Этот заголовок «открывал» выпуск «Новой газеты» №24 (395) от 1 июля 1996 г. Впрочем, этот номер насыщен сообщениями о многих событиях. К примеру, о том, что относительно коробки с долларами, которой якобы не было, Чубайс оказался «господином соврамши». Или относительно «заговорщицы» в Министерстве обороны Елены Агаповой, которую упоминал Александр Лебедь. Особого внимания заслуживают материалы «круглого стола», организованного депутатом Госдумы Юрием Щекочихиным, который одновременно стал ведущим рубрики «расследования» «Новой газеты».

Как Ельцин подписал этот указ

Многие, наверное, помнят эффектный жест Бориса Ельцина: президент в Чечне прямо на броне БТР подписывает Указ № 791 от 28 мая 1996 года. А в нем столь долгожданный для солдат, воюющих в «горячих точках», дембель. В указе сказано:                                                                                                                   «Уволить с военной службы военнослужащих, проходящих военную службу по призыву в течение не менее 18 месяцев и выполняющих (выполнявших) задачи в условиях вооруженных конфликтов в Чеченской Республике и Республике Таджикистан непрерывно в течение шести месяцев и более или в течение менее шести месяцев, но получивших ранения или контузии, приравняв указанные категории военнослужащих к военнослужащим, выслужившим установленные законом сроки военной службы по призыву»

Сразу возникает вопрос: а как быть с теми, кто воевал в Чечне 6 11 месяцев, но не непрерывно, а в несколько заходов, с небольшими перерывами? Ведь спецчасти несут службу в Чечне, как правило, не на те постоянной основе, а сменными командами. Военнослужащие срочники, как и контрактники, посылались в «горячую точку» в длительную командировку, а официально числились проходящими службу где-нибудь в подмосковном Реутове или поволжском Энгельсе. Поэтому на. них указ тоже не распространяется. И все же большинство солдат з Чечне восприняло этот указ с надеждой. А вдруг приблизит долгожданный дембель? Многие поэтому в Чечне голосовали в первом туре за Ельцина. Конечно, не 76,6 процента военнослужащих, как поторопилось доложить военное ведомство. Но все же…

А перед вторым туром президентских выборов солдат будто специально жестоко разочаровали. Местное командование объявило, что в запас будут уволены лишь те, у кого продолжительность военной службы по призыву составила 18 месяцев к 31 мая 1996 года. Таким образом, тех, у кого 18 месяцев истекли в июне — июле, указ не касается. Эта интерпретация в войсках накалила и без того горячую атмосферу. Ничто так больно не задевает солдата, как явная несправедливость.

По сути дела, один призыв вольным толкованием указа № 791 разбили на два лагеря.

Одни, а их меньшинство, увольняются досрочно домой. Другие — распаковывают дембельские чемоданы из-за того, что их призвали на день позже! А — ведь вместе в окопах вшей кормили, сутками не спали, голодали, были под огнем…

Была, правда, у несостоявшихся дембелей надежда, что это полковое начальство самодурничает, а наверху ничего не знают. Увы. К нам в редакцию попала секретная шифрограмма. Приведем лишь один ее пункт.

Шифротелеграмма №901 от 11.06.1996 г.

4. Не подлежат увольнению с военной службы в соответствии с упомянутым указом военнослужащие, проходящие военную службу по призыву, у которых: — продолжительность военной службы по призыву 18 месяцев составила после 31 мая 1996 года.

А. А. Шкирко, генерал-полковник, командующий внутренними войсками МВД России

В таких случаях солдаты матерятся и «голосуют сердцем».

Несколько новостей из жизни «Новой газеты»

В качестве ведущих рубрик и разделов к работе в «Новой газете» приступили: Александр Минкин, Леонид Никитинский, Юрий Щекочихин, Павел Вощанов, Елена Токарева, Марина Крайняя, Олег Хлебников.

Герою очерка 3. Ерошок Васе Анисимову, потерявшему ногу в Чечне, Ю. Лужков (лично) и мэрия выдали смотровой ордер на квартиру.

В Чечне арестован и увезен в неизвестном направлении предоставивший нам документы о фальсификации выборов Е. Уманский. Наши спецкоры уже в Грозном.

«Черный нал» в кабинете 2 – 17

Спецвыпуск «Рейтинга вранья»

Анатолий ЧУБАЙС:

«Не было (у Лисовского и Евстафьева) никаких денег… все это — кагэбэшная провокация».                                                                                                                   (пресс — конференция в гостинице «Рэдисон Славянская»}

Александр ЛЕБЕДЬ

«Это мутное дело… оно меня не интересует».

Ведущий рубрики, испытывая глубокую благодарность к г-ну Чубайсу за свой круглосуточно работающий ваучер, к г-ну Лебедю — за разгромленную банду госпожи Агаповой, с чувством признательности печатает документы, проливающие свет на подрывную деятельность компании «Ксерокс», в фирменной коробке которой «ключевые фигуры предвыборной кампании президента» с негодованием и брезгливостью обнаружили 600 000 долларов страны вероятного противника

Из рапорта майора милиции Хачатурова А. В.

Докладываю, что 19.06.96 г. в 17 часов 20 минут мною майором милиции Хачатуровым А. В., и ст. лейтенантом милиции Карповым А. Г. были задержаны гражданин Лисовский и сотрудник аппарата правительства Евстафьев. Гражданин Лисовский пытался вынести через КПП № 2 коробку с надписью «Xerox», перевязанную белым шпагатом. На просьбу предъявить материальный пропуск на вынос имущества гражданин Лисовский ответил отказом, и на последующую просьбу предъявить содержимое коробки так же поступил категорический отказ. Сотрудник аппарата правительства Евстафьев сопровождал гражданина Лисовского и пытался вмешаться в наши действия.

В присутствии понятого Богатырева В. В. мною коробка, выносимая гражданином Лисовским, была вскрыта. В ней обнаружены плотные пачки американских долларов. Гражданин Лисовский и сотрудник аппарата правительства Евстафьев были переданы сотрудникам Главного управления охраны.

Из объяснения Богатырева В. В. консультанта Департамента труда, здравоохранения и социальной защиты населения аппарата правительства.

Я, Богатырев Виктор Владимирович, при выходе из проходной № 2 Дома правительства был приглашен сотрудниками милиции, стоящими на охране, в качестве понятого для осмотра предмета «коробки», которая была на столе в дежурной комнате, рядом находились сотрудники милиции. Внутри коробки находились денежные знаки США — доллары в банковской упаковке. Со слов сотрудников милиции, коробка была изъята у гражданина, пытавшегося ее вынести без надлежащего разрешения с территории Дома правительства.

Из акта изъятия и пересчета валюты г. Москва 19 июня 1996 г.

<…>

3. Десять банковских упаковок долларов США достоинством по 100 долларов, скрепленные между собой двумя резинками.                                                                                          4. Десять банковских упаковок долларов США купюрами достоинством по 100 долларов, скрепленные между собой двумя резинками.                                                               5. Десять банковских упаковок долларов С\ЦА купюрами достоинством по 100 долларов, скрепленные между собой двумя резинками. Пачки и упаковки не вскрывались, и количество купюр в каждой упаковке не пересчитывалось. Всего обнаружено 50 (пятьдесят) банковских упаковок долларов США достоинством по сто долларов. В связи с тем, что гр. Лисовский заявил, что обнаруженные доллары ему не принадлежат, то данная валюта изъята у него до выяснения обстоятельств ее принадлежности и источника получения.

