясно, что широкомасштабные проекты расцвета экономики республики по Илюмжинову терпят крах. Не сумел Илюмжинов добавить себе авторитета и среди региональных руководителей. Он продолжал восприниматься как чужак прежде всего в силу того, что оставались не ясны его цели и намерения.

Во время московских событий 21 сентября – 4 октября 1993 года Кирсан Илюмжинов попытался сыграть сольную партию. Казалось, калмыцкий президент повысил свой рейтинг, заставив очень много говорить о себе. Однако это только на первый взгляд и только в «западном» понимании политического рейтинга. В политическом пространстве России подобные действия привели к полному политическому поражению Илюмжинова. Еще более потерял Илюмжинов после 4 октября, когда фактически изъявил полную лояльность Президенту России. Здесь стоит напомнить, что открытое противодействие Ельцину в эти дни продемонстрировали только два руководителя республик председатель Верховного Совета Хакасии Штыгашев и Илюмжинов. Однако Штыгашев, чье положение в своей республике намного менее устойчиво, чем у Илюмжинова, не покаялся ни в чем, и Центр не посмел его тронуть.

 Илюмжинова же при всем желании Москва тронуть бы не смогла. К весне1994 года стало окончательно ясно, что республика находится в таком тяжелом положении, в каком не находилась никогда. К тому же стало известно, что кредит Центробанка РФ, полученный в ноябре 1992 года коммерческим банком «Степь», контролировавшимся Илюмжиновым, в размере 14 миллиардов рублей, судя по докладной записке министра внутренних дел России В. Ерина, ушел на конвертацию в валютные средства для группы лиц во главе с Илюмжиновым. Компромату был дан ход после событий 3 – 4 октября в Москве, но затем дело было заморожено, как не без основания считают многие наблюдатели, в обмен на инициативу Илюмжинова. В результате республика оказалась без денег, люди несколько месяцев не получали зарплату.

И тут последовал политический кризис, вызванный заявлением президента об упразднении Конституции республики. – 8 февраля 1994 года на сессии парламента принята поправка к Конституции Республики Калмыкия – Хальмг Тангч , согласно которой из Конституции исключены слова «суверенная» и «суверенитет». Обоснование- принятие новой Конституции России, где сказано, что Россия федеративное государство. Решение обсуждалось и было принято, естественно, по предложению президента. Это событие не вызвало особых эмоций в республике.

Однако уже 11 марта на расширенном заседании парламента президент объявил о том, что он отменит Конституцию республики и объявит прямое действие федеральной Конституции на территории Калмыкии. Это заявление Илюмжинова не могло остаться без последствий. На состоявшемся сразу после расширенного закрытом заседании парламента разгорелись жаркие дискуссии. Шесть депутатов выступили против заявления президента. В числе этих шестерых главный редактор официальной правительственной газеты «Известия Калмыкии» Менкя Конеев, Илюмжинов предложил Конееву написать заявление об уходе по собственному желанию. Новым редактором газеты был назначен пресс- секретарь президента.

18 марта в Элисте состоялась сессия парламента республики, посвященная новому Основному Закону. Большинством голосов было принято постановление, согласно которому Степное уложение должно принимать Конституционное собрание в составе 300 человек. 22 марта проект Степного уложения (Основного Закона) Республики Калмыкия был опубликован в газетах. Уложение было разработано, по всей видимости, в рекордные сроки (не более чем за неделю). Согласно проекту, высшей властью в республике становится президент. Законодательное собрание – Народный хурал может быть распущено президентом, например, так: «Президент Республики Калмыкия может досрочно распустить Народный хурал в случае, когда Народный хурал не обеспечивает стабильности в обществе». Механизма, предусматривающего отрешение от должности президента, в уложении не заложено.

