Деепричастный оборот выделяется запятыми; «жи», «ши» пиши с буквой «и»; стеклянный, оловянный, деревянный… Это мы помним из школьной программы. Но современный русский язык — лишь лист в кроне гигантского языкового древа, корни которого уходят в древность, а ветви простираются в будущее, о котором не говорят в школе и о котором мы имеем очень смутные представления. Что ждёт язык как мировое явление? Смогут ли наши потомки прочесть Пушкина или Пелевина без перевода? На эти вопросы отвечает лингвист Владимир Плунгян.

«Истеричка», «поэт подонков», «крошечная кочерыжка смысла» и другие отзывы беспощадного поэта и критика о собратьях по цеху

О споре с Фрейдом, смерти Киплинга и отречении принца Эдварда, а еще — о новой форме романа, отвратительном тщеславии и массовой тупости, замаскированной хорошим настроением

В условиях разрушительных последствий войны Сартр произнес мощную лекцию о свободе и смысле жизни. Ее актуальность сохраняется и по сей день.

Для Айрис Мердок мораль — это не обязанности и правила, а отказ от эгоистических фантазий и забота о других с любовью.

В книге под этим названием впервые собраны различные тексты выдающегося отечественного режиссера Григория Козинцева, посвященные его осмыслению творчества английского драматурга. Они не задумывались как целостное произведение, но пронизаны единым представлением о месте человека в истории — считает Евгений Марголит, чье предисловие к этому изданию публикует «Горький».

Лишенная простых нравоучений, литература заставляет нас получать удовольствие от поиска истины в эпоху, когда многие считают, что истина умерла

А была ли у этого романа судьба? Именно как у романа? Много ли людей его прочитало? Заинтересовались ли им критики? Узнала ли Европа? Было опубликовано о «Крепости» три статьи людей, которые знали автора. И это все. Был десяток писем, порой весьма восторженных. Пока роман был в рукописи, читавшие его произносили слова о Нобелевской премии и тому подобное.

В январе прошла почти незамеченной значимая дата — 50-летие со дня смерти немецкого философа и американского теоретика тоталитаризма, признанного классика политической мысли Ханны Арендт. Книги ее очень популярны в России, пережившей свой опыт тоталитарного правления.