Роковая женщина Министерства обороны

Штрихи к портрету «заговорщицы» Елены Агаповой |

Отвечая на вопрос, насколько серьезна была ситуация в Министерстве обороны в день отставки Павла Грачева и могла ли она вылиться в какие-то конкретные силовые акции, генерал Лебедь ответил, что Елена Агапова еще с марта готовила эту акцию

Имя этой роковой для российских силовых структур женщины не раз повторял секретарь Совета безопасности и в своих интервью, и на многочисленных пресс-конференциях, и даже в выступлениях в Государственной Думе. Раньше ее постоянно видели рядом с Павлом Грачевым. Кабинет «всемогущей Елены» в белом здании на Арбатской не площади, т. н. Ленкомната, находится на пятом этаже неподалеку от апартаментов министра. Далеко не каждому генералу армии выпадает такая честь: — доступ к Грачеву был до крайности ограничен. Даже в министерском коридоре службу несли не солдаты, а бдительные старшие прапорщики. Зайти в этот отсек здания могли только люди со спецпропусками. Но у Агаповой документы никто не спрашивал. В кабинет министра она имела свободный доступ в любое время.

Елена Александровна была не просто пресс-секретарем Грачева, а его помощником по связям с общественностью и прессой. Это должность генерал-полковника. В ее непосредственном подчинении было немало полковников и других. старших офицеров. Она распоряжалась целым Управлением — информации Министерства обороны. Его официальный начальник молодой полковник Юрий Мамчур, имея штатную категорию генерал-лейтенанта, не мог угодить «кураторше», а потому представление на звание генерал-майора так ему и не подписали. Жестко держала Елена Александровна и лавного редактора подведомственной «Красной звезды» капитана 1 ранга Владимира Чупахина. До него главной военной газетой всегда руководили генералы, а Чупахин, несколько лет работая на «лампасной» должности, звание не получал.

Дело в том, что свою военную. карьеру эта красивая женщина начала со скромной должности корреспондента отдела писем «Красной звезды». Сюда ее привел отец, подполковник, военный журналист. Злые редакционные языки поначалу утверждали, что и заметки за нее пишет отец. Однако Лена со временем доказала, что пером владеет неплохо. Особенно хорошо ей удавались очерки о генералах. Военные до сих пор помнят ее газетные портреты начальников американского и советского штабов.

Татьяна Самолис

После того как симпатичная Татьяна Самолис из Правды» стала пресс-секретарем шефа внешней разведки, загорелся идеей украсить свои пресс-конференции помощницей и Павел Грачев. Но первый блин оказался комом. Корреспондент «Маяка» Татьяна Чемоданова, с которой Павла Сергеевича познакомил Юрий Лужков, была привлекательной, но чересчур, по-журналистски раскованной. Военной субординации она не признавала и могла запросто пообщаться и с Грачевым, и с Козыревым. В чинных коридорах МО о ней до сих лор ходят легенды. Татьяна не задержалась.

А Елена Александровна оказалась не по зубам министерским интриганам. Ей удалось подвинуть в сторону от министра даже генерал полковника Валерия Лапшова —начальника аппарата Павла Сергеевича, который в одном лице совмещал роли главного телохранителя, ординарца и советника. Агапова становится наиболее приближенным к Грачеву лицом. «Мадам министр» шепотом называли Елену Александровну офицеры Генштаба.

Нет сейчас смысла останавливаться и на роскошной даче Агаповой, которая стоит ` не меньше 300 тысяч долларов. Приблизительно столько же стоит и прекрасная квартира в генеральском доме на Рублевском шоссе. Законностью этих приобретений пусть занимается прокуратура. Но вот таскать женщину к следователю, восприняв шутку Лебедя о ГКЧП-3?

В армии все знают, что влияние Агаповой дольше кабинета министра не распространялось. В войсках ее авторитет был нулевой. Ни один даже пьяный ротный не вывел бы свои танки по ее приказу. Единственное что она могла, это организовать через политработников» поток писем из воинских частей в прессу. Странную Фигуру выбрали для наведения страха…

.

Почему отказ в доверии надо оформить юридически

События, произошедшие и продолжающие происходить в Москве, — не что иное, ‚как последствия результатов первого ‚тура выборов. Борис Ельцин не добился той цели, которую ставил перед ‚и которую шумно разрекламировал перед всем миром: победить сразу, и с первого же захода. Одно это уже говорит нам о том, насколько далеки были от реальности и президент, и влиятельные люди из его команды. И еще болезненнее для них делает этот провал то, что власть пустила в ход все свои приемы, нарушив любые правила игры и растратив ‚невероятное количество государственных денег в пользу одного кандидата. Поползли слухи о вбрасывании голосов в пользу Ельцина, чтобы обеспечить ему победу в первом туре над Зюгановым.

После 16 июня Кремль оказался в чрезвычайно сложном положении. Даже победа во втором туре теперь представилась не такой уж очевидной. С другой стороны, никто из окружения президента – ни люди, уволенные в эти дни, ни те, кто сегодня хвастает своей победой, — никогда, ни на секунду не задумывался о том, что Ельцин может отдать власть.

Особенно об этом не задумывались в лагере генералов и их союзников, только что потерявших свои посты. Эти люди, выполнявшие для Ельцина любую, самую грязную работу, включая войну в Чечне, стали для него опасным бременем. Они опасались за судьбу своего хозяина, но, прежде всего, за свою собственную шкуру и поэтому эти люди были готовы на любые действия вплоть до организации серьезнейших провокаций, лишь бы избежать поражения. Среди рассматривавшихся ими вариантов была, и ни для кого это не было особой тайной, и отмена выборов.

Борису Ельцину пришлось избавиться от них, чтобы не потерять репутацию демократа, которой он пользуется в мире. К тому же, пойдя на поводу у своих людей, он рисковал бы потерять часть голосов, проголосовавших за него демократов. Но поскольку он также несет ответственность за содеянное его сторонниками с его согласия, то он не мог действовать открыто. Слишком иного позорных тайн и преступлений всплыло бы на поверхность в случае иного очищения властных структур. Поэтому страну пришлось снова обмануть. Отставка «трех мушкетеров» самим президентом подается всего лишь как стремление укрепить команду. Могу пойти на спор: ни у одного из уволенных ни один волос не упадет с головы. На помощь президенту пришли люди противоположной группировки, те, кто разумеется, не за спиной Ельцина, организовал «феномен Лебедя». 15-процентный блицкриг, назначение секретарем совета безопасности, немедленно разоблаченный «заговор» Грачева –все это позволило ликвидировать партию так называемых ястребов. Которые, со своей стороны, облегчили дело, попав. в расставленную им ловушку.

Такова была прелюдия ко второму туру, в котором партия власти должна победить. Это непростая задача, хотя нет никакого сомнения, что победившая группировка повторит — только в еще большем масштабе — все нарушения, имевшие место в первой части избирательной кампании, включая и. более или менее удавшиеся попытки сфальсифицировать результаты. Но каким бы ни был исход второго тура, соображения, высказанные мной в начале предвыборной кампании, остаются в силе. Ельцин не может быть Президентом России, потому что не имеет поддержки большинства россиян. Он может остаться у власти, оперевшись, как на костыль, на Александра Лебедя, но ему придется пойти на коренное изменение курса, иначе напряжение достигнет невыносимой отметки и опасность социальных столкновений неминуемо возрастет. В 1991 году за Ельцина проголосовали 45 миллионов человек, в 1993-м — 30 миллионов, сегодня же только 23 — 25.

Но и Зюганов не добился поставленной цели. Его возможности расширить свой электорат крайне ограничены: голоса, поданные за Жириновского, частично за Лебедя, буквально несколько голосов сторонников Явлинского. Подтверждается прогноз, что во второй тур выйдут представители двух партий меньшинства. И та, и другая агрессивны и неспособны к компромиссу. Не между собой, но со всей страной в целом.

Почему так случилось? Почему создание демократической, реформаторской, центристской коалиции оказалось невозможным? Правда и то, что сумма голосов, поданных за Лебедя, Явлинского и других кандидатов, все равно дает 25 процентов — явно недостаточный результат. Но все могло бы сложиться по-другому, если бы коалиция выдвинула единого кандидата, который мог бы стать надеждой избирателей. Так или иначе этот электорат существует, и ни один из кандидатов не представляет его. Миллионы избирателей во втором туре воздержатся от голосования или проголосуют против всех.

Остается дать оценку «феномену Лебедя». Отчасти, как я уже сказал, он был создан искусственно, благодаря финансам для его кампании и телевизионному эфиру, щедро предоставленному ему в последние недели. Всю предвыборную камппнию финансировал и раскручивал предвыборный штаб Ельцина. На Лебедя возлагалась роль разрушителя третьей силы и оттягивания на себя электората Зюганова. Генерал пошел на эту игру. Но это только часть истины. Ученики волшебника только раздули уже существовавшие обстоятельства. Лозунги Лебедя — дисциплина, честность, порядок, борьба с коррупцией и преступностью, военная реформа, защита национального достоинства — давно востребованы людьми. Голосование за Лебедя является голосованием протеста. Но и голосование за коммунистов тоже выражает протест. Возможно, что часть голосов Лебедя перейдет к Ельцину. Очевидно; что страна расколота надвое и что выборы не принесут разрешения кризиса. В таких ситуациях на арену зачастую выходят Бонапарты, готовые разрешить любые проблемы ударом меча. Может ли Александр Лебедь подойти на эту роль? Пока еще рано что-либо говорить. Единственное, что можно сказать уже сейчас, так это то, что никакое бонапартистское решение не спасет Россию. Отказ от демократического развития, чем бы он ни оправдывался, не принесет пользы стране. Кто бы стал победителем, ему придется осознать, что уже невозможно открыто бороться со своими противниками. Это приведет только к новым бедам. Необходима широкая коалиция на основе общепризнанных национальных интересов. Необходимо пересмотреть полномочия президента, увеличить роль правительства и парламента, изменить экономический курс в пользу широких народных масс, а не банкиров и немногочисленных криминальных олигархий. Это сложно, но не невозможно. Даже финансовые и предпринимательские круги отдают себе в этом отчет.

Смогут ли оба кандидата публично заявить, что, во-первых, они берут на себя четкие обязательства на этот счет еще до голосования, и, во-вторых, ясно и недвусмысленно заявить, что второй тур состоится и будет проведен. честно и что его результаты, какими бы они ни были, будут признаны обеими сторонами? Сомневаюсь. В таком случае избирателям ничего не остается, как отказать в доверии и тому, и другому кандидату. ‚ ‚

 Михаил ГОРБАЧЕВ Copyright La Stampa, Italy

Оставить себе право менять дурную власть

Юрий БУРТИН:

Наверное, всякая власть, если она безгранична и бесконтрольна, подобна пушкинскому анчару: одно лишь прикосновение к ней убивает человеческую душу. С тех пор как в Кремле и в Белом доме утвердилась новая российская власть, путь ее (как и путь ее коммунистической предшественницы, разумеется) усеян нравственными трупами. Вся та новая генерация политиков, которая под демократическими (точнее, антикоммунистическими) лозунгами пришла вместе с Ельциным к рычагам управления страной, — вся она в указанном смысле как бы истлела. Ни сами новые начальники, ни гораздо более широкий круг так или иначе приближенных к власти и зависимых от нее людей, за совершенно единичными исключениями, не смогли сохранить внутренней свободы и достоинства

Соблазны вдруг свалившейся на них известности, доступ к «закрытой» информации, зарубежных поездок и всякого рода привилегий, включая привилегированное участие в разделе госсобственности, оказались сильнее их. Их подкупали, и они подкупались, одновременно теряя способность принимать близко к сердцу проблемы «людей с улицы» и тем самым незаметно для себя переставая быть интеллигентами и демократами. Обратное влияние этого процесса на саму власть не подлежит сомнению: насколько Ельцин развратил свое окружение, настолько же и его, как говорили когда-то, среда заела.

Судьбу отдельно взятых «демократов» разделили и целые организации общественности. За некритическое отношение к «своей» власти, за поддержку ее во всем что бы она ни делала, они неуклонно расплачивались утратой духовной самостоятельности, потерей лица, а соответственно — и какого-либо влияния на ход событий. И население, чьими интересами они жертвовали в пользу правящего слоя, и сама неблагодарная власть рано или поздно отворачивались от них, после чего им оставалось только чахнуть и умирать. Жалкая участь «Демократической. России», «Движения демократических реформ», наконец, партии Гайдара, печальных жертв собственной беспринципности, конформизма и самопредательства, у всех перед глазами. Не дай Бог «Яблоку» пойти тем же проторенным путем, это самая большая опасность, которая ему угрожает.

Увы, читая документы последнего съезда «Яблока», я вижу, что такая опасность вполне реальна. Организация, претендующая на роль демократической оппозиции существующем криминально-олигархическому режиму, заговорила здесь языком, существенно отличным от того, каким написаны были ее прежние программные заявления, в том числе известное майское письмо Г. Явлинского Б. Ельцину.

Особенно странным оно выглядит после того, как 57 процентов участников справочного голосования, проведенного на съезде, заняли, казалось бы, вполне четкую и однозначную политическую и нравственную позицию — высказались «против обоих».

Говорят: проголосовавшие против обоих помогут 3юганову, а он — большее зло. Но первое из этих утверждений непонятно, а второе ничем не доказано. Конечно, приход Зюганова, у которого вместо реальной программы плохо склеенные клочки разнородных реакционных утопий, не даст стране ничего хорошего. Зато у нас впервые в отечественной истории появится в высшей степени важный прецедент — законной смены главы государства путем выборов.

Что касается Ельцина, то как «нельзя молиться за царя Ирода, богородица не велит» так нельзя, просто нельзя голосовать за обманщика и виновника гибели десятков тысяч людей. Если Ельцина — после всего, что он натворил, — мы своими руками оставим на второй срок, вот тогда наше будущее действительно мрачно. Отказавшись от права сменить дурную власть, общество потеряет остатки уважения к себе, впадет в апатию, лишится всякой внутренней силы. В этих условиях государство совсем перестанет с ним считаться, и завтрашний Ельцин будет намного хуже вчерашнего.

Говорят также: если 3 июля победят коммунисты, следующих выборов но будет вообще или они будут такими, как при Сталине и Брежневе.

Но для этого Зюганов должен получить этак процентов `90 голосов — условие заведомо неосуществимое. При нынешнем же соотношении сил, когда коммунистическая идея давно умерла и когда в первом туре за Зюганова проголосовало (да и то не за него, а от плохой жизни) меньше 23 процентов избирателей, подобные страхи ни на чем не основаны.

Так что если мы люди, а не стадо баранов, обреченных выбирать лишь между теми или другими воротами на бойню, то и в навязанных нам обстоятельствах у нас есть иной, достойный выбор: не насиловать свою совесть, не подыгрывать ни тем, ни другим мошенникам, а проголосовать против них, то есть за самих себя. Именно такой выбор представляется не только справедливым, но и наиболее социально ответственным.

Главное сейчас не в том, какой из конкурирующих кланов правящего номенклатурного слоя утвердится на очередные пять лет в Кремле. Главное — будет ли им. обоим противостоять растущая сила новой, «низовой» демократии, организованной демократической оппозиции, наиболее значимую завязь которой представляет сейчас «Яблоко». Именно с этим в конечном счете связано все будущее нашей страны.

Юрий БУРТИН

«Идет коммерциализация силовых структур»

Письмо экспертов в области спецслужб Александру Лебедю

 Уважаемый Александр Иванович!

<…> Для того чтобы точнее определить позиции, которые, возможно, помогут и Вам глубже понять суть сегодняшних серьезных проблем, я пригласил ряд экспертов, посвятивших борьбе с преступностью многие годы: члена Конституционного суда В. И. Олейника, доктора юридических наук А. И. Гурова, старшего научного сотрудника НИИ МВД (лаборатория по изучению проблем организованной преступности) В. В. Осина, кандидата юридических наук С. Н. Забарина и моего помощника, в недавнем прошлом начальника одного из отделений милиции г. Москвы В. Я. Тепленко.

Что же, по нашему общему мнению, следует сегодня предпринять для того, чтобы борьба с преступностью стала эффективной?

В первую очередь необходима концепция национальной безопасности. Законотворчество по вопросам безопасности без самой концепции безопасности не эффективно. По мнению участников встречи, первым шагом должно стать создание экспертного совета при Вас, который бы мог оценить профпригодность руководителей оперативных служб, состояние эффективность разрабатываемых и проводимых ими в соответствии с законом об оперативно-розыскной деятельности операций.

Структура управления органами должна быть максимально упрощена <…>. В то же время, избегая дублирования правоохранительных структур, их не следует сводить воедино, что может привести к тотальной коррумпированности.  Нужно развернуть региональные правоохранительные органы, подотчетные губернатору; чтобы он перед своими избирателями отвечал за состояние правопорядка в своем регионе. Это повысит эффективность борьбы с т. н. мелкой преступностью.

Вина за сегодняшнее состояние борьбы с преступностью во многом связана с ситуацией, сложившейся внутри самого МВД. Горький опыт прошлого —это разгон опытных кадров <…>.

Главная беда — коммерциализация самих силовых структур. По мнению участников встречи, пока ее не остановишь, расхищать и продавать будут все, вплоть до аэродромов.

Сегодня практически вся милиция кормится от частного бизнеса — начиная с поборов с киосков, кончая куда боле: серьезными «левыми» заработками. Это реальность. Потому то и прекратилась текучесть кадров в милиции. Молодые сотрудники уже приходят с четкими корыстными интересами, между старыми и новыми сотрудниками нет взаимопонимания. 80 процентов новых сотрудников приходят в органы для выбивания доходов из коммерсантов разными путями —от приработка до настоящего бандитизма. Фактически свои функции, которые органы должны выполнять по закону, они исполняют только по скрытым коммерческим расценкам или под процент с возвращенного имущества.

Сегодня дело доходит до того, что правоохранительные органы и спецслужбы зачастую выступают в роли «крыш» коммерческих структур и участвуют в разборках друг с другом, выясняя на «стрелках» звания и должности друг друга.

Что можно сделать для исправления ситуации?

По мнению В. Олейника, необходимо очистить силовые структуры от якубовских (их очень много сегодня и вокруг президента, и в правительстве, не говоря уж об аппарате). Речь идет не просто о предательстве, а о профанации всей кадровой политики.

Возможно романтически звучит предложение А. Гурова: «Признать ошибки в отношении разогнанных кадров, обратиться с просьбой к «пенсионерам» в возрасте 40 — 45 лет вернуться, хотя бы на два — три года, без обещания золотых гор, но одновременно продумав и систему материальной заинтересованности». Но и я сам знаю множество людей, которые готовы пойти на этот шаг, несмотря на существенную потерю в деньгах <…>

По мнению участников встречи, одним из средств оздоровления атмосферы в коллективах правоохранительных органов и очищения их рядов мог бы стать «кредит доверия» — предоставление в аренду с последующим льготным выкупом после выхода на пенсию служебных квартир, машин и т. д. <…>.

Актуальной проблемой остается… устранение ненужного дублирования и бюрократизма. Сегодня 60 процентов ‚ всех работников правоохранительных органов заняты написанием справок. В то же время многие сотрудники, ОМОН к примеру, сами определяют свою деятельность по принципу выгодности, оставляя без внимания уличную преступность и любые виды правонарушений. борьба с которыми не ведет непосредственно к личной выгоде. Необходим постоянно действующий, круглосуточно действующий штаб правового контроля с функциями оперативного суда, отслеживающий все нарушения закона со стороны правоохранительных органов, считает А. Гуров, тогда поднятые здесь проблемы можно будет решить. У этого органа должен быть особый статус и престиж — в качестве можно привести Конституционный суд.

Большой проблемой в борьбе с преступностью вновь становится укрытие преступлении. Если раньше от учета укрывалось две трети преступлений, то сегодня это все 90 процентов. Необходимо выделить органы статистики в самостоятельные независимые подразделения, ужесточить контроль.

Важным по-прежнему остается проблема вывоза крупных средств за рубеж, отмывка криминальных денег. Здесь, по нашему мнению, не следует пассивно ждать принятия Думой закона о контроле за валютными средствами. Необходимо активно использовать законодательства зарубежных стран, как правило, позволяющие при наличии двухсторонних соглашения эффективно решать данную проблему.

Здесь важно знание этой специфики и оперативность в обмене информацией. Недопустимы ситуации, когда западные коллеги, в частности, в Австрии, месяцами ждут подтверждений от нас о криминальном характере десятков и даже сотен миллионов долларов.

Как отметили участники встречи, важной проблемой является вторая сторона правоохранительного процесса — защита самого процесса, щит, обеспечивающий безопасность оперативникам, следователям, судьям и тем самым всему делопроизводству <…>

И еще одна проблема: следственные изоляторы — показатель реализации конституционных прав и свобод граждан. То, что происходит в них сегодня, должно быть немедленно исправлено. Должна быть восстановлена функция прокуратуры — в том объеме ее прав и обязанностей, когда прокурор дневал и ночевал в изоляторах, обеспечивая правопорядок. Сегодня, если санитарные нормы не соответствуют общепринятым нормам, подследственный должен быть освобожден не только по закону, но и в соответствии с понятием о гуманизме.

Следует также создать при вас или, может быть, при президенте комиссию по административным расследованиям, которая должна на защищать высшие эшелоны власти от коррупции. Сегодня этот эшелон власти практически неприкасаем. Эта комиссия должна делать доклады непосредственно президенту <…>

Речь не идет о создании еще одной силовой структуры: необходимо создание комиссии, по типу контрольного управления, которое в свое время пытался создать Ю. Болдырев. И, наконец, пугающим и крайне неблагоприятным для установления правопорядка в обществе, по мнению участников встречи, огромное количество спецслужб, созданных в последнее время. <…> 3десь необходим жесточайший контроль Совета безопасности.

Огромные бюджетные и внебюджетные средства тратятся сегодня на тотальное подслушивание и наблюдение, осуществляемые многочисленными спецслужбами. Все это ведет к психозам и постоянным поискам заговоров. Необходимо, особенно прослушивание и использование других электронных средств, строго централизовать, дав разрешение на эту деятельность только ФСБ, а остальных поставив в роль заказчиков. При этом каждый заказ должен контролироваться прокуратурой. В этом случае освободятся значительные средства, которые можно будет использовать на борьбу с преступностью <…>.

С уважением Ю. ЩЕКОЧИХИН, член Комитета по безопасности Госдумы

Если победа будет за нами, что же будет впереди?

Война в Чечне длится уже больше, чем полтора года. С самого начала в Москве как у президента и правительства, так и у тех, кто противостоит им со стороны КПРФ, ситуация вокруг Чечни рассматривалась прежде всего манипулятивно, как управляемый кризис для политической выгоды. Впервые возможность войны внутри России «для восстановления конституционного строя» и разоружения «незаконных вооруженных формирований» (тех самых формирований, которые до этого российское Министерство обороны вооружило вполне официально) стала просматриваться сразу после октябрьских событий 1993 года, когда указом президента были утверждены допускавшие все это Основные положения военной доктрины Российской Федерации.

В конце 1993 — начале 1994 гг. начальник Главного оперативного управления Генерального штаба генерал В. Барынькин в журнале «Военная мысль» обсуждал возможность применения Вооруженных Сил внутри России, а будущий идеолог нынешней КПРФ А. Подберезкин при участии таких военных деятелей, как, например, секретарь Совета министров обороны СНГ генерал Л. Ивашов в большой серии изданий РАУ Корпорации аргументировал невозможность сокращения российской танковой мощи в Северо-Кавказском  округе, а ведь именно этого требовал Запад до того, как началась война. А в апреле 94-го к боевым действиям стали готовить войска. Интересно, предусматривалось ли при этом что только за первые восемь месяцев войны федеральные силы спишут в качестве безвозвратных потерь 307 единиц этой техники.

Коммунисты и жириновцы всякий раз, в едином порыве с проправительственными депутатами, голосовали в Думе за такие решения, которые вели к продолжению войны.

Воюющая чеченская сторона в официальных сводках и в большинстве СМИ в зависимости от ситуации была то коллективным бандитом, то честным партнером по мирным переговорам.

Сейчас в Москве, как и прошлым летом, вроде бы вновь пошли на то, чего чеченцы хотели полтора года назад, и все это долгое, мучительное время: им дают лицо и политическое достоинство. В отличие от прошлого года обещания мира и начало переговоров подкрепляются важными отставками: ушел Грачев, ушли Барынькин, Здориков, Жеребцов, Шаликов. С приходом в Совет безопасности Александра Лебедя слова «армия» и «политическое урегулирование» перестали противопоставлять друг другу.

Но ответа на вопрос будет ли мир, будет ли урегулирование, как не было, так и нет. Нет ответа, потому что те, кому предстоит принимать главные политические решения, после всего, что произошло за эти полтора года, так и не высказались однозначно за мирное решение. |

Любая переговорная группа сейчас сталкивается и будет сталкиваться с тем, что она должна решать крайне сложную, очень многоплановую задачу. Во-первых, никто никогда в этой ситуации не отделит военные вопросы от политических. Переговоры на государственном уровне России с «незаконными вооруженными формированиями», «дудаевцами» или «сепаратистами» — это правовой абсурд, который ни к чему не обязывает ни одну, ни другую сторону. Значит, надо в какой-то форме, причем в форме, приемлемой для воюющих чеченцев, принять наименование «Чеченская республика Ичкерия». А раз так, то где гарантия, что по всей Чечне разом и безо всякого приказания люди, активно сочувствующие воюющей стороне, не устроят стихийный триумф, новую революцию, которая в условиях повышенной криминогенной опасности может обойтись еще множеством жизней? Как выводить войска так, чтобы им стихийно или из криминально-провокационных целей не начали стрелять в спину? Как гладко устранить политический фактор Завгаева и его окружения, без чего никакое, даже начальное, урегулирование невозможно? Как сделать так, чтобы будущие выборы не превратились в новую фальсификацию, только в обратную сторону? Как избежать разделения Чечни на касты воевавших и не воевавших?

И добавим к этому тот вопрос исключительной важности: что будет с сотнями тысяч искалеченных войной российских солдат и офицеров?

Все сказанное вовсе не означает, что ситуация объективно близка к тупиковой, безнадежной. Отнюдь нет. Если теми, кто в Москве контролирует ситуацию, будет проявлена хотя бы только последовательная добрая воля, то уже само время принесет свои плоды.

Что необходимо сделать немедленно, так это запретить кому бы то ни было политически лоббировать военное решение.

Силам войны будет способствовать экономическая ситуация. Разоренная казна и обогащение на войне криминальных структур будут побуждать тех в мире власти, кто напрямую связан с криминальным миром, на то, чтобы поддерживать и углублять искусственный кризис чтобы отвлекать общество от проведения реальных рыночных реформ и созидательного мирного труда, чтобы отмобилизовывать силы на «борьбу» с вновь создаваемыми трудностями, чтобы торговать за деньги жизнями ни в чем не повинных людей.

И только резкий политический поворот в стране способен еще предотвратить новый очень страшный взрыв широкомасштабного насилия в Чечне или где-нибудь еще. Для этого в политике, у власти нужны новые люди, руководствующиеся принципами и убеждениями, понимающие что ни одна политическая проблема не подлежит ни искусственному манипулированию в каких бы то ни было целях, ни бюрократическому «как я велел так и будет». Сейчас на это появились некоторые, но пока еще очень слабые надежды. Ошибки и некомпетентность власти, даже самые трагичные, можно преодолевать. Провокациям и провокаторам у власти и при власти не может быть места, если мы хотим выжить как страна и как народ.

Виктор КОГАН-ЯСНЫЙ

Когда люди разговаривают – они не стреляют

Советник канцлера Германии Гельмута Коля Михаэль Мертес беседует с обозревателем «Новой газеты» Зоей ЕРОШОК

Михаэль Мертес возглавляет Центр социально-политического анализа и культурных связей при федеральном канцлере Германии. Будучи советником Гельмута Коля, он готовит для него речи. Также курирует музеи в Бонне и Берлине. Несет ответственность за Мемориал исторической памяти. Является председателем комиссии по диалогу между немцами и евреями в рамках католической церкви. Участвует во французско-германской ассоциации, которая пропагандирует и развивает идею европейской интеграции.

«Жизненный вопрос для меня заключается в том, чтобы избежать любого конфликта между моими обязанностями как человеческого существа и моими обязанностями как гражданина», — говорит Михаэль Мертес. Он считает, что ему повезло. «Мое профессиональное положение совпадает с самоанализом и самоуглублением. К тому же я занимаюсь вопросами, которые связаны с отношением разных людей к немецкой истории».

С детских лет Михаэль ощущает себя европейцем. И Россию он считает частью Европы. Мы познакомились на семинаре Московской школы политических исследований в Голицыне. Западные эксперты изучают сегодня Россию, чтобы понять: может ли гражданское общество возникнуть из вакуума… Как верно кто-то заметил: переделка гулаговской вышки в домик ночного сторожа, оказывается, довольно сложный вид ремонта. За теми, кто этой переделкой у нас занимается, не все на Западе следят с недоверием и страхом. Многие — с симпатией, верой и сочувствием, Михаэль Мертес — в их числе.

Михаэль родился в пятьдесят третьем году. Его отец был дипломатом, и с пятьдесят восьмого по шестьдесят третий год Мертесы жили в Париже. Два детских опыта, которые Михаэль приобрел во Франции, стали для него на всю жизнь самыми важными и определяющими.

Пятый пункт Карла Великого

«Во французской начальной школе на уроке истории у меня возник спор с учителем о Карле Великом. Был ли Карл Великий французом или он немец? Французы его считают французом, немцы — немцем. Короновали Карла Великого, например, в немецком городе. Потом я спросил родителей: был ли Карл Великий немцем? Родители мне сказали: послушай тогда не было ни французской, ни немецкой наций. И вот первый детский опыт: нация — это историческая общность, которая корни свои ведет из тех веков, когда не существовало территорий, ни Германии, ни Франции, ни вообще государств».

Эйхман

«В той же начальной французской школе однажды преподаватель назвал меня словом «Эйхман». (Это имя собственное. Речь шла о человеке, который занимал высокий пост в гитлеровской Германии и был ответствен за массовое истребление евреев.) Военного преступника Эйхмана судили, о чем писали все газеты мира. Но я был еще слишком мал и ничего не знал. Я опять же пришел к родителям и спросил: что за человек Эйхман? То, что рассказали мне родители, и то, что я увидел в книге, которую нашел тогда же в доме (книге с фотографиями концентрационных лагерей), потрясло меня».

После паузы:

‚ «Я думаю, это происходило со многими детьми моего возраста. Первое чувство: я не хотел быть немцем! Кем угодно — французом, британцем, итальянцем, — только не принадлежать немецкой нации!»

Три реакции

Потом он много думал, читал, узнавал, говорил с. разными людьми. И понял, что существуют три реакции на прошлое.

«Первая реакция — самоотречение. Люди говорят: Бог с ней, с Германией, нет ее, Германии! Чувство стыда заставляет их на вопрос «Кто вы?» —0тв6чать: о, нет я не немец я — космополит, гражданин мира. В основе здесь подсознательное нежелание быть шовинистами или националистами. Потому что, если сказать: я – немец, может возникнуть именно этот оттенок.  

Вторая реакция — отрицание. Люди не хотят признавать своей ответственности. Они говорят: ничего преступного в нашем прошлом нет, нас просто сейчас поливают грязью победители. Или: ну и что? посмотрите, что сделали турки с армянами, как до основания разбомбили англичане Дрезден…

Третья реакция — вы раскрываете глаза, смотрите в лицо правде, изучаете эту правду, анализируете все происходящие события и понимаете: то, что произошло часть вашей истории, отвергнуть это нельзя, уйти тоже некуда.

Михаэль от первой реакции пришел к третьей. Минуя вторую.

Армия

«Знаете, вопросы исторического опыта не раз являлись ключевыми для жизни людей моего поколения. С 1972 по 1974 год я служил в армии, потом стал офицером. И, это было время, когда очень многие люди искренне убеждали себя и других: немцы должны быть абсолютными пацифистами. Нельзя допустить, чтобы немец прикасался к оружию! Многие из тех, с кем я учился в школе, отказались идти в армию — предпочли альтернативную службу. Я понял тогда и так думаю сейчас: уроки истории не должны вести к чувству, что прикасаться к оружию вообще нельзя. Даже с оружием человек должен противиться искушению дьявола! Когда я служил в армии, то мы обязаны были исполнять только те приказы (и приказы должны были быть только такими!), характер которых приемлем с точки зрения мирового права. Понимаете, это было законом в армии: ты не обязан выполнять приказ, который является преступным и безнравственным с точки зрения мирового права или общепринятой морали.                                                                                                       И я уверен, что нам не удалось бы создать здоровые отношения в обществе без той политики — образовательной духовной, — которая проводилась у нас в армии. Главным тезисом этой политики было: «Никогда снова ЭТО не должно повториться!»

Философия закона

«После демобилизации из армии я стал изучать законы. И специальным предметом, которому уделял наибольшее внимание (это стало моим профессиональным образованием), была философия закона.

Для такой науки, как философия закона, основным предметом стало объяснение, почему политическая диктатура, тоталитаризм, которым можно найти обоснование и под которые можно подвести законы юриспруденции, не могут быть оправданы тем, что мы называем естественным законом.

Когда после второй мировой войны шли процессы над политическими и военными преступниками, главным аргументом этих людей было: в соответствии с теми законами мы преступления не совершали, «я выполнял приказ». И обычно людям, которые пользуются этой аргументацией, задавали вопрос: неужели вы сами не задумывались, что тот порядок или те законы были преступны? И то же можно сказать о том, что происходит в вашей стране или в Восточной Европе. Те преступления, что совершил тоталитарный коммунистический режим, имели под собой законодательную основу, и аргументы людей могут быть такими же: то, что законы изменились, не дает вам права судить нас, вчерашних, по сегодняшним законам, мы законов нашего времени не нарушали…»

Что будем делать с прошлым?

«У нас тоже люди старого поколения говорят: да, мы понимаем, что нацисты были плохие, да, мы знаем, фашизм — это ужасно, но в то время не было преступности, безработных… Человек просто не может смириться с тем, что все в его жизни было напрасно, плохо, неправильно и помимо этого ничего не было. «Ненавидеть» себя — ужасно. Это так же тяжело, как ненавидеть других.

На территории бывшей ГДР многие сегодня материально живут лучше, чем прежде. Но нельзя сказать, что они стали счастливее. Когда их спрашиваешь, а хотели бы вы восстановления Берлинской стены, они говорят: нет, нети нет! Чего ж вы тогда жалуетесь? Они говорят: ну это все из-за нашего прошлого, потому что все твердят вокруг, как все плохо и неправильно у нас было

О национализме

«Национализм — идеология «крови и земли». «Кровь и земля» принадлежат миру фактов, в то время как человеческое достоинство и права принадлежат миру ценностей.

В 1848 году австрийский писатель Франц Грильпарцер предсказал, что дорога современного человечества пройдет «от гуманизма через национальные чувства к зверству». Конечно есть и другие пути от гуманности к зверству. Но после окончания периода антагонизма Востока и Запада по пути «через национальные чувства к зверству» пошли, увы, многие страны. Проверенное средство от национализма — посмотреть на себя глазами наших соседей».

Голландцы говорят: «Конечно, все немцы ужасны, за исключением тех, кого ты знаешь лично. Так, может в этом дело? Чтобы знать другого лично, как себя? И относиться — как к себе? Н тогда перестаешь жить по Формуле «другой — это ад», и не надо кого-то с кем-то мирить, главное ведь в том, чтоб человек сам с собой примирен был… Это неприятие себя ведет человека к войне, революции, к погрому. Он себя не может выдержать, а не другого.

Как заметил кто-то: когда всех одинаково тошнит: русских, армян, грузин евреев, то надо думать, как всем выйти из этого невыносимого стояния, а не выяснять, кого тошнит больше, кого меньше.

По определению тот, кто понимает, воюет с самим собой, а не с другими.

Воображаемая общность?

«Кровь или язык еще не составляют нацию. Нации рождаются не на небесах, не на земле, а — в сознании людей.

Нация есть нечто искусственное, построенное. Наций, появившихся естественным путем, не существует. Все нации, которые знает история‚ были результатом созидания

По времени патриотизм старше национализма. Он имеет тот же возраст что и идеи демократии (Древняя Греция) и республики (Древний Рим). Нации являются творением человека, включая и самые молодые. Они возникли по прихоти исторических событий в их основе лежали взаимодействие идей и интересов, человеческие страдания и страсти. При этом существует совершенно искреннее стремление связать происхождение собственной нации с героическим прошлым. Об этом сказал Карл Поппер в 1945 году: «Уже говорили о том, что раса есть общность людей, объединенных не своим происхождением, а общим ошибочным взглядом на свое происхождение. Аналогично мы могли бы сказать, что нация… являет собой общность объединенных общим ошибочным взглядом на на свою историю людей».

Ценность и важность индивидуальной свободы подтверждают точку зрения, что нация не может быть абсолютной величиной.

Если бы нации были продуктом природы, а не культуры, то не могли бы возникнуть такие новые нации, как Соединенные Штаты. История полна примеров миграций, перемещений всех групп населения»,

‚В России сегодня много размышляют о переходе к государству-нации, тогда как французы именно теперь в своем государстве думают о переходе к Европейской империи.Но, как заметил один француз, по крайней мере одно нас объединяет: этот переход.

Внушаю жалость! .

В одном фильме Годара есть примечательный диалог. Человек спрашивает другого:  -Что ты тут делаешь?  -Внушаю жалость.

Наверное, во всех странах мира есть люди, излюбленным занятием, делом жизни которых является именно «внушать жалость». Казалось, это их личное дело, да? Но когда таких людей становится все больше и больше, а страна переживает трудные времена, то о какой воле нации к переменам может идти речь?

«Когда я вижу человека, который жалеет себя, свою ущербность, — мне хочется его спросить: а какова твоя доля в ответственности за то, что происходит или происходило в стране?

Основополагающим принципом нашей Конституции является сильная демократия.  Нет, это не то, что добро должно быть с кулаками.

Первая германская республика — Веймарская ‘погибла не потому, что было очень много антидемократов, а потому, что было очень мало демократов и они не были сильны.

Опасность для демократии в трудные для нее времена зависит не от того, сколько у нее врагов, но в большей степени от того сколько у нее осталось защитников. Апатия и безразличие являются самыми сильными союзниками политических экстремистов во всем мире. Именно поэтому к власти в Германии пришел Гитлер»

Философ Эрнест Геллер говорил, что национализм имеет глубокие корни, но не в человеческой натуре, как это утверждают националисты. Национализм — это не голод и не сексуальное стремление, имманентно присущее человеку. Однако национализм встроен в индустриальную социальную культуру. Национализм глубоко укоренен, но не абсолютен. Он имеет большую притягательную силу, но это не значит, что ему нельзя сопротивляться.

Власть морали

«Ксенофобия — опасная вещь. Легко впасть в политическое искушение, апеллировать к этому чувству, искать выгоду для себя, приобретать популярность.

Что можно этому противопоставить? Власть морали.

В Западной Европе много на себя берет церковь. Возможна ли у вас, в России, ситуация, когда, например, Патриарх обращается через газету к людям и говорит о вреде ксенофобии? Или обсуждает ли эту проблему учитель с учениками? Преподаватель со студентами? Ксенофобию можно преодолевать через неформальное общение людей разных национальностей, показывая: они такие, как мы, а мы такие, как они. И это под силу просто гражданам или сообществам граждан.

Государство нельзя построить сверху вниз, его надо строить снизу вверх.

Культурные акции, международные футбольные матчи, религиозные конференции (христианско-мусульмано-иудейские) и так далее.

Мы относимся к этому очень серьезно, потому что в Германии XVI века особенно жестоки были именно религиозные конфликты.

Посмотрите, что происходит на территории бывшей Югославии. Религиозные противоречия являются тем горючим, которое разжигает фанатизм.

Поэтому так важно просто общение, так принципиален диалог.

Когда люди разговаривают — они не стреляют».

Зоя ЕРОШОК

А стоит ли бояться НАТО?

Чем вызвано державное раздражение

Президентская избирательная кампания ‚ среди прочих странностей имела одну, мало комментировавшуюся. В предвыборной полемике начисто отсутствовало ее непременное, казалось бы, вечное — внешнеполитическая тема. Отчего же это направление, повсюду в мире являющееся весьма выигрышным, не занимает кандидатов на пост Президента России? Ссылки на то, что у нас и внутренних проблем довольно, выглядят крайне легковесно и неубедительно в стране, доходная часть бюджета которой в немалой мере составлена из иностранных заимствований, а расходная — из выплат процентов по ним же. Подозреваю, что главными причинами ухода кандидатов от международной тематики были отсутствие у них новых идей и поразительная схожесть их позиций

Наиболее ярко это видно на примере пресловутого расширения НАТО на Восток. Если властвующий и оппозиционные кандидаты чем-то и разнятся в отношении к сему процессу, то только крепостью бранных выражений. Между тем конструктивный, новаторский подход к этой проблеме сулил бы немалые дивиденды политику, который отважился бы пересмотреть сложившиеся здесь стереотипы.

Трудно даже назвать какой-либо иной международный вопрос, который бы излагался у нас настолько тенденциозно и некорректно, как перспектива расширения НАТО. Болезненность этой точки понятна, но надо же знать и меру!

Послушать наших политиков и экспертов (прошу прощения у коллег за огульный подход, но я не смог припомнить даже отдельных исключений), то на Западе спят и видят, как бы им скорее окончательно «ногою твердой стать» в Восточной Европе. Действительность отличается от этой картины с точностью до наоборот. Перспектива расширения Европейского Союза, НАТО и других европейских институтов за счет стран Восточной Европы и тем: более бывших советских республик у большинства западных политиков, да и обывателей вызывает не энтузиазм, а острую изжогу.

Мне не раз приходилось видеть страдальческую мину, появляющуюся на лицах европейских деятелей едва речь заходит о таком расширении. Пугающий пример Германии, едва не надорвавшейся на «дотягивании» восточных земель, постоянно стоит перед глазами ее менее мощных партнеров. Они опасаются, что за прибавление семейства им придется расплачиваться снижением уровня жизни в своих странах, и боятся не столько раздражения России, сколько неизбежного недовольства своих избирателей, и без того не простивших политикам издержек европейской интеграции.

Западноевропейцы отчетливо осознают: принять в свой круг еще десяток менее развитых стран — это значит повесить себе на шею на многие годы тяжеленный камень. Причем волочить груз придется всем, в том числе народам, никаких интересов на Востоке отродясь не имевшим. Взамен же они получат какие-то загадочные стратегические выгоды, смысла которых никто, кроме генералов, не понимает.

Почему же процесс тем не менее идет? Его движущую силу нужно искать не в Вашингтоне и не в Брюсселе, а в столицах наших вчерашних союзников по Варшавскому договору и СЭВу  Да и не только в столицах, поскольку в этих краях налицо подлинный консенсус и неподдельный энтузиазм во с всем, что касается  сближения с Западом.

Такой настрой зиждется не столько на страхе перед возвратом старых порядков или советских войск (хотя страх и вправду существует — один видны словацкий политик говорил мне доверительно: «Мы боимся не России, а Украины -там ситуация такая нестабильная») сколько на надежде быстро решить свои экономические проблемы и уверенно взглянуть в будущее. Вступление в НАТО для восточноевропейцев не самоцель, но кратчайший путь к осуществлению своих мечтаний. Давление этого энтузиазма и инерция прежней идеологии «освобождения Восточной Европы от советского гнета» пока пересиливают разумные опасения западных политиков, и которые оказываются вынуждены платить по старым векселям. Они рассматривают свою миссию как почетное, но тягостное «бремя белого человека», не сомневаясь, впрочем, в неизбежности неприятных последствий.

Таким образом, предстоящее расширение НАТО и других европейских институтов — это совсем даже не «дранг нах остен». Напротив, это — прорыв Восточной Европы в Западную. Отсюда ясно, насколько нелогично ведут себя российские политики, понося коварный Запад и убеждая тамошних коллег отказаться от зловещих планов. Их-то чего уговаривать! Не туда, ох, совсем не туда стоило бы направить усилия. Следовало бы всячески умасливать восточноевропейских лидеров, обеспечивать инвестиции в этот регион, вспомнить и о льготных ценах на энергоносители, и о других формах экономической помощи. Тогда, глядишь, они бы о НАТО и думать позабыли…

«Размечтался!» — скажут тут читатели и будут правы. Какая там помощь — самим бы кто помог. И все это после бездумного и варварского разрушения механизма нашего экономического сотрудничества с бывшими ближайшими партнерами? Замена «Икарусов» на «Мерседесы», но чешского пива на голландское, болгарских сигарет на американские поначалу казалась многим знамением свободы. Оказалось, это всего лишь извещение о скором прибытии НАТО к нашим палестинам

Сегодня наши недавние лучшие друзья и братья очутились на периферии российской международной политики и внешнеэкономической деятельности.

Редкие товары из Венгрии, Польши, Чехии выглядят на наших рынках экзотикой промеж россыпей продуктов из Боливии, Лесото Сан-Марино. А из политических инициатив вспоминается разве что кошмарный ляп о якобы намечаемом вступлении Болгарии в СНГ.

Анафемствовать на западные правительства куда проще и дешевле, чем восстанавливать порушенные в демократическом угаре связи с Восточной Европой. Да и можно составить себе репутацию решительного патриота. Но Президент Ельцин и на этом не остановился. Он оборотился в другую сторону и отправился в Китай, после чего между Москвой и Пекином засновали военные делегации.

Явственно сгущается угроза создания нового антизападного блока, причем в состав Запада уже войдут и восточноевропейские страны. Я вовсе не считаю подобное решение специфичным для нынешней власти или лично для Ельцина. Будь на его месте Зюганов, он сделал бы то же самое. Конфронтационное мышление диктует прямолинейные ходы, едва ли способные привести к чему-то хорошему. У нас уже была Великая дружба с Китаем. Стоит ли забывать, как скоропостижно она скончалась, едва. изменилось настроение у пекинского руководства. А ведь тогдашний СССР — великая сверхдержава, страна Ленина и победившей революции — был куда как ближе и нужнее Китаю, чем нынешняя ослабленная и расхристанная Россия.

Мало кто сомневается, что ХХI век принесет новые конфликты, связанные с борьбой за ресурсы и жизненное пространство. Только безумец сегодня может способствовать перевооружению соседа, с которым у нас тысячи километров слабо защищенной границы и миллионы гектаров полупустующих земель за ней. Что же должна делать российская дипломатия, чтобы исправить допущенные просчеты?

Во-первых, признать — ну хотя бы для внутреннего употребления, — что расширение НАТО есть вопрос окончательно решенный и в его дальнейшем обсуждении не больше смысла, чем в сетованиях на плохую погоду. ‚Во-вторых, недвусмысленно и энергично обозначить стремление России к интеграции в европейские институты, в том числе в систему коллективной безопасности, как бы она ни называлась. Придется пренебречь стенаниями записных патриотов и провозгласить во всеуслышание: подлинные безопасность, равноправие и перспективу стабильного развития в следующем столетии нам даст только вхождение в объединяющуюся Европу.

В-третьих, следует многократно активизировать связи и контакты на всех уровнях с восточноевропейскими странами. Их прорыв на Запад несет нам не угрозу, а надежду, создавая важный прецедент. Западу очень трудно принять мысль о принадлежности России к своему клубу, но еще труднее будет отказать ей после вступления в него восточноевропейцев. Чем теснее окажутся наши экономические и политические связи с Восточной Европой, тем легче и гармоничнее станет путь на Запад.

В-четвертых, стремясь сохранять сколько возможно добрые отношения с Китаем, нужно решительно отбросить даже мысль о военном сотрудничестве, поставках оружия и стратегическом партнерстве.

Россия объективно является форпостом западной европейской цивилизации в Азии и

никогда не сможет выступать в противоположном качестве. Достаточно странно что в нашей стране, действительно уже многими нитями связанной с Западом, до сих пор нет оформленной политической силы, открыто выступающей за сближение с ним. Немало политиков думают об этом, но опасаются говорить вслух, дабы не быть обвиненными в непатриотизме, продажности и т. д. Исторически характерная для России дискуссия западников и славянофилов оказалась лишенной одной из сторон. А зря. Ведь в прошлом, хотя славянофилы обычно бывали горластее, западники добивались куда больших практических результатов.

Василий ЛИПИЦКИЙ, доктор философских наук