 5 апреля Конституционное собрание состоялось. Оппозиция в нем не участвовала: представители оппозиционных партий и движений отказались представлять кандидатов в Конституционное собрание, а 8 депутатов парламента, проголосовавших 18 марта против Степного уложения, на него не пришли. Собрание было проведено за один день и закончилось в 14 часов 30 минут принятием Степного уложения. Против проголосовал один человек – первый секретарь Калмыцкого рескома КП РФ, воздержался один. Из всех выступавших только один предложил поправки в текст уложения, остальные критиковали оппозицию и говорили о том, что принятие уложения прогрессивный шаг мирового значения и что скоро другие республики последуют примеру Калмыкии. Герой Социалистического Труда поэт Давид Кугультинов выступил с речью, в которой заявил, что ему глубоко противно само слово «конституция» – так как Конституция не защитила калмыков во время сталинизма. Тем не менее самые одиозные части уложения все – таки оказались слегка переработанными. 7 апреля постановление Конституционного собрания опубликовано в газетах.

Таким образом, Республика Калмыкия – Хальмг Тангч теперь носит название Республика Калмыкия, и жить она должна по Степному уложению (Основному Закону) Республики Калмыкия. То, что происходит в Калмыкии, укладывается в общие тенденции поведения исполнительной власти в регионах России и как в кривом зеркале отражает происходящее в самом российском центре, на вершине исполнительной вертикали. Склонность президента Илюмжинова к театрализованным эффектам и некоторая политическая «хлестаковщина» лишь привлекают к республике внимание, а общероссийским процессам придают наглядность.  Напомним, что Илюмжинов за пять месяцев до московских событий упразднил Верховный Совет своей республики и после 21 сентября до начала октября 1993-го резко критиковал Ельцина именно за то, что тот сделал не так, как он, не учел в полной мере калмыцкий опыт. Тогда эти слова восприняли как курьез, однако возможно, что именно опыт Илюмжинова был учтен президентскими аналитиками при разработке Указа № 1400. Но даже если это не так, оба роспуска Советов звенья одной цепи.

Илюмжинов после своего избрания президентом откровенно раскрыл мотивы своих будущих действий «оппозиция мешать будет» – и не внял ее увещеваниям о необходимости последней для демократии. Характерно, что, по словам Илюмжинова, оппозиция может помешать продвижению в республике экономических реформ. Весь год президент Илюмжинов провел на вершине пирамиды власти без всяких признаков мешающей оппозиции – а что же реформы?

Ни одно из предвыборных обещаний президента выполнено не было, более того, реально экономическое положение республики ухудшилось. Республика нуждается в дотировании почти 100 процентов доходов своего бюджета от продажи шерсти и другой сельхозпродукции из-за низких закупочных цен. Разрекламированные проекты участия иностранных компаний в строительстве международного аэропорта, видеотелефонизации каждой чабанской стоянки и превращения республики в столицу мирового буддизма также были из области рассуждений на тему «а хорошо бы построить мост».

 Зато сформирована система властных органов, оформляющая режим бесконтрольной личной власти президента. Экзотичность действий калмыцкого президента мешает московским наблюдателям увидеть аналогии. Действительно истории о посредничестве Илюмжинова при переговорах Ельцина и Назарбаева или очередная идея о проведении в Элисте встречи далай-ламы, папы римского и Патриарха Московского и всея Руси дают повод для улыбок. Но улыбаться на самом деле не очень хочется. Исполнительная власть, предоставленная самой себе, неспособна эффективно решать реальные проблемы. Даже если отбросить случаи откровенной коррупции и растраты на личные нужды бюджетных или привлеченных средств (а такие случаи были, есть и будут), – и честнейшие , лучшие главы администраций в нынешних условиях бессильны что – либо глобально изменить в жизни своего региона для этого у них просто нет средств.

В условиях отсутствия контроля со стороны представительной власти попытки раздобыть эти средства любой ценой могут нанести ощутимый ущерб и региону, и государству в целом. Что же касается перспектив Калмыкии, то они безрадостны. Новый виток политической конфронтации в республике неизбежен. Обостряются и национальные проблемы, прочно забытые за последние два года. А главное, теперь граждан республики не загонишь ни на какие выборы никакими посулами.

Ольга СЕНАТОВА, Александр КАСИМОВ. Институт гуманитарно-политических исследований

